– Не я, дикарка, а мы…

Хелена зарычала от гнева и кинулась на него, то ли желая прикоснуться, то ли ударить. Маг перехватил ее руки и развернул к себе спиной, оттягивая волосы. Ласково прикусил шею и прорычал:

– Моя!

Девушка молчала, зная, что, если сейчас скажет что-то в ответ, спровоцирует его, и тогда окажется под ним, стонущая и желающая этого больше свободы. Что странно, она сама этого отчаянно желала, а особенно впиться в его шею, поставить метку, но пересилила себя. Закрыла глаза, а когда успокоилась, осторожно отодвинулась, что мужчина ей даже позволил.

Резко поднявшись, Хелена с ужасом осознала, что внутренняя часть ее разума не желает уходить, но она должна, ведь ее семья в опасности. Оказавшись на ногах, подлетела к шкафчику, и мгновенно схватив вещи, принялась быстро одеваться.

– Куда собралась? – очень спокойно осведомился обнаженный, мощный мужчина, безумные глаза которого выдавали его ярость и мгновенное желание подчинить.

– Помочь семье обрести свободу, – буркнула повстанка, совсем не желая разговаривать с ним.

– Нас повязала магия… Теперь у тебя есть только я, – категорично рявкнул кардинал, магией одевая себя.

– Нет! Моя семья – это моя семья, и ничто этого не изменит.

– Уверен, ты не права. Особенно после того, как уничтожу твоего альфу и других вояк, посмевших украсть артефакт. И тогда, кроме меня у тебя точно никого не будет.

Хелена утробно зарычала, заканчивая надевать брюки, и бросилась к нему:

– Скотина! Как ты мог?! Ненавижу тебя! Ненавижу!

Дерек резко схватил ее за руки и притянул себе. Схватив огромной рукой нежное лицо и подняв, выдохнул в нежно-розовые губы:

– Я оставлю их в живых, если ты добровольно уйдешь со мной на мои земли.

– Это моя семья! Моя душа с ними! Я не брошу их сейчас, когда мы у цели. Маги… забрали у нас наше, законное, то, на что не имели права.

– Мы уйдем! – резко прорычал черный тигр.

– Нет!

– Да, теперь мы повязаны магией, одна жизнь на двоих.

– Плевать! Мне это не нужно! Я не хочу! Зачем? – яростно выкрикнула Хелена, с силой отталкивая его тело.

– Я не думал, что так получится. Я желал другого… – гневно сообщил Дерек, и тут же резко перехватив ее руку, притянул вновь к себе и выдал: – Но и отказываться не собираюсь. Ты – моя!

Девушку затрясло от желания врезать ему и поцеловать, прикоснуться и… Отвернулась к нему спиной, пытаясь перебороть в себе новые чувства, и чувствуя, как невыносимая нужда сворачивает все ее тело, с возмущением выкрикнула:

– Что ты со мной сделал?

Мужчина лениво провел пальцами по женскому бедру и, вжавшись возбужденным членом ей в попку, совсем не ощущая их одежд, с иронией констатировал:

– Ты не знаешь ничего о парах черных тигров?!

– Зачем мне это знать? Мы разные. Земля нам дарила силу, а не магию, и мы не зависим друг от друга, – гневно выдала она, начиная неосознанно двигаться.

– Помимо того, что наша связь будет с каждой секундой усиливаться, если один из пары умрет, то и второй погибнет. Неизбежность.

Хелена от возмущения задохнулась и, повернувшись к мужчине, зарычала:

– Проклятье! Почему мы?

– Природа, – лениво уточнил Дерек, прикусывая ушко девушки. – И магия.

– Я не могу оставить семью, оставив умирать, – буркнула тигрица. – Я отказываюсь…

Мужчина с силой сжал волосы и рыкнул:

– Даже не надейся! Как только я закончу свои дела, мы уйдем на мои земли.

– Нет! Я не брошу…

Дерек резко нажал пальцами на ее виски, шепча нужные слова, и девушка даже не успела осознать, рухнула без сознания в его руки.

Кардинал нежно поцеловал ее в губы, и удобно уложив на постель, произнес:

– У тебя нет выбора, девочка, – отчеканил он, и направился к двери, а потом повернулся и произнес: – Ты только моя, а других… я уничтожу.

Выйдя из комнаты, он запечатал вход, и теперь был спокоен, зная, что для всех посторонних не будет существовать двери, и никто сюда не сможет пробраться.

Довольно, даже свирепо оскалившись, открыл портал и вошел в него, приготавливаясь к кровавой игре, где исход известен заранее.

Как только черная магия рассеялась, из-под кровати выползла серая маленькая мышка, подергивая носиком, принюхиваясь, определяя опасность. И через секунду она уже превратилась в черноволосую стройную девушку, с презрением смотрящую на спящую тигрицу. На ее прекрасном лице играла злорадная улыбка, и она довольно засмеялась, в нетерпении порадовать своего повелителя.

***

Сандай смотрел на спящую красивую девушку с золотыми волосами и жадно пожирал глазами ее стройное тело. Как только Сатха в облике дракона принесла на крыльях девушку, он решил, что у него намечаются очень даже горячие ночи с его новой рабыней. Уж он постарается, чтобы желанная женщина Дерека испытывала с ним только унижение и жестокое насилие, как он любил.

Видя похоть в глазах любимого мужчины, вспоминающего о ней только когда необходимы ее магические способности обращения в животных, девушка скривилась. Совсем не так она представляла его благодарность. Колдунья желала быть любимой… хоть немного, чтобы почувствовать себя желанной и единственной. Но она ему не нужна, несмотря на ее великолепную красоту и могущественную силу.

Решив обернуть его похоть на себя, колдунья медленно подошла к нему и положила руки на плечи, но тут же с невероятной силой отлетела в сторону, ударяясь спиной о стену.

В ужасе взглянула на разъяренного правителя, идущего к ней, и выдохнула:

– Я…

– Никогда не смей так приближаться ко мне! – гневно прохрипел Сандай.

– Я желала подарить ласку, – смело отметила девушка, и мужчина тут же задумчиво скривился, а потом выдал:

– Разденься!

Глаза колдуньи загорелись, и она тотчас поднялась, мгновенно срывая с себя одежду, хищно улыбаясь, зная, что ей есть, что показать. Стройные бедра, маленькая упругая грудь, белоснежное лицо с выразительными огромными черными глазами, – она напоминала ледяную принцессу, но только внешне, глаза же девушки горели страстью и желанием.

Оставшись обнаженной, она стянула ленту с волос и расплела длинные, черные волосы, доходящие до ягодиц. Колдунья с предвкушением смотрела на мужчину, ожидая от него активных действий.

Сандай лениво подошел к ней и сжал огромной ладонью грудь, выворачивая сосок, причиняя соблазнительнице невыносимую боль. Девушка не издала ни звука, готовая даже к такому обращению, и тут же услышала:

– Увы… ты не возбуждаешь меня, как женщина, так что немедленно оденься и скройся с моих глаз. А главное, никогда не смей прикасаться ко мне! Поняла?!

Выдав жестокие слова, получая молчаливый кивок в ответ, отшвырнул ее в сторону, и вновь направился к девушке, лежащей без сознания на его ложе, хищно ухмыляясь, не обращая внимания на униженную колдунью.

Сатха сидела на ледяном полу еще несколько секунд, пытаясь не показывать свою ярость и разочарование, а потом схватила одежду и обнаженной направилась к выходу, мечтая отомстить. Так, как может только она…

***

Альфа прайда стоял на плоской поверхности горного хребта, считающимся святостью магов, где в пещере он должен был вложить артефакт на алтарь, чтобы вернуть то, что магия незаконно держит в себе. Силу и могущество саблезубых тигров.

Огромный свирепый мужчина, вождь желтых хищников, вглядывался в вечернее небо, охваченное темно-синим полотном, с нетерпением ожидая полнолуния, до которого было еще очень далеко. Райвен жаждал установить священный артефакт на алтаре, чтобы сила земли вышла наружу, уничтожив магию, закрывшую ее в сосуде. Звери вновь полностью вернут свою мощь, и больше ничего не будет действовать на них.

– Почему мы оставили ее там? – зарычал Трен, подходя к альфе, не скрывая своей ярости.

– Это ее выбор! – спокойно напомнил мужчина, давая брату возможность изменить интонацию, пока не разозлил его.

– Это неправильно! Ты, как вождь, должен был приказать ей идти с прайдом. Если бы я был…

Досказать не смог, так как его мгновенно откинуло в сторону, и огромный хищный зверь с мощными клыками уже двумя лапами стоял на его груди, свирепо рыча.

Трен замолчал, оглушенный силой своего вождя, давящей на него, отчего его тело затряслось от боли.

– Перестань… я твой брат, – хрипел он, желая свободы, но альфа не отпускал, а еще сильнее давил, и только когда мужчина затрясся крупной дрожью, спрыгнул, моментально перекинувшись в обнаженного мускулистого мужчину.