Артур кивнул, с надеждой глядя на собеседника.

— Прошлой ночью мастер Агно получил приказ разведать обстановку в Дан-Мире.

— Что? Вы отправили его в Ночную Мглу в одиночестве, без поддержки братьев?

— Для разведки поддержка не требуется. Наоборот, там где один успешно выполнит миссию, несколько могут провалиться. Неужели учителя не донесли до тебя основ?

— Хватит уже! Что с ним? Он вернулся?

Осирис задумался.

— Как сказать. В каком-то роде. Цель его миссии заключалась в том, чтобы проверить, сняли ли драуги свои сторожевые посты. Ты ведь знаешь, что, после выходки Сахиба Ишеямуса, наш конфликт с тёмными эльфами обострился. Они перекрыли все ключевые проходы, чтобы не пустить нас дальше Грота Каменного Ручья — это последняя из пещер Тракта Ярости. По этой причине мы утратили доступ к нашим Полянам, что сильно усложнило ситуацию с мутагенами. Магистры не хотят вступать с эльфами в затяжную войну, поскольку она неизбежно ослабит нас, что недопустимо сейчас для Кион-Тократ. Однако есть вероятность, что драуги устанут постоянно караулить нас и уберутся восвояси, в своё логово.

— И вы послали наставника, чтобы он разведал регион, в надежде, что эльфы ушли?

— Именно, — кивнул мастер.

— Когда он должен вернуться?

— Если честно, его уже доставили в Айбэш-Хаурум.

— Что значит «доставили»? — Артур почувствовал холодок в области груди. — Что с ним произошло? Он жив?

— Возьми себя в руки, Смилодон! — рявкнул Осирис. — Хватит разыгрывать из себя слюнтяя.

— Что случилось? — опасным голосом повторил юноша.

— Агно попал в засаду. Драуги оказались более хитрыми, чем мы полагали. Вместо одного блокпоста, они укрыли в пещере несколько. Агно не сумел проскочить мимо них незамеченным.

Лицо Артура посерело.

— К чему вы клоните? — закусывая губу до крови, спросил он.

— Твой наставник… Агно Серканис… погиб смертью храбрых. Сейчас его тело находится в морге. Рабы готовят его к погребению.

Артур закрыл глаза и уши руками, отказываясь верить словам Осириса.

— Нет, — прошептал он сквозь слёзы, — Этого не может быть. Вы лжёте.

— Такова судьба воина — жить и умереть в битве. И это славная судьба, — мастер повысил голос, а затем с неожиданным участием произнёс, — успокойся, дитя. Я понимаю твою боль, но пройдёт время, и тебе станет легче.

— Легче, — окрысился Артур. — Я не желаю, чтобы мне стало легче. Эта боль безмерна, в ней заключается моя расплата за то, что я не сумел быть рядом с ним до самого конца.

Юноша повернулся и бросился бежать.

— Смилодон, вернись! — крикнул Осирис. — Что ты собираешься делать, глупец?

Артур на секунду остановился, чтобы бросить через плечо всего одно слово:

— Убивать!

— Я запрещаю тебе. Не вздумай покидать замок.

Артур проигнорировал приказ мастера, скрывшись в одном из коридоров Цитадели Молний.

***

Двери морга распахнулись, и фераши испуганно попятились от тела, накрытого тканью.

— Прочь от него, — страшный голос заставил рабов вжаться в стены.

Артур вошёл в зал в полном боевом облачении, перепоясанный двумя нагрудными ремнями с метательными стилетами. Адамантовые рукояти мечей торчали из-за спины, готовые в любой момент оказаться в ладонях. Лицо юноши было бледным, глаза горели злобой и ненавистью, а длинные волосы, отросшие за время обучения в Магикоре, хаотично раскинулись по плечам, придавая ему вид опасного хищника.

Артур подошёл к столу и резким движением сорвал покров. От увиденного в лице юноши что-то дрогнуло, глаза наполнились отчаянием, ведь он до последнего надеялся, что произошла ошибка, или ему просто лгут. К сожалению доказательство страшной истины находилось перед ним.

— Наставник, — жалобно всхлипнул Артур, водя рукой по обожжённой коже мастера. — Почему это случилось? Почему меня не было рядом с тобой? Мы находились так близко к нашей свободе…

Артур закрыл лицо руками, не желая, чтобы рабы видели его слёзы.

— Мы пришили ему голову, — робко произнёс один из них. — Теперь он готов к ритуалу погребения.

— Что? — Смилодон зарычал, словно раненый зверь.

Присмотревшись, он увидел кровавую линию, опоясывающую горло мертвеца и прихваченную сверху грубыми стежками толстой нити.

— Они поглумились над телом наставника, — трясясь от ярости, прошипел Артур. — За это им не будет прощения. Я уничтожу каждого ублюдка и самолично вырву каждое сердце, бьющееся в груди причастных к этому преступлению.

Склонившись над трупом, Артур поцеловал Агно в холодный лоб, в последний раз всмотрелся в знакомое до боли лицо и быстрым шагом вышел из морга, оставив фераши наедине с их мрачными обязанностями.

Не пройдя и десяти шагов, он наткнулся на лорда Ахариса и его верного помощника. Последний стоял, напоминая гранитную скалу, и обогнуть его в узком коридоре не представлялось возможным.

— Куда ты направляешься, мальчишка? — едко улыбнулся Осирис, разводя руки в стороны. — Или приказ старших для тебя уже ничего не значит? Я велел тебе оставаться в замке!

Артур окинул мастера холодным взглядом.

— Я буду делать то, что считаю нужным, — равнодушно ответил он, сверкнув пронзительными глазами синего цвета. — А теперь прошу вас, мастер Осирис, и вас, лорд Зерат, уйдите прочь и освободите проход, иначе…

— И что ты сделаешь?

— Я буду вынужден… вас подвинуть. Не доводите до греха. Сейчас у меня нет времени, чтобы пытаться вас переубедить.

— Да как ты смеешь? — злобно сощурил глаза соратник Безликого. — Я раздавлю тебя, словно букашку.

— Попробуй-те, — вызывающе ответил юноша.

Глава Шандикора поспешил вмешаться:

— Оставь Артура в покое, Осирис. Он уже не ребёнок и сам знает, что ему делать.

— Но, Зерат.

— Я сказал, оставь, — тон Безликого был непререкаем.

— Как скажешь, брат, — недовольно кивнул мастер.

Вслед за этим он отошёл в сторону, освобождая проход. Артур, более не обращая на старших внимания, продолжил свой путь на нижние уровни замка, откуда через Голубые Врата собирался попасть в Дан-Мир. Едва Смилодон скрылся за углом, Осирис поспешил высказать своё мнение:

— Зерат, тебе не кажется, что ты принял опрометчивое решение, позволив мальчишке идти в Дан-Мир. Что будет, когда он наткнётся на драугов? Он же не бессмертный, в конце концов.

— К счастью, — процедил Безликий. — В любом случае, ты видел, в каком состоянии он был. Сомневаюсь, что воины слизидской гильдии «Верус» смогут навредить ему. Смилодон встретится с ними и утолит свою жажду ненависти. Губитель не будет разочарован.

— Как можно быть таким спокойным? — возмутился Осирис. — Отряд драугов, возможно, с поддержкой магов.

— Расслабься, брат. Я спокоен, потому что знаю, что он не будет один. Кое-кто присмотрит за нашим мальчиком и, если ситуация выйдет из-под контроля, сразу же вмешается.

— Ты говоришь о брате Картуше? Хотел бы я с ним познакомиться.

— У тебя ещё будет такая возможность.

— Кстати, ты видел мечи Смилодона? — спросил Осирис. — Кажется, Агно оставил ему подарочек.

— Естественно, как и должно быть. Клинки Птолиана не могли остаться в прошлом. История, как известно, движется по спирали, и на каждом своём витке старается восстановить статус кво. Когда-то благодаря этим клинкам Завоеватель подчинил себе Единый Дрон, и заставил Сумрачного Фаргала принять себя в качестве владыки.

Осирис подпрыгнул от неожиданности.

— Что? Ты серьезно? Мечи Агно оказались теми самыми?

— Да, когда-то они были выкованы в недрах Красной Горы самим верховным магистром Андаголина. Его звали Птолиан Чудорукий. Когда Агно получил их в подарок от царя Тарака, я понял, что он тоже часть этой истории. Вот почему я, вопреки твоим многочисленным возражениям, сделал его наставником Смилодона. История — хрупкая штука. И если она даёт тебе знаки, не стоит ими бездумно пренебрегать. Иначе в конце что-то может сломаться, и ты не достигнешь желаемого. Так было в прошлый раз. Я проигнорировал множество знаков и совершил такое же количество ошибок. Теперь всё будет иначе.

Осирис задумчиво почесал затылок. Он не очень много знал о прошлой жизни Безликого, как и не знал о том, кто скрывается под его маской. Зерат имел свои причины скрываться от Осириса, боясь, что очередным неосторожным движением порвёт тонкие нити судьбы.