Глава 2. Обитель Изгоев. Вертикальный предел. Начало. Эррнгрид

Наступал третий и, она надеялась, по-видимому, напрасно, последний день ее пребывания в Обители. Задерживаться надолго она не собиралась. Впрочем, она нигде не собиралась задерживаться, даже захоти того.

«— А, кстати, хороший вопрос. Где бы ты захотела остаться?

В памяти стали вспыхивать маленькие осколки прожитых событий, закружились в вихре как в калейдоскопе, к ним присоединились цвета, запахи, звуки, отголоски внутренних монологов.

Все это скручивалось в одном котелке и начинало закипать на сильном огне, разжигаемом тягучими воспоминаниями: горькими и невкусными, как фрукты и овощи, выращенные на скудной почве в неплодородных краях. Мысленная каша стала неаппетитно пахнуть.

— Так, стоп.

— Да, неправильный вопрос, — согласился внутренний голос, ставший в последние дни очень покладистым. — Полагаю, вопрос должен был звучать так: с кем бы ты хотела остаться?»

???!

***

Дни были такими насыщенными, что на осмысление информации у нее не было ни капельки времени. Хотя капля ее бы не спасла.

В этом она доверилась своей природе — драконья сущность соберет все, что нужно в укромную пещерку подсознания, а потом достанет необходимое в подходящий момент.

Если подходящий момент за отведенное ей кхаари время таки настанет, в чем она сомневалась.

Главное она сделала: договорилась, уточнила, узнала, получила, удостоверилась, отметила, запомнила, оценила.

Проснувшись рано утром, за час до предполагаемого рассвета, долго лежала и смотрела в потолок. Понежившись с полминуты, которая на поверку оказалась целым часом, она потянулась в кровати. Мышцы болели, особенно задняя поверхность бедра и поясница, верховая езда далась ей ой как непросто. Вот не зря она не любит лошадей.

Брр.

Так, просто зверь или Хранитель? Разрыв физической оболочки по невольной вине раайэнне или должок с Земли?

Запах показался ей знакомым, но она не была в этом уверена до конца.

Надо бы вернуться туда, в этот гарнизон и спуститься вниз, осмотреть размозжённые на скалах останки. Что-то не давало ей покоя, мысленная заноза доставляла вполне ощутимые неудобства.

«— Поручу это Джуно.

— То-то он обрадуется, — поддакнуло в ответ.

— Должна же у него быть хоть какая-то радость в жизни, — удовлетворенно согласилась роунгарри.

— Да, с чувством юмора у тебя все также туговато, — хмуро прогудело внутри.

— Это был юмор? Не почувствовала, — удивленно вскинула брови Рэнни.

— Поэтому для этого оно и нужно.

— Что нужно? — не поняла Рэнни.

— Чувство».

Одеяло сползло вниз на пушистый ковер, ворс которого стал еще гуще, (подрос, что ли, за ночь?!), роунгарри вальяжно поднялась с кровати, подошла к ванной, открыла дверь и…вышла обратно в комнату, плотно затворив за собой дверь. Постояла, досчитала до пяти и снова вошла.

Не было противоположной стены.

Зато прямо перед ней вился Северный Драконий Хребет под слепящим бело-желтым зимним солнцем, поднимаясь к самой высокий точке мира — Сс'аш'Эйкарр — Хрустальному Шпилю — одному из любимых мест обитания ледяных ящеров.

Вершина Шпиля всегда окутана хороводами миллионов снежинок и осколков ледяной взвеси, никто никогда, за исключением, пожалуй, ящеров, не видел его навершие.

Прощальный подарок Аккелона — скопировал изображение из головы и вставил, в смысле, отобразил на мраморе в ванной?

— Я весьма и весьма…польщена, — она сказала это вслух. — Но предпочла бы покоренные мной вершины, Эверест, например. — Так ты позволишь мне уединиться? — помолчав, добавила она. Какое-то время ничего не происходило, а потом стена вернулась на место. Теперь роунгарри спокойно приступила к утренним процедурам.

Осмотрела свою руку, потрогала. Чернильная клякса с мерзкими темно-фиолетовыми щупальцами все еще украшала ее предплечье, внутри пульсировал кхаари, отмеряя своим маленьким безжизненным тельцем драгоценные мгновения ее жизни.

Но даже это не мешало наслаждаться видом своей внешности. Совершенства достичь трудно, но она была где-то очень недалеко. Еще раз с благодарностью вспомнив Джейка и передав ему мысленный привет, она залезла в ванну и ушла под воду с головой.

***

Джуно по обыкновению ждал ее в коридоре, слишком прямая спина и слишком невозмутимое лицо выдавало в нем тщательно скрываемое напряжение и внутренний огонь. Может, с тамлин переборщил? В черных косичках торчал красный шнурок с цветными лоскутками.

Ага, то есть он все-таки моет голову и переплетается. У Джуно еще ни разу не было повторяющихся шнурков, а она только сейчас это заметила.

Оба оделись в облегающие кожаные штаны и куртки с вставками из связок и сухожилий темно-зеленого ящера, мягкие тапочки с жесткой подошвой, укрепленной роговыми наростами.

— Джуно, зайди и закрой дверь. — Эррнгрид распахнула перед ним дверь и, кивком пригласила его войти, — знаю, ты хотел бы пойти со мной, но у меня для тебя другое поручение. Тот Зверь не выходит из головы, я… я не знаю, почему. Хочу удостовериться, что это именно тот самый Зверь, с Земли, а не какой-нибудь другой. Уж очень быстро он меня нашел.

Джуно начал понимать, куда она клонит.

— В раайэнне ли дело, или нет, не уверена. Хочу, чтобы ты вернулся обратно и внимательно его осмотрел. В ту ночь, когда зверь атаковал меня, стреляли минимум из десяти ружей и пистолетов, хоть одна пуля должна была в него попасть. По теории вероятности. Вероятности того мира, конечно. Если я права, если мы правы: я и создатель теории, ты найдешь пулю…

Тебе предстоит спуск.

Посчитав, что все необходимое она уже сказала, Эррнгрид обошла его сбоку и пошла к выходу.

Джуно постоял еще какое-то время в ее комнате. Глубоко вздохнул, медленно выдохнул. Повторил. Еще раз. Не помогло. Он все еще был разозлен. Чтобы не спалить Замок дотла, а он вполне был на это способен, конечно, после этого придется вернуться туда, в пустоту, он стремительно направился к выходу, не потрудившись закрыть дверь.

***

Итак, драконья пещера.

Сейчас Эррнгрид уже в этом не сомневалось, песок времени истек, ни одной даже самой маленькой песчинки на метания, рассуждения, циничный скепсис не осталось. Значит, надо действовать.

Эррнгрид вдруг ощутила себя решительной и деятельной, как когда-то давно в прошлой или э-ээээ… позапрошлой жизни, когда она была замужем за влиятельным роунгарром, когда управляла делами штолен на материке Звездопадов, когда отстаивала свою точку зрения в спорах с дедом и с отцом, когда занималась воспитанием детей.

Что же таит грот, что скрывает, какие сокровища спрятаны в его недрах, и откуда он здесь, в Обители? Губы причмокнули и вытянулись в трубочку, сдувая нежный крем с пироженого предвкушения. От упоминания о пирожных в желудке засосало.

«— Когда я в последний раз их ела?

— Три дня назад, перед поездкой в Обитель. Целых! Пять! Штук!

— Не помню, и с чем же были пирожные?

— С жиром на *опе! — желчно квакнуло внутри.

— А-а, мои любимые!» — Не хотелось оставлять за внутренним голосом последнего слова.

Пройдя уже знакомым по прошлому разу коридором, они вышли к стене.

Кажется, вся Обитель собралась тут, как в день ее приезда, в толпе мелькали лица раайэнне, с которыми она уже познакомилась, но были и незнакомые ей эльфы.

Не-раайэнне, в основном лейдены и каа-либу, с землистыми кругами под нижним веком выглядели они неважно. Угрюмые и невыспавшиеся, они производили тягостное впечатление. Сбившись в кучи, эльфы держались подальше от раайэнне и старались не встречаться с ними глазами.

Последние делали то же самое. Не-гляделки продолжались довольно долго, никто не решался разрядить обстановку.

Перед ней расступались, провожая задумчивыми взглядами.

В месте, где заканчивалась внешняя крепостная стена и откуда им предстояло проделать путь наверх, стояли Рэм, Лайл, еще пара молодых ребят — не раайэнне, двое близнецов, одетых в свободные темные костюмы из переработанных и спресованных листьев и побегов красного дерева.

Волокна краснолиста придавали тканям эластичность, уменьшая теплоотдачу, он рос лишь в одном месте в Ран-Тарре, в Лимирии, на самом богатом флорой и фауной материке.

— Не успеем до темноты… — озвучила Эррнгрид очевидное, ни к кому конкретно не обращаясь.