Но он сдержался, слез с куба и молча ушёл.

«Что это Кир тут делал? Неужели, то же, что и она?»

Эйприл хмыкнула.

«Наверняка! Небось, соскучился по красотке из сна. Захотел её видеть и днём!»

Было немножко обидно: чем она хуже!

«Придурок!» — подвела Эйприл итог размышлениям, и, задрав нос к небесам сделала пару шагов.

Нога зацепилась, и она растянулась на тёплом шершавом бетоне. Поднялась на локтях, посмотрела на содранные ладони. Красные капельки появлялись на коже, а после, увеличившись до размеров горошин, стекали. Ладони нестерпимо пекло.

«Боль… Неприятная штука… Но, за что это я зацепилась? Ничего там и не было!»

Эйприл упёрлась ладонями — на бетоне остались красные пятерни, ойкнула, пробурчала: «Ну я и дура!», и поднялась. Обернулась, и сразу забыла о боли.

Возле кустика травки лежал ховерборд — одноместный, как она и представляла.

«Обалдеть! Всё-таки получилось!»

Солнечную тишину Станции разрушил победный вопль.

Эйприл стояла, прижавшись спиной к Излучателю, забыв про тяжёлую доску в руках, целиком погрузившись в мечты.

«Чего бы ещё сотворить? Может, всё же, красавчика?»

Из грёз её вырвал запыхавшийся Кирилл.

— Чего ты орёшь? Думал, что-то случилось. Здесь опасно! Ведь, этот куб…

— Вот! — Эйприл подняла доску над головой. — Это я его создала! Точно так же, как ты создал меня!

«Всё-таки, ей удалось… Конечно, ведь завтраки она так и „готовит“. А я не могу…»

— Я тебя не создавал… Уверен, творец из меня никакой…

Он подошёл поближе.

— Гляди, на нём надпись… «Осторожно! Квантовое устройство!»

— И что это значит?

Словно в качестве демонстрации, ховерборд пропал. Просто растаял в воздухе.

Эйприл снова смотрела на пустые изодранные ладошки. Было очень обидно, словно кто-то тебя избил и удрал.

Кир усмехнулся.

— Ну вот! Отправился в невероятность. Видно, эта доска одновременно и существует, и нет… Дар Маяка. От неё можно ждать любых выходок!

— И как же на ней летать?

Кир кивнул на пустые руки.

— Летать? На чём, собственно?.. И что у тебя с ладонями?

— Кир… Думаешь, на Станции всё такое ненастоящее? Даже я?

Она была такой милой, растерянной и беззащитной, что мальчишка забыл все обиды и взял её руки в свои — осторожно, чтобы не коснуться ссадин.

— Ты — самая что ни на есть настоящая! И я не позволю тебе так просто сбежать!

Когда Эйприл расстилала постель, как и в прошлый вечер, у неё тряслись руки. Но уже не от страха, а от нетерпения. Так хотелось скорее увидеть девчонку и выяснить, как её зовут!

И только укрывшись, она подумала:

«А я ведь не знаю наверняка, что видит ночью Кирилл! Вдруг, совершенно другое! Может, снами мы поменялись: он смотрит мои, я — его?»

К счастью, у неё не было прошлого, значит, не о чем было и беспокоиться.

Эйприл хихикнула: она вновь перехитрила мальчишку! Можно смотреть его сны безнаказанно!

Кир, лёжа под одеялом, рассматривал небо.

Венеры по-прежнему не было, а звёзды сами собой складывались в оленьи рога.

«Что же со мной происходит? Всё-таки, нужно было уйти со Станции. Может, ещё не поздно?»

С дивана долетело хихиканье.

«Нет, поздно, — обречённо подумал Кирилл. — И не факт, что в горах, одному, было бы лучше».

Он вернулся к разглядыванию звёздного оленя и любовался сияющими рогами до тех пор, пока их не окутала Тьма.