Глава 9. Обитель изгоев. Аккелон. Каринэль Арт Каллиан

Начало главы должно было выглядеть так:

Пропустив приезд мастера над монетой, Каринэль, тем не менее, был в курсе последних новостей. Он вообще всегда был в курсе, даже если отсутствовал, словно потоки информации сами к нему стекались, минуя своих посредников — эльфов.

Ни план Эррнгрид, ни она сама ему не понравились. Но воспитание и многолетняя привычка следопыта скрывать свои эмоции не позволили ему проявить даже тени неудовольствия или раздражения.

В конце концов, почему бы всем раайэнне не сложиться, кто сколько сможет — у всех разные потребности и доходы, он мог бы заплатить и больше, семьи и детей у него нет и в ближайшее время не предвидится, и не устраивать весь этот ярмарочный балаган. Деньги ему достаются нелегко, но он далеко не бедный — как почти все тут.

Свою первую встречу он предпочел лишь понаблюдать за ней. Собраться в Малой гостиной его попросил Рэм. Как начальник всех следопытов и разведчиков, он Рэму не подчинялся. Но просьбу выполнил. Пришел на собрание в Малую гостиную — послушал, сделал свои выводы, с частью из которых поделился с Рэмом: здесь в Обители они делают общее дело, да и Рэм когда-то на Большой земле был не самым последним из военных. Но большую часть наблюдений оставил при себе.

Эррнгрид, безусловно, умирала, но что-то в нависшей над ней тени напрягало его, что-то знакомое было в серой вуали, которая висела над ней рваными ошметками паутины. Различать серые тени — задача не из простых, но раайэнне много лет этому обучают, и тут глядя на роунгарри, он не мог ухватить главное.

То и дело бросая взгляды на Рэма, он не понимал, одобряет ли он план или просто соглашается с ним для вида. Он совершенно непринужденно потягивал свой…чай что ли, как будто сидит в домашнем халате и тапочках в кабинете. Рэм ему улыбнулся и демонстративно причмокнул, отпивая напиток.

Еще и скалится.

Слушая вполуха роунгарри, он про себя замечал, как она владеет аудиторией, вниманием, как тонко разбирается в психологии людей, на которых была сделана основная ставка. Все-таки раайэнне другого склада — не смог бы он так виртуозно использовать людей, пусть он и не питает к ним уважения. Для нее, вероятно, это обычное дело. Что вызывало в нем некоторую брезгливость.

Ему не понравилось и то, что роунгарри притащила с собой своего слугу — по своей сути являющегося Врагом всех раайэнне — кхааграш, занимающим мертвые или недавно умершие тела, душа которых уже отошла в дээйлир. Это не Исступленный, конечно, но сути это не меняло.

Может, она сама и не знала об этом, а слуга не спешил ее просвещать, но в сопровождающие можно было выбрать кого-то другого.

Да и сама роунгарри, несмотря на то, что была красивой (для кого-то) женщиной, совсем не подходила под параметры, которые он считал для себя привлекательными — для него полновата — вероятно, любит сладости, он предпочитал горячих поджарых женщин, а не толстых ледышек. К тому же была разведена, а у роунгарров только одна причина для развода — измена. Вроде не все там было однозначно, но в таких вещах, никогда не бывает однозначно.

В общем, чего ни коснись — все было не так. Но, не имея полной информации, выводов старался не делать, следуя своему главному правилу. Время покажет.

Все дозорные, которым не надо было идти в разведку или дозор, оставались в Замке. Те же, кому предстоял дальний переход, ночевали в казармах рядом с конюшнями и боковыми воротами.

Проснувшись рано утром, Каринэль первым делом пошел проверять готовность отряда к поездке и у конюшен встретил близнецов, из огненных роунгарров. Они седлали таких же одинаковых коней, хотя Каринэль ни разу не слушал, чтобы кобылы жеребились двойней.

Странные ребята — эти близнецы. Вроде, должны быть горячими, как настоящие южане — словоохотливыми и улыбчивыми, но своим темпераментом заморозят любого северного дракона. Брались за любую тяжелую работу или задание, доводили до конца любое дело, беспрекословно подчинялись старшему в отряде и никогда не жаловались, обходились минимумом простых, но качественных вещей, а вот оружие у них было дорогое. Хорошие стволы. Не каждый раайэнне такие достанет, как и костюмы из драконьей кожи.

Даже среди следопытов отличались молчаливостью. Не пили вина, не играли в карты, не пели песен, не ездили в соседний городок потискать человечек, хотя, это-то как раз понятно. Никто из эльфов не ездил. Но они интереса и к эльфиечкам не проявляли.

Сперва Каринэль волновался за ребят, своих, прежде всего — горячие головы, мало ли что, среди Бесцветных сестер попадаются очень даже ничего, вдруг возникнет конфликт, но быстро понял, что напрасно.

Темноволосые и темноглазые, они почти ни с кем не общались. Одевались одинаково, чем вводили в заблуждение абсолютно всех обитателей Замка. Поэтому чтобы не сойти с ума, разгадывая в загадку, кто сейчас стоит перед ними — Ради или Широ, большинство членов общины решило считать их одним эльфом, откликающегося на разные имена. Сегодня он — Ради, а завтра — Широ. Так ему больше нравится.

Зато пойти с ними в дозор согласны были все. От них веяло теплом, не обжигающим пламенем, а настоящим хорошим добротным теплом, они никогда не мерзли и согревали своим присутствием напарников. С ними можно было костры не жечь, с ними стихал северный ветер, и даже дожди лили через раз.

— Ради, Широ, — окликнул их Каринэль. Они синхронно повернули головы, ожидая указаний. — Пока Тира́ и Лайла нет, вы мне понадобитесь здесь, на ближних аван-постах. — Это значит Юг и Юго-Запад. На дальние — Север и Северо-запад — уходили только раайэнне, лишь изредка забирая эльфов из других кланов.

Кивнув, вскочили в седло и выехали за ворота.

Скормив Карине кислое яблоко, других у Карта для лошадей не водилось, он ласково похлопал ее по шее и потрепал за ухом, кобылка благодарно хрумкнула угощением и потыкалась носом в плечо хозяина, в это время подошли Эррнгрид и ее цепной кхааграш, Джуно, вроде.

Каринэль поздоровался. Эррнгрид вежливо ответила. Знаю нелюбовь роунгарров к церемониям: язык у них отваливается, если на пару слогов слово длиннее скажут, следопыт предложил показать карту местности, о чем потом пожалел. Роунгарри слушала внимательно и смотрела тоже, потому что ее заинтересовало то, что он не хотел показывать, пришлось нехотя соглашаться. Расчет был вернуться сегодня к вечеру, до темноты. Поездка должны быть легкой и безопасной, на дополнительные заезды он не рассчитывал.

Бегло оценив ее одежду — короткая куртка, не скрывавшая, а подчеркивающая выпячивающуюся грудь, ботфорты до середины круглого бедра и обтягивающие штаны — более несерьезное даже для однодневного путешествия сложно было представить.

Чтобы роунгарри не ходила голышом и не смущала его ребят, когда ее одежда треснет от порывов ветра, те уже и так слюни распустили как дети на лакомство, а это ни к чему в любом походе, хоть на близкие, хотя на дальние расстояния, взял для нее теплый плащ следопыта, сделанный из нескольких слоев парусины — тяжелый, но зато непромокаемый и непродуваемый.

У Рамидара утро не задалось, потому как тот встретил их напряженным молчанием.

Каринэль ломать голову понапрасну не стал, мало ли, у кого какие заботы, вскочил в седло и тронулся в путь. Остальные последовали за ним. Как он и думал, мастер над монетой в седле если и сидела, то не часто, а конных переходов вообще не совершала.

Быстро проехав перелесок и спустившись в овраг, Каринэль внезапно напрягся. Многолетний опыт и чутье бойца говорили ему об опасности. А он ведь несколько раз посылал следопытов проверить путь. Расстояние-то всего ничего, считается замковой территорией, но опасность и тревога были весьма ощутимы.

Пару раз сглотнув неприятный ком, который мертвым грузом упал в желудок, он подождал Рамидара и Эррнгрид. Они подъехали, Рамидар спокоен и несколько расслаблен, но в любой момент спокойствие сменится боевой стойкой, а Эррнгрид… Эррнгрид разглядывает окрестности и что-то ищет. Она тоже ее почувствовала, не выдавая своего напряжения, она, тем не менее, продолжала озираться и вглядываться в дорогу спереди и редкие корявые деревья по бокам засохшей речки.