- Я думал об этом... Мы пробудет в Лондоне до конца недели.

- Под каким предлогом?

- У тебя здесь есть родственники или знакомые?

- Анна нахмурилась и немного оживилась.

- Да. Брат. Где мой телефон? Надо с ним созвониться...

- Ну, воплощение последовательности, - хмыкнул Маркус и пошел открывать дверь, в которую уже скреблась горничная.

- Доброе утро. Будьте добры. Девушке надо помочь собраться.... полностью и крайне деликатно, - тихий голос Маркуса донесся до Анны и она залилась краской, представляя, как посторонний человек, будет помогать ей одеваться.

В комнату зашла женщина средних лет, полноватая и явно с сильными руками. В отеле был персонал на любой случай жизни. Не задав ни одного вопроса и даже не глазея лишний раз на девушку, по которой, будто проехался каток, горничная подошла к кровати, где лежала Анна.

- Позвольте, я вам помогу, мисс.

Осторожно просунув руку под плечи Анны, она помогла ей подняться и не менее осторожно запрокинув руку себе на шею, приняла вес девушки на себя, чтобы облегчить путь до ванной комнаты.

Маркус удовлетворенно кивнул и стойко отмахиваясь от желания разнести весь номер от злости, которая с новой силой его накрыла, после вчерашних событий, он взял себя в руки и сам пошел переодеваться. Курить хотелось страшно...

Добрую половину дня, Анна провела в клинике на Харли стрит. К ее великой досаде, с таким трудом надетую одежду пришлось снова снимать, чтобы облачиться в широкую больничную рубашку, одно радовало — ее возили по многочисленным кабинетам, на каталке с амортизаторами и на мягчайшей подушке, так что ни одна встряска не потревожила голову. Маркус все время провел в палате, которую предоставили для Анны, проговорив по телефону с Ласуром и объясняя, что придется задержаться.

Наконец, после пяти часов обследований и анализов, Анну бережно водрузили на кровать, которая больше напоминала деталь космического шаттла, столько на ней было трубочек, кнопок и рычагов. Миловидная медсестра поправила подушку у Анны под головой, спросила голодна ли она и сообщила, что доктор подойдет через десять минут с результатами обследования и диагнозом, после чего вышла из палаты, бесшумно закрыв за собой дверь.

Приятная тишина и чувство покоя. Благодатно окутали все тело Анны и она не сразу заметила Маркуса, который сидел в кресле, спрятанном за небольшим выступом. От его голоса Анна нервно вздрогнула, что не открылось от Маркуса.

- Еще немного и все.

- Все? Это если все в порядке, но думаю, так и будет. Кроме головы меня больше ничего не беспокоит.

Ну, да. А голова это не очень серьезно, - Дэнвуд саркастически хмыкнул и зло покосился на свой телефон, который издал короткую вибрацию. Шарлин, после того, как он ее осведомил, что с Кодриджем ему нужно больше времени, разразилась отборной руганью, обвиняя мужа в тупости и утрате всякой хватки. Вылив в разговоре по телефону все оскорбления, на которые был способен ее мозг, она добивала его по смс... Видно умные мысли посещали.

Устало закрыв глаза, Анна смолкла, не ответив на колкость.

- Так что там на счет твоего брата? - Маркус поднялся с кресла и подошел к койке, он присел на самый край, чтобы не потревожить Анну.

- Он живет где-то в районе Чессингтона. У меня в кармане пальто телефон. Дай пожалуйста. Пока доктор не пришел успею поговорить...

Маркус подошел к шкафу, куда были аккуратно развешаны вещи Анны и порывшись в карманах нашел сотовый.

Тони не ответил на звонок с первого раза, так что Анна даже разволновалась.

Но телефон вдруг дрогнул и на экране высветилось имя брата.

- Привет сестренка! Извини, что сразу не ответил Элис всегда ставит эту штуковину на беззвучный режим на ночь... Как у тебя дела?

Жизнерадостный голос брата вызвал у Анны улыбку. Самый позитивный человек в их семье!

- Почти что отлично..., - Анна постаралась говорить громче и придать голосу бодрости, но от этой неудачной попытки даже Маркус поморщился. В ответ она скорчила ему гримассу и даже подумала показать средний палец.

- Я сейчас в Лондоне и мне хотелось бы с тобой встретиться.

- Здорово! Куда мне подъехать?

- Давай лучше я к тебе. Посмотрю как ты живешь. Будет, что родственникам донести, - сухой смех вырвался из груди Анны.

На мгновенье она забыла о своем состоянии и Маркус облегченно вздохнул. У Анны явно были теплые, доверительные отношения с братом, раз только от одного разговора по телефону ее настроение резко улучшилось.

- Хорошо. Хемсби-роуд 18. Там еще компьютерный магазина на первом этаже. Вечером?

- Во сколько ты освобождаешься?

- К семи. Буду ждать. Элис приготовит пастуший пирог. Хоть поешь нормально, а то тебя этот француз доконает.

Анна поморщилась при одном упоминании о еде, но бодро выдала:

- Здорово! Уже слюнки текут. До встречи!

Едва Анна положила телефон рядом с собой в палату зашел коренастый мужчина, не по годам седой, ведь на вид ему не дашь больше сорока пяти. В руках он держал планшет, белый халат слепил глаза.

- Мисс Версдейл, как самочувствие? Меня зовут доктор Мэггертон.

Маркус отошел в сторону и нацепив непроницаемое выражение лица сложил руки на груди и оперся спиной о стену.

- Полный осмотр показал, что у вас средняя степень сотрясения головного мозга и ушиб левой лопаточной кости. Это из самого серьезного, не говоря уже о кровоподтеках. Доктор Уилберг мне позвонил еще утром и предупредил, о Вашем состоянии. Швы наложены идеально, признаков воспаления раны нет. Анализы на скрытую кровь и ультразвуковое обследование брюшной полости также не выявили травмированных зон. Я пропишу Вам кое-какие ноотропные препараты, продлим антибиотик на четыре дня, успокоительное и разумеется полный покой. Я бы настоял, чтобы Вы провели в клинике хотя бы пару дней...

Наверное, все врачи англичане обладают такой манерой разговаривать, что глаза начинают слипаться. Анна едва себя переборола, чтобы не зевнуть на «ноотропных».

- Спасибо, доктор Мэггертон, я бы предпочла более «домашнюю» обстановку.

- Что ж! Кстати, могу посоветовать хорошего психотерапевта, если вам интересно, - деликатность тона Мэггертона приближалась к критичной отметке. - Последствия, даже от попытки изнасилования, могут проявиться через некоторое время. Это как правило...

Анна решительно мотнула головой и с мольбой взглянула на доктора, чтобы тот избавил ее от столь навязчивой заботы, которая ее смущала. Доктор Мэггертон согласно кивнул и вручив бланк с назначением, вышел из палаты.

Какое-то время Анна сидела с листком в рукав тупо уставившись в напечатанные слова, потом внезапно моргнула.

- Маркус, отвези меня, пожалуйста к семи часам на Хемсби-роуд, - Анна немного замялась. - Познакомлю с братом. На ужин обещают пастуший пирог.

Ее голос звучал глухо и пространно, Дэнвуд, словно прилип к стене и только едва кивнул.

- Хорошо, но я не смогу остаться. Надо будет уладить кое-какие дела, раз уж я здесь.

Маркус знал, что умеет очень хорошо врать. Он мог бы остаться на ужин и даже с удовольствие, познакомился бы с братом Анны, но вся эта ситуация уже давно стремительно выходила из под контроля и со вчерашнего дня из его головы не выходила назойливая мысль, что еще немного и он допустит просто роковую ошибку.

Клинику Маркус покинул облегчив свой кошелек на кругленькую сумму, и не смотря на все уговоры Анны разделить расходы, он был непреклонен. До отеля они ехали в полной тишине не проронив и слова.

Анна с удовольствием рассматривала улицы города и суетящиеся фигуры людей. Ей всегда нравился Лондон, пока его суета не вытесняла это очарование из ее головы, заставляя мчаться прочь в уютную размеренность Эксетера. Голова немного стихла и ломота во всем теле отступила. Анна почувствовала легкий голод, но промолчала. Шестое чувство подсказывало, что Дэнвуда сейчас не стоило трогать. Его словно окаменевшее лицо, ярко характеризовало его внутреннее состояние.

Ни слова не было произнесено и тогда, когда Маркус проводил Анну до их номера. Он даже не собирался заходить и только когда Анна обернулась, чтобы посмотреть на Маркуса, он отвел взгляд и сказал: