Глянув на Ахмеда, она заметила, что тот достал из кармана и цепляет на запястье слейт, пластмассовую пластину, на которой можно писать под водой специальным карандашом. Вот он что-то и писал.

Они подплыли ближе, и Яне показалось, что с Байрамом что-то не так. Ага, его ноги были ногами в гидрокостюме. Значит, это не водяной вообще. Но ни Артём, ни Джо плавать под водой не умели, а так ровно и неподвижно зависнуть может только опытный дайвер. И ещё что-то… Точно – баллон не серебристый, алюминиевый, а чёрный. Значит, он вообще не из их группы.

В этот момент владелец чёрного баллона повернул голову, и Яна, в нарушении правил, посветила фонарём ему в лицо.

Под маской было черно.

Она обернулась к Ахмеду, тот держал слейт так, чтобы ей было удобно прочитать.

«Чёрный дайвер».

Яна, конечно, слышала истории про Чёрного дайвера. Это был, видимо, младший брат Чёрного альпиниста. Если Чёрный альпинист уводил альпинистов с тропы, они терялись и замерзали, то Чёрный дайвер заманивал дайверов на глубину, откуда они уже не могли всплыть. Оба, разумеется, призраки замёрзшего альпиниста и утонувшего дайвера. Оба, разумеется, выдумки, в которые не верят даже те, кто про них рассказывает. Ну, не считая вот этого, зависшего над неподвижными Джо и Уфуком. Яне показалось, что бобр внутри буксировщика жалобно заскулил.

Ахмед отстегнулся от буксировщика. Яна сделала тоже самое. Чёрный дайвер, смотревший тьмой из-под маски, отвернулся. Он зацепил одной рукой Уфука, другой – Джо за ремни компенсаторов и легко оторвал от грунта. Яна подумала, что это невозможно. Дайвер, зависший в воде над таким грузом, мог только себя к ним притянуть, но никак не поднять два здоровенных тела, ни на что не опираясь. Но он это сделал.

Ахмед вытащил нож.

Яна похлопала себя по тем местам, где на её снаряжении мог крепиться нож, но ничего не нашла.

Чёрный дайвер двинулся влево, замер, обозначил движение в другую сторону. Казалось, он растерялся.

Яна подумала, это действительно могла быть растерянность. Если он хотел утащить их на глубину, то большей глубины здесь не было. Поплыви он хоть назад, хоть вперёд, тоннель поднимался, к Парку культуры и к Воробьёвым горам. Если Чёрный дайвер, кто бы он ни был, специализировался на утаскивании людей на глубину, ему было от чего растеряться.

Что думал Ахмед, Яна не знала, но он выжидал, не бросался на Чёрного дайвера с ножом.

Дальше всё происходило быстро.

Чёрный дайвер опустил Уфука и Джо на грунт. Яна решила, что он сейчас уплывёт. Чёрный дайвер сделал одно движение ластами, красивое, сильное, и поплыл к стене. И, строго горизонтально, как он не шевелясь плыл по инерции в воде, так он вплыл в стену.

Ошеломлённая Яна едва не пропустила главное: перед тем, как исчезнуть, проплывая на Уфуком и Джо, Чёрный дайвер опустил руки и выдернул регуляторы у них изо ртов.

Ахмед, изо всех сил гребанув ластами, бросился к ним, Яна отстала не больше, чем на секунду.

Ахмед всунул регулятор в рот Джо, и нажал кнопку принудительной подачи воздуха. Яна сделала то же самое с Уфуком. Она посветила фонарём в его маску. Веки водяного дрожали. Он был жив, но без сознания. Как и Джо. Это спасло им жизнь: они не успели наполнить лёгкие водой, вдохнув её вместо воздуха.

Ахмед, убедившись, что Джо жив, проверил водяного. Он потряс его, надавил ему пальцем за ухом, но Уфук остался так же неподвижен. Ахмед на несколько секунд завис неподвижно, размышляя. И начал снимать с Уфука снаряжение. Яна схватила его за руку и спросила, что это он делает. Знаком, разумеется. Ахмед написал на слейте: «Двоих не унесём. Здесь оставим». И начал расстёгивать на Уфуке гидрокостюм. Яна схватила ту его руку, на которой был слейт, и написала: «Воздуха не хватит». И поставила пять восклицательных знаков. Ахмед стёр её надпись и ответил: «Водяной. Жабры».

Яна помнила про холодную грязную воду, но поняла, что другого выхода у них нет. Водяной на то и водяной, что даже без сознания может пролежать под водой сколько угодно. Чёрт – нет.

Ахмед отстегнул обтекатель буксировщика Уфука, направил трубу назад, в тоннель, и нажал красную кнопку. Бешеный бобр мелькнул тенью и скрылся в темноте тоннеля с затихающим визгом.

Ну конечно, надо было отпустить бобра. Яне стало немного стыдно оттого, что о нём не подумала.

Они поддули компенсатор Джо, чтобы он всплыл над грунтом, прицепили его к буксировщику и включили своего бобра. И только сейчас Яна вспомнила про группу, плывшую первой, Хасана с Артёмом и Байрама. Они так и не появились, хотя давно должны были заметить, что плывущие за ними куда-то делись, и развернуться. Яна тронула Ахмеда за плечо, показала пальцем вперёд, показала три пальца, вопросительно развела руками. Ахмед тоже развёл руками: не знает.

Они пронеслись примерно половину расстояния до Спортивной, когда Ахмед выключил бобра и широко расставил свои ластообразные ноги, чтобы быстрее затормозить. Яна, убаюканная мельканьем шпал в луче фонаря, не заметила то, что увидел Ахмед: слева у стены тоннеля лежал сдутый компенсатор с баллонном. Пустым баллоном: они посмотрели на манометр, он был на нуле.

Яна не знала, как это можно объяснить. Ну допустим, если под водой удариться в панику, то на такой глубине воздух можно высосать из баллона минут за десять. Но десяти минут, с тех пор, как группы разделились, не прошло. К тому же, это был баллон кого-то из водяных. Что объясняло отсутствие утопленника рядом с баллоном. Но не объясняло, почему водяной запаниковал. Если они встретили что-то такое, отчего водяной забился в истерике, то Артём должен был умереть от страха.

Яна посмотрела на Ахмеда. Тот помотал головой и дал знак «вперёд».

Через минуту Ахмед показал лучом фонаря на облака мути, поднятые со дна. Кем-то.

Яна напряглась. Может быть, Чёрный дайвер напал сначала на первую группу? Или несколько Чёрных дайверов, откуда знать, сколько их тут водится?

Муть становилась гуще, лучи фонарей в ней застревали, не добивали до стен.

И вот, впереди, на границе видимости замелькали тени. Быстро замелькали, а муть заполнила уже весь тоннель, так что Яна могла разглядеть только силуэты в свете чьего-то фонаря, упавшего на дно. Силуэты дайверов и…

И ещё чьи-то силуэты, их было легко отличить.

У дайверов – по две ноги и две ласты.

У кого-то или две ноги, сложенные вместе и обутые в одну большую ласту.

Или хвост.

Одно из этих существ рванулось к ним навстречу.

– Всё-таки хвост, – подумала Яна, когда оно выплыло из мути в более-менее прозрачную воду.

Хвост был полукруглый, похожий на хвост ламантина. Только вместо передних плавников, как у морской коровы, две маленькие руки. Тело существа было куда стройнее, чем у морского млекопитающего. А морда – страшнее. Потому что широкий, как у сома, рот с мелкими зубами сочетался с прорезями ноздрей на месте носа и совершенно человеческими глазами. И лысым черепом. Были бы глаза рыбьи, была бы рыба-мутант. А с человеческими получалась русалка. Это слово как-то само выскочило в сознание Яны из глубины мозга.

Русалка, точно.

Но не диснеевская красотка, а злобная тварь, которая топит людей. И, судя по зубам, ест. После того, как утопит. Или до: русалка, разинув пасть и растопырив когтистые пальцы маленьких, но сильных рук, бросилась на них. Ахмед отпихнул Яну в сторону, выставив перед собой руку с ножом. Русалка вильнула, увернувшись от ножа, но успела одной лапой зацепить Джо, пристёгнутого к буксировщику. К счастью, она попала по баллону.

Яна заметила, что её когти оставили на алюминии глубокие царапины и легко перерезали прочную нейлоновую ленту, крепившую баллон к компенсатору.

Ахмед, чтобы не терять ни секунды, отстёгивая карабин, полоснул ножом по верёвке, которая связывала его с буксировщиком, и погнался за русалкой. В скорости он ей не уступал, и Яна с трудом успевала следить за ними лучом фонаря.

Русалка, сделав мёртвую петлю, попыталась зайти Ахмеду за спину. Он успел развернуться и встретил её ударом обеих ног, подогнув длинные пальцы. Далеко русалка не отлетела, помешало сопротивление воды. Сделав мощный взмах хвостом, она метнулась в темноту. Яна лихорадочно зашарила лучом фонаря по тоннелю, к её фонарю присоединился фонарь Ахмеда, но они не могла её найти. Или она уплыла далеко, или…