Глава 8. Обитель Изгоев. Вертикальный предел. Рэм

Встревоженные возгласы впереди идущих ребят, добравшихся до второго уступа, он услышал, находясь ровно посередине отрезка. Первым шел Лирн, потом Дэй, потом Пирс. Скорее всего, Лирн уже давно достиг подходящего для ночевки лагеря, или должен был.

Парень был самым…физически развитым, он не пропустил еще ни одну…тренировку. О чем говорили многочисленные шрамы на теле, шее, руках. Даже его собственный шрам блек на фоне обезображенного Лирна. Лирна это не смущает, тебе-то что?

Сперва он подумал, что кто-то из первой тройки сорвался и предостерегающе крикнул Эррнгрид и Эдо, те, мигом сообразив, плотно прижались к скале, замерев и стараясь не дышать.

Ни острых камней, падающих на головы, ни порванных веревок, ни пролетающих эльфов. Тишина. Плохая тишина. За много-много лет Рэм научился отличать разные виды тишины, и эта тишина к умиротворяющей тишине не имела отношения.

Кричать он не стал, не до того.

Сейчас перед ним был острый коричневый зубец камня, пытающий на прочность трехпрядную веревку из связок дракона. Если бы она была льняная, они бы давно лежали на… Неважно, на чем.

Спокойно, не торопись. Сохраняй хладнокровие. Получалось плохо. Физическая усталость вкупе с ожиданием беды быстро довела его до изнеможения. А ему еще очень далеко.

Эррнгрид и Эдо, идущие следом, продвигались очень медленно, но уверенно. Они просто ползли, дюйм за дюймом, сокращая расстояние до того вожделенного плоского камня, на который с трудом втянут себя и переведут дух.

Нельзя, нельзя останавливаться, иди. Пот жег глаза, а мышцы просто вопили от боли, прося о пощаде. Связки и сухожилия все равно трещали, поднимая стройное тело наверх.

Толчок, перехват, еще и еще, еще и еще. В какой-то момент ему стало все равно, и тогда сильные руки помогли ему забраться на выступ. На нем едва умещалось трое. Четвертому просто некуда было забраться и, тем не менее, плотно прижимаясь к потным телам, пришлось потесниться еще.

— Смотри, — Лирн показал на следующий этап маршрута. Рэм сперва не понял, что перед ним, а потом, когда понял.

Такого просто не может быть.

Следующий отрезок пути представлял странную картину. Соседняя скала, в которой находилась пещера и жил дракон, оказалась перевернута верх тормашками в гряде утесов. Пространство здесь было сломано, и верхушка горы с пещерой упиралась прямо в него, словно росла сверху вниз.

То есть, они двигались всегда снизу наверх, а теперь должны были лезть — сверху вниз. В обратном направлении.

— Что будем делать?

— Подождем Эррнгрид и Эдо. Пусть он скажет, как с этим быть, и безопасно ли переступить границы ломаного пространства. Пещера оказалась значительно ближе, чем им казалось со стены Замка.

— Пусть идет первым.

— Я не возражаю.

— Нет, не так, йа-аа не ва-аазражаа-ю, — Молодой Дэй, лишь немногим старше Колди, и его напарник Пирс, единственный наследник весьма и весьма именитого рода раайэнне, зубоскалили, они быстро расслабились. Не место и не время. Лирн напряженно молчал.

— Довольно, — негромко обронил Рэм, и ребята сразу притихли.

Ждать, когда Эррнгрид и Эдо поднимутся, оказалось не намного легче, чем ползти самому. Вблизи сломаного пространство время тоже было сломано. Ночь должна была настать, но все никак не наступала.

Хотя, его внутренние часы тикали как отлаженный гномий механизм, который наместники богатых людских городов устанавливали на своих корявых центральных площадях. В Замке второй день близился к завершению.

Что же, наблюдая, как Эррнгрид, выжимает весь свой внутренний резерв сил и возможностей, не смог не заметить, что она изменилась. Чужая и незнакомая.

Она же — дракон, дракон, ползущий к пещерам своего… ммм… дальнего дядюшки, конечно, здесь, на высоте, она будет чувствовать себя по-другому. Но не только поэтому. Опять решает свои головоломки.

За ней тянулась маленькая ледяная дорожка, иногда, когда не хватало своих собственных сил, она использовала крохи своей силы, и ледяные коготки врастали в камень, который не мог противостоять ледяной магии и неохотно их принимал. Эдо, скорее всего, тоже особо не надеясь на физику тела, прибегал к…химии.

Вот Эррнгрид плотно обхватывает пальцами край выступа и в следующее мгновение ее подхватывают и поднимают. Она тяжело дышит. В ее глазах и лице проскальзывает напряжение, неудовольствие и усталость. Но она держится.

Непонимающе смотрит на Рэма и остальных, потом вперед, потом переводит взгляд снова на них и открывает рот, поднимая брови вверх.

— Что…это… такое? — тягучий голос тонет в прерывистом дыхании. Слова вылетают резко и неприятно режут по ушам.

Все только пожимают плечами. Неужели они лезли зря? Эррнгрид подносит руку к границам пространства — своего мира и сломанного, но Рэм ее перехватывает.

— Подождем Эдо.

Им было тесно втроем, затем вчетвером, затем впятером, но они все уместились. Выступ расширился.

Подтянувшемуся на руках Эдо тоже нашлось место. Все смотрели на него.

— Что скажешь, Эдо? — спросил его Рэм, когда тот сделал глоток воды, перевел дыхание и смог связно мыслить, — идем дальше?

В глазах и на кончиках пальцев Эдо плескалось золото, золотые нити пробегали и по границам пространства, проводя черты между привычным и невозможным.

«— Что же, как выяснилось, эта черта не так уж и недостижима».

— Йа-аа сма-агу сдела-ать неба-аальшой раа- азрыв в шва-аах, но не на-аадолго. Паа-адержу швы, но вы да-аалжны бу-удее-те успеть верну-ууться до темна-аа-ты.

При создании Обители каа-либу и лейдены прошили границы между мирами своими магическими нитями, как шовным материалом. Правда, вынося части Ран-Тарра и изгоняя Обитель в отдельный мир, они не уследили, за тем, чтобы привычные верх и низ частей были соблюдены, поэтому в Обители встречалось и такое — накромсанное беспорядочное нечто. Лоскутное одеяло.

То, что предлагал Эдо, было рискованным. Он разошьет пространства, снимет швы своей магией, в небольшую дыру проникнут Рэм, Эррнгрид и Лирн, доберутся до драконьей пещеры и возьмут все, что смогут. Затем Эдо снова наложит швы.

Но они должны будут вернуться до наступления темноты, иначе вместе с темнотой, проникнет и зараза, не зря же драконья пещера была вырезана целиком со скалой, значит, совсем рядом с ней могут находиться и…

— Отверженные? — Эррнгрид нахмурилась и вопросительно посмотрела на Рэма, ища отрицательный ответ. Но тот кивнул.

Конечно, она слышала истории о блестящих подвигах своих предков, но сама она никогда, и это само собой разумеется, не встречала ни одного из тех, кого не называют по имени и не говорят в обществе.

Их не обсуждают и не пересказывают детали. Не пугают маленьких детей сказками. Ибо знают, что с разговорами могут прийти совсем-совсем недобрые силы, а бесплотные духи обретут власть.

— Если это так, вам может понадобиться помощь, — Пирс предложил себя.

— Я не смогу всех взять, в силу… обстоятельств. Но Эдо действительно может потребоваться помощь. — Эдо, кто из каа-либу может тебе помочь? Я отправляю назад в Замок… — Рэм на секунду заколебался, но выбор был сделан, — Дэя.

Дэй кивнул. Пирса Рэм хотел оставить здесь, на всякий случай. Оба раайэнне были равны по силам, но почему-то, несмотря на внешность повесы и разгильдяя, Пирсу, или его роду, он доверял чуть больше, чем Дэю.

Дэй, серьезный, собранный, но в случае непредвиденной ситуации, менее гибкий. Пирс сможет сориентироваться правильно, и потом, Пирс, благодаря древним корням, должен был уже получить рекан, а Дэй еще — нет.

— Мэ-эдо, — проблеял Эдо.

— Оставьте все оружие, какое у вас есть, — неожиданно сказала Эррнгрид, максимум — один нож. Пойдем налегке. Чем больше вы вооружены, тем сильнее качнется маятник, так у нас будет шанс вернуться без потерь. И Мээ-эдо, — протянула Эррнгрид имя еще одного мага, наподобие Эдо, — полезет наверх один, без…Дэя. Здесь уже достаточно раайэнне. Возьмите близнецов.

***

Эдо напрягся и запел, то была протяжная заунывная песня, от которой закладывало уши, сводило скулы, возникали совсем неприличные желания огреть певца чем-то тяжелым.

Вой волка на жизнь, на Луны, на других волков продолжался долго. Дэй осторожно спускался, а оставшиеся члены группы, сжав зубы и кулаки, смотрели, как граница вспыхивала всеми возможными оттенками золотого цвета и дрожала в унисон вою-песни. Эдо ответили, со всех сторон слышался вой.