Отгоняю прочь все негативные мысли и фокусируюсь на моей девочке. Она упала на кровать около меня, разгорячённая и голая, с довольной улыбкой на лице. Веки полуоткрыты, и у неё такой вид, будто в любой момент может заснуть. От осознания, что именно я вызвал эту удовлетворённую улыбку на её лице, мне хочется надуться от гордости, но унимаюсь. Не нужно вести себя как придурок.

— Иди сюда, — бормочу себе под нос, потянувшись к её талии. Она охотно подчиняется, обхватывая руками мою шею, пока я подминаю её под себя. Целую, и она даже не уклоняется, учитывая, что мой рот был на её киске всего несколько минут назад. В какой-то момент мне стало страшно, что она задушит меня, но всё равно продолжал. Это был безумно горячий момент, который я никогда не забуду.

— Мне ну очень нужен презерватив. — Другими словами, умираю, как хочу оказаться в ней. Хотя, когда это случится, боюсь, не продержусь и пары минут. Бедняжка Люси подумает, что я — скорострел.

Закрываю глаза, думаю о посещении дантиста. О сдаче экзамена, к которому не подготовился — стоп, я редко готовлюсь к экзаменам, так что это не помогает, о чём угодно, лишь бы отвлечься от мыслей о чересчур быстрой эякуляции.

— Конечно. — Люси не помогает решить мою проблему, хотя мне очень нравится, как она целует мою шею, неторопливо скользя губами и покусывая мой подбородок. — У тебя он есть? — интересуется она робко.

Спасибо Господу, ещё раньше я запихнул три штуки в свой бумажник. У меня уже был там один, но я надеялся.

— Есть. Сейчас достану. — Соскакиваю с кровати, почти спотыкаясь о собственные ноги, отчего Люси хихикает. Хватаю с пола брюки и достаю из заднего кармана бумажник, беру все три презерватива и два из них бросаю на прикроватную тумбу, а тот, что в руках, открываю и раскатываю по члену.

Я твёрд, как скала, и прикасаться к нему очень чувствительно, почти болезненно. Умираю от желания войти в неё, не могу дождаться, чтобы погрузиться в её глубины и ощутить, как она будет сжимать и стискивать мой член. Она наблюдает за мной глазами, полными тревоги, её кожа раскраснелась, волосы в беспорядке, а на пухлых губах неуверенная улыбка. Она выглядит испуганной.

Она выглядит красивой.

Подхожу к ней и без единого слова обнимаю, прижимаясь губами к её губам. Поцелуй долгий и глубокий, мой член настойчиво упирается ей в живот. Не отрываясь от её губ, переворачиваю Люси на спину, она словно плавится подо мной, её жар, пышное тело, прижавшееся ко мне вплотную, в то время как руки обвивают мою шею и притягивают меня ещё ближе.

— Не хочу сделать тебе больно, — выдыхаю рядом с её ушком, разорвав поцелуй.

Она трясёт головой, ударяя волосами мне по лицу.

— Я знаю, ты будешь нежен со мной.

Замираю, потрясённый её доверием ко мне. Абсолютной верой, что, не взирая ни на что, поступлю правильно, когда дело касается её.

Делаю глубокий вдох, встаю на колени, опираясь одной рукой на матрас, хватаюсь за основание члена и слегка касаюсь только лишь головкой её киски. Она зажмуривает глаза, дрожаще вздыхая, её бёдра выгибаются, словно хочет большего. Словно стремится ко мне, так как я — единственный, кто может о ней позаботиться.

Провожу головкой члена по клитору, удивленный, какая она влажная, её плоть такая податливая и манящая. Меня чертовски трясёт, когда я осторожно надавливаю членом на её вход и неспешно вхожу в неё, дюйм за дюймом, по чуть-чуть. При первом же вторжении Люси замирает, её тело напрягается, я вижу, как она затаила дыхание.

— Дыши, детка, — шепчу, зачарованно наблюдая, как медленно погружаюсь в неё. Она принимает меня так легко, словно была создана для меня, и когда я, наконец, полностью в её киске, закрываю глаза и опускаю голову, чтобы прикоснуться губами к её губам в легчайшем поцелуе. — Ты в порядке?

Она кивает, бормочет что-то, что я не совсем разбираю, и так же медленно, как и вошёл в неё, выхожу, выжидая, не желая причинить ей боль, отчаявшись трахнуть её жёстко и сделать своей.

Но она уже моя. Я могу это сказать по задыхающимся звукам, по тому, как её тело постепенно расслабляется, и её тугой жар обволакивает меня. Глубоко толкаюсь. Ещё глубже. Заставляя её стонать. Заставляя себя кряхтеть. Я весь вспотел, тряска так и не прошла, чёрт, что гораздо хуже, я удивлён своей реакцией на неё. Почему меня настолько переполняет потребность сделать для неё это приятным?

Потому что она заслуживает это. Она заслуживает только самого лучшего.

Может, я и не тот, кто подарит ей лучшую жизнь, но, чёрт возьми, пока я с ней, приложу для этого максимум усилий.

— Обхвати меня ногами за бёдра, — предлагаю я, она так и делает, позволяя мне тем самым погружаться ещё глубже. Мы оба стонем, сил сдерживаться больше нет. Меня чертовски убивает невозможность дать себе волю с ней, поэтому отпускаю себя, но как можно нежнее. Приподнимаюсь и протягиваю руку между нами, прикасаюсь к клитору, кружа по нему пальцами, Люси сильнее прижимается ко мне, впиваясь ноготками мне в плечи, её рот рядом с моим ухом, когда она делает эти маленькие страстные вдохи, что сводит меня с ума.

Всё, что она делает, сводит меня с ума.

— Ты близко? — спрашиваю я, потому что со мной это случится в любой момент. Я вот-вот кончу. Не хочется испортить для неё этот момент, но, проклятье, я сейчас взорвусь, в основании позвоночника уже начинает знакомо покалывать. — Скажи, что ты близко.

Люси яростно кивает, распахивая глаза и встречаясь со мной взглядом.

— Ты ощущаешься так хорошо.

Зажмуриваю глаза и трясу головой. Не могу смотреть на неё такую. Не когда она настолько безумно красива, что у меня сердце болит. Ненавижу, что придется расстаться с ней. Ненавижу, что у меня есть всего несколько часов с ней, прежде чем уеду и больше никогда не увижу её.

Но, может, это и к лучшему. То, что я к ней испытываю после такого недолгого знакомства — просто безумие. Так не должно быть. Я не должен влюбляться в девушку, с которой не могу быть. Насколько будет больно, когда мы не сможем больше видеть друг друга?

Чертовски больно — по крайней мере, для меня.

— О, боже. — Кажется, она сейчас кончит, увеличиваю темп, мои бёдра ударяются об её, пока я неистово тру клитор. Мои движения неуклюжие, я теряю всё своё мастерство в погоне за освобождением для нас обоих, и когда она, наконец, замирает подо мной, откинув голову назад и закрыв глаза, я знаю — она его достигла.

Наблюдаю, как она кончает, чувствую, как пульсирует её киска, выдаивая мой член, и вот оно. С дрожащим стоном, я тоже кончаю, вжимаясь в неё так глубоко, как только могу, пока оргазм выплескивается из меня.

Быть с ней, слушать её, наблюдать за ней, чувствовать её — всё это вырывается из меня. Падаю на неё сверху, сбивчиво дышу, моё тело всё ещё сотрясает случайная дрожь. Люси гладит руками вверх и вниз по моей спине успокаивающим движением и неспешно целует меня в шею.

Сильно зажмуриваюсь, жалея, что нельзя остановить время. Я не хочу, чтобы это кончалось.

Никогда.