И вот дождались, наконец. Привел его в первый раз Логацкий, представил:

-- Вот вам, девчата, начальство новое. Старший технолог на робототехнической линии...

Новый технолог был ростом повыше среднего, худощав, стрижен коротко. И хоть назвал его Николай Семеныч "старшим", но смотрелся тот с виду совсем школьником.

-- И нашли ребятёнка! -- хмыкнув, прошептала Тамара подружкам. -- И где только они его выкопали?.. Дождались, называется, праздничка.

Хмыкнув разочарованно, прошептала. Как-то уж слишком явственно проступило в глазах очевидное противоречие с тем самым воображаемым "серьезным", всемогущим мужчиной. Потом, правда, выяснилось, что оно больше с виду кажет, а не так и юн новый технолог в действительности. Двадцать восемь, как-никак, женат и детишек двое, и на заводе поработал прилично. Говорили знакомые девчата, что до сих пор где-то в отделах сидел. Обнадежило это, да ведь не зря говорят люди, что первое впечатление оно и самое верное.

Первый месяц на него особо не наезжали, обычай такой на заводе. Дают вновь прибывшему человеку с месяц осмотреться основательно, освоиться на новом месте, хорошенько в дело вникнуть. Ну а взялся он за работу горячо, даже с блеском в глазах поначалу. Как зашел с утра в цех, так, глядишь, прямиком и на машинную линию; место свое рабочее рядышком оборудовал, крохотный столик притащил откуда-то. Даже надоел девчатам, на день по сто раз дотошно обо всем расспрашивая. Присматривался, выстаивал подолгу с картонной папкой под мышкой, наблюдая детально машинный конвейер, пластиковые кассеты в ладонях вертел, манипуляторы щупал.

Потом бумажки какие-то начал писать. Живо, с тем же блеском в глазах -- кто-нибудь из начальства подойдет, спросит по делу, так он и не сразу ответит. Забегает как-то Тамара к начальнику цеха отгул на завтра подписать, а он, новый технолог в кабинете, у стола слегка наклонившись стоит, бумажку какую-то начальнику тычет. Начальник вглядывается внимательно, явно в каждую строчку вникая, и только седой затылок ладонью скребет, а указательным пальцем к верху дерг да дерг почему-то.

-- Не поймут, не поймут они там! -- словно про себя еле слышно бормочет. -- Эт-т точно, скажут... да ведь, ясное дело, найдут, что сказать.

Так вот незаметно еще три месяца прошло. И только тогда окончательно выяснилось, что как не было толку на роботе, так и нет его. Все абсолютно по-прежнему, лишь одна маета да безденежье.

Он, новый технолог поначалу объяснять пробовал, но непонятно как-то, сбивчиво, с чертежами да мудреными цифрами. Не могла, не хотела ему верить Тамара, она ведь тогда уже, с первого взгляда все поняла.

-- Когда ты... во! во! -- звонко, как в пустую бочку, стучала сухим кулачком по своему рабочему столику. -- Был бы ты мужик и вправду толковый, в момент двинулось дело, а так.... во! во! -- стучала она еще звонче и злее. -- Что тебе еще остается, как только нам мозги парить? Крючками своими да цифрами?

Однажды не выдержала, в сердцах прямо спросила:

-- Расскажи, объясни, удивляемся! И как только такие лопухи, как ты, институты кончают?

Новый технолог в ответ рассмеялся и сразу ответил без тени смущения, словно в порыве искренности:

-- А вот как это запросто делается. Как заминочка в чем, заморочка -- батька сразу мешок сала на плечи и в институт!

-- Во-от, видишь... Вишь ты, как они делают!

И хоть Тамаре было до чрезвычайности сладко услышать столь откровенно то, о чем она и сама давненько догадывалась, однако при этом она прямо сморщилась своим мелким личиком от презрения и гнева. Слишком, слишком уж часто приходилось ей слышать, едва выйдя из младенческого возраста: "Без блата и денег у нас нигде не пробьешься!" И то, что в медицинский институт тогда срезалась, теперь она в этом не сомневалась ни капельки, тоже из-за таких вот голубчиков. Именно, именно, в точности.

-- Вишь ты, как они вертятся... Скажи-ка мне лучше, и что бы ты был, да без батькова сала?

-- Вообще-то я реалист по жизни! -- а он в ответ все с улыбочкой. -- Был бы или не был, к чему ворошить? Есть конкретные обстоятельства по жизни, и эти обстоятельства я конкретно учитываю.

-- А совесть у вас есть? Вот у тебя, например, хоть на капельку? Это вот обстоятельство ты конкретно учитываешь?

-- Х-ха, совесть!.. Что есть совесть в делах? Совесть в делах нынче просто абстракция.

-- Ах ты, аб ты... аб-ты! -- уже кипела, от души негодовала Тамара, стараясь подогнать под уничижительный смысл последнее, трудно произносимое для нее слово.  -- Лопух, дурень, хоть в лоб стреляй, а будет лыбиться!

И в самом деле, это только поначалу он на подобное как-то адекватно реагировал, а теперь... Что ни кричат, что ни бросают ему в гневе девчата, а в ответ лишь смешки да улыбочки. А иногда он в подходящий момент еще и слово подкинет, будто капелькой махонькой пламя подмаслит, и выходит в итоге нелепо как-то... Будто истерики, праведный гнев только на смех.

И лишь когда вроде надоест ему, отплывает неспешно прочь вдоль рабочих столов, задвинув подмышку свою зеленоватую картонную папку с бумагами.

* * *

Сказать по правде, Логацкому новый технолог с виду тоже не глянулся. Ну да не первый десяток лет Николай Семеныч в цеху, прекрасно знаком он со здешней механикой. Сразу понял-просек, зачем берут сюда этого "мальчика".

-- Взяли мальчика на роль для битья мальчика! -- каламбур этот словно сам собою придумался, и теперь про себя он повторял его часто.

Да и не пошел бы сюда ни за какие деньги мужик опытный, на производстве не один год поработавший. А этот парень хоть и шестой год на заводе, да только откуда ему знать-ведать! В отделах на теплых местечках эти годы сидел, там в "сонном царстве" совершенно другая жизнь. Ведомо, ведомо и это Николаю Семеновичу, сам точно так начинал когда-то в отделе главного технолога.

С другой стороны и понять парня можно. Уж, конечно, говорили, предупреждали его знакомые производственники: в цеху головном, да еще сборочном ты будешь в руках шипы острые, а не розу держать. Там кровь из носу, а любой ценой его величество план сделать надо, там беготня, нервотрепка, там ты скоро узнаешь, по чем премиальный процентик. Однако и "сонное царство" парню молодому с его энтузиазмом обязательным, да с замашками поначалу традиционно наполеоновскими тоже не сахар. Ему расти и расти, двигаться к верху поскорее бы надо, да разве в отделе особо поднимешься? Старички заслуженные местечки повыше оприходовали крепко, ничем ты их оттуда не вышибешь, изо всех силенок своих за мягкие стульчики держатся. Что-что, а в смысле роста карьерного, денежного в отделах-конторах-бюро заводских беспросвет наиполнейший.

А деньжат здесь ему явно подбросили. Семья у паренька, дети малые, их кормить нужно, а тут старший технолог! Если с прогрессивкой глянуть, то раза в полтора выигрыш вышел, не менее. Что и говорить, добавка весомая, ради нее одной покрутиться на полную можно.

И вот что еще разглядел очень скоро Николай Семенович. В общем, технолог этот парень неглупый. И продукцию цеха конструктивно гораздо глубже их, производственников знает, если где-то поглубже дефект зарылся, копнуть основательно нужно, то к нему сейчас бегут линейные технологи. Но не сработается он здесь, не задержится долго, опытному глазу сейчас это видно.

Прежде всего, характер не тот, норовистый, вспыльчивый. Это он с девчатами сейчас только хихикает, дурачка играет, не достать все равно им. А вот с начальством... Тут он наоборот никогда тон не убавит, режет прямо, на равных норовит себя поставить, и в этом ошибка его самая главная. Важнее, важнее всего на производстве с начальством вести себя правильно! Не зарываться зазря, не перечить, не умничать, иначе не проявишь себя никак, не выдвинешься, будь ты хоть семь пядей во лбу... Затолкают, заездят, затюкают.