Навстречу Покинутому попадались студенты и ученики разных Домов, учителя и рабы Ордена. Последние спешили куда-то по своим странным делам: кто на кухню, а кто на уборку комнат. Иногда они натыкались на юношу, после чего испуганно кланялись ему, а затем торопливо пробегали мимо. Артур никогда не уделял рабам особого внимания, и почему-то именно сейчас он испытал странное чувство вины. Слова Тарчета вдруг стали особенно понятными ему. Всё верно, ведь и он для этих людей одно из многочисленных чудовищ, истязающих их тела и волю. Для них нет никакой разницы, страдает ли он из-за убитой девушки, или нет. До тех пор, пока он ведёт себя как Токра, он и есть их враг.

Внезапно размышления юноши были прерваны странным происшествием. Пересекая главный зал приёмов, на котором ежегодно проводили церемонию Распределения, Артур учуял знакомый запах. Слабый аромат шалфея и немного дурман-травы. Бальзам Грёз, которым пользовались рабы в случае серьёзных травм. Такой же букет исходил от неизвестного человека, которого Артур почувствовал в клетке с тарлами.

Юноша обернулся как раз вовремя, чтобы заметить исчезающего за колонной человека. Смилодон не мог упустить эту возможность. Быстрым шагом он начал преследование. Ему даже не нужно было держаться рядом, ведь за рабом оставался шлейф, следуя за которым Покинутый просто не мог его упустить.

Оказавшись в крыле Дома Шандикор, он не особо удивился. Ещё несколько минут, и преследуемый спустился на этаж рабов. Войдя в зал, где они вкушали пищу, студент остановился. Отсюда разбегались несколько коридоров, ведущие в спальни. Цель Смилодона скрылась в одном из них.

В центре зала находился деревянный стол, на котором сейчас стояла грязная посуда. Огромный мужчина с перевязанным ухом собирал ее в тележку, чтобы отвезти на кухню. Ещё один фераши изучал вывешенное на стене расписание с утверждённым графиком работы. Артур без долгих размышлений направился прямо к нему. Это был крепкий коренастый мужчина лет тридцати. Белокожий, с удивительно приятным лицом.

— Добрый день, — обратился Артур. — Я могу поговорить с вами?

— Конечно, господин, — раб склонился в униженном поклоне, и это покоробило Смилодона.

— Как вас зовут?

— Староста Тумил, господин. Пожалуйста, не обращайтесь ко не на «вы». Это очень странно звучит, как будто…

— Что?

— Как будто вы издеваетесь, господин, — закончил фразу Тумил.

Артур поморщился, словно от зубной боли.

— Хорошо, давай так. Ты прекращаешь называть меня господином. А я перехожу на «ты». Кстати, зови меня Артуром.

Тумил удивлённо посмотрел на юношу. Впервые за всё время пребывания в Айбэш-Хаурум он видел Покинутого, который не желал, чтобы его называли господином. Удивительно. Немного подумав, он кивнул.

— Как пожелаете, госпо…. Простите, Артур.

Смилодон облегчённо вздохнул.

— Скажи, Тумил. Только что здесь прошёл человек? Ты видел его?

Староста задумался. Очевидно, он был сильно поглощён изучением расписания и не обратил внимания на того, кого юноша преследовал. Артур решил помочь ему.

— Хорошо. Может ты знаешь, кто из вас сейчас пользуется бальзамом Грёз?

— Вероятно, вы имеете в виду Слита. Мы называем его Мерзким Языком. В последнее время он весьма подсел на это зелье. Вроде у него какие-то проблемы со спиной. Хотя, если честно, мне кажется, он просто зависим.

— Понятно. А почему Мерзкий Язык? Вы его за что-то невзлюбили?

Тумил улыбнулся.

— Можно и так сказать. Он ведь ещё тот гад. Не считается с мнением остальных, ведёт себя как пожелает. Всё потому, что с первого дня своего появления оказался приближен к Лорду в маске.

Лорд в маске? Артур сразу понял, что староста имеет в виду Безликого.

— Интересная информация. Зачем же Лорду в маске понадобился один из его рабов?

Тумил пожал плечами.

— Кажется, Слит выполняет для него деликатные поручения, — староста замолчал, собираясь с мыслями. — Он такой проворный, что может прошмыгнуть в любую щель и проследить за кем угодно.

Тумил внезапно испугался.

— Но это только наши догадки. Пожалуйста, не говорите ему ничего об этом.

— Успокойся, не стану. Мне надо увидеть его. Не подскажешь, где его комната?

— Конечно. Она здесь рядом, в конце того коридора.

Артур признательно кивнул.

— Спасибо, Тумил. Я постараюсь, чтобы Слит больше вам не досаждал.

Юноша покинул столовую, и раб удивлённо покачал головой. Этот студент как-то не очень походил на привычных ему Токра.

Без особых проблем найдя комнату Слита, Артур без церемоний вошёл внутрь. Его глазам предстала обстановка, никоим образом не сочетаемая с жизнью раба. На тигровой шкуре с комфортом возлежал невысокий человек, чьё хитрое желтокожее лицо выдавало в нём мошенника и убийцу. В одной руке он держал потрёпанный блокнот с заметками, в другой — флакон с бальзамом Грёз. В глазах раба уже появилась туманная дымка, выдающая первую стадию прихода.

— Кто посмел? — зарычал Слит, отбрасывая блокнот в сторону.

Увидев перед собой Артура, он посерел от неожиданности. Лицо раба приобрело оттенок речной гальки, а в глубине глаз появилось замешательство. Похоже, даже действие бальзама отпустило его со страха.

— Это ты Слит?

— Дда, — запинаясь, ответил фераши. — Чем могу служить, господин?

— Конечно можешь. Для начала расскажи, что ты делал в клетке с тарлингами несколько дней назад. И каким образом ты выбрался из неё до того, как Тарчет открыл арену?

Вопрос юноши застал Слита врасплох. Его мысли судорожно заметались внутри черепной коробки.

— Вы ошибаетесь, господин. Меня не было на арене. Вероятно, вы с кем-то меня перепутали.

Смилодон не поверил ни единому слову.

— Вот как? Ты так считаешь? — в голосе студента появилась издёвка. — Но ведь тебя так сложно перепутать с кем-либо. Даже сейчас от тебя разит наркотическими алкалоидами.

Слит покрылся испариной. Смилодон прижал его к стенке.

— Кажется, я понял, о чём вы, — наконец произнёс раб. — Я действительно был в клетках на арене. Убирал их перед тем, как туда поместили тех монстров. Но как вы узнали об этом?

Артур замер, пытаясь провести срочную оценку такого варианта событий. Он ни на грош не верил этому проходимцу, но вероятность того, что тот причастен к освобождению тарлов, тоже казалась фантастической. Так и не придя ни к какому выводу, Артур решил перейти к следующему вопросу.

— Какие дела тебя связывают с лордом Ахарисом? Не вздумай врать мне.

Слит ощутимо приободрился. «Неужели пронесло?» — подумал он.

— Лорд в маске когда-то нашёл мои способности весьма полезными для себя, — ответил раб. — Однако я не могу распространяться на эту тему. Это секрет, за который меня казнят.

— Ты боишься казни? А если прямо сейчас я оторву тебе голову, что ты тогда скажешь? — Артур, конечно, блефовал, но, даже зная это, он почувствовал себя крайне неважно. Угрожать кому-то расправой? Что с ним не так? Неужели он такой же, как и прочие? Как наставник Агно. Как лорд Ахарис.

— Я всего лишь раб Ордена, господин — залепетал Слит, видя, что с юношей что-то происходит. — В вашей воле сделать со мной, что пожелаете. Однако, ещё больше чем вас, я боюсь Лорда в маске. Поэтому, я не могу ничего вам рассказать.

Артур не стал настаивать. Почему-то он вдруг потерял интерес к этому разговору. Нравственные и другие ориентиры, которые когда-то заложил в него наставник, внезапно показались ему зыбкими и эфемерными. Всё утратило смысл, а сам мастер Агно больше не являлся для него авторитетом. Он стал таким же, как и все остальные в Кион-Тократ: жестоким и гнусным, способным перейти черту, которую сам же когда-то провёл перед учеником.

— Всё понятно, — горько улыбнулся Артур. — Расслабься уже. Но перед тем, как я уйду, у меня будет просьба. Перестань тиранить своих несчастных друзей. Им и так тяжело приходится.

Слит кивнул, не до конца понимая, о чём говорит Губитель. Неужели про этих рабов? Они что, пожаловались на него?

— Надеюсь, ты услышал меня! — Смилодон внезапно пронзил его взглядом, полным ярости. — Ведь я вовсе не хочу возвращаться, чтобы вышибить из тебя дух.

Перед тем, как выйти из комнаты, Токра бросил на Слита последний оценивающий взгляд. Он явно прикидывал, насколько можно верить этому человеку, но не находил зацепок для обратного. Фераши бросило в дрожь. Шутка ли, сам Губитель пытается прочитать его.