- Жуткое ощущение, - призналась девушка, - прямо душу леденит.

Эмилио забавлял сам факт.

- А возможно ли подключить этот трон к сети? – решил он подшутить над служащим.

Тот ответил невозмутимо:

- Возможно, сэр, но – за отдельную плату.

- Гм, пресловутое американское чувство юмора, - хмыкнул итальянец и, отойдя на всякий случай в сторону, пробормотал себе под нос, - смерть будет мучительной, но недолгой. Зато она избавит меня от этого навязчивого желания взять в рот сигару.

Не нужно было им предварительно заглядывать в район Майами, именуемый Малой Гаваной. Там, в одной из крошечных мастерских, на долю Эмилио выпала нелёгкая участь наблюдать, как в руках местных умельцев рождаются знаменитые кубинские сигары. Эмилио прежде курил другие, но и созерцание этих вызвало у него ностальгию.

- Всё это чушь! – твёрдо сказал он самому себе. – Табака жаждет моё тело, а не душа. - И потом – приятно было видеть взгляд Таис, преисполненный уважения к его персоне. Девушка по достоинству оценила выдержку Эмилио.

В Майами их застал один из любимых американских праздников – Хэллоуин. Праздновать его и участвовать во всенародных забавах путешественники отправились в один из ночных клубов, где самой популярной едой стал на сегодня попкорн, залитый томатным соком, чуть поджаренный в печах и затем поданный в симпатичных черепах. Анжелика с удовольствием поглощала лакомство вечера, открывая для себя новый вкус, а Таис воздержалась.

- Ты почему не ешь? – пристал к ней Эмилио. – Нельзя нарушать традицию – нечистой силе подобные отклонения не по душе.

- Для тебя важны традиции, а для меня – фигура, - бесстрастно отреагировала Таис, - тебе известно, сколько калорий содержится в попкорне? Кроме того, я не хочу во время завтрашних съёмок испытывать дискомфорт из-за проблем с пищеварительным трактом.

С тех пор, как Таис начала работать, она ещё тщательнее стала следить за собой. Когда перед сном Анжелика заходила к ней в номер, она заставала подругу либо делающей массаж, либо восседающей на тренажёре, либо полулежащей в кресле с питательной маской на лице. Разговор в таких случаях складывался как бы между делом.

- Зачем тебе все эти ухищрения? – как-то спросила Анжелика. – У тебя и без них прекрасная кожа и волосы.

Таис чуть приоткрыла глаз, спрятанный под ломтиком какого-то фрукта.

- Это потому, что я была беспечной, беззаботной и безработной. Ничто не требовало ответственности и напряжения. Я отдыхала, Ан. А сейчас работа так выматывает меня, что когда вечером смотрю в зеркало, я вижу и мешки под глазами, и морщинки на лбу. Я должна выглядеть свежо всегда.

- Ничего, съёмки скоро закончатся, и ты снова почувствуешь себя свободной, - успокоила себя и её Анжелика. – Все мы видим, в каком напряжённом ритме тебе приходится работать. Не каждому такое под силу.

Она добавила это с сочувствием, но Таис услышала в её словах своё.

- Тяжело было первые полторы недели, - подхватила она, на этот раз приоткрывая другой глаз, - потом ещё где-то с неделю я адаптировалась, а теперь получаю ни с чем несравнимое удовольствие от подобного режима. Мне и боязно, и весело, и комфортно, и тяжело, и радостно. Господи, я же занимаюсь тем, к чему стремилась всю свою жизнь!

К концу съёмок она, однако, стала чаще погружаться в задумчивость, и, как однажды заметил Эмилио, стала более доброй и снисходительной – в первую очередь, к нему. Иногда Таис украдкой смотрела на каждого, и по губам её проскальзывала ничего не значащая улыбка; лицо её в такие минуты светилось то грустью, то радостью. Майами так засыпало впечатлениями, что никому не приходило в голову задуматься над поведением девушки.

За день до отплытия пришёл «Восьмой». Рошфор всё так же преданно ждал на палубе, а капитан был неизменно добр и учтив.

- Когда отплываем, мистер Демигод? – поинтересовался он после того, как Даниэль со спутниками собрались в кают-компании.

- Завтра после обеда, - объявил Даниэль, - Джастин, с утра привезут наш багаж. Позаботься о нём, пожалуйста.

- Да, мистер Демигод.

Когда он ушёл, Даниэль повернулся к Таис:

- Земекис звонил мне сегодня и сказал, что завтра он закончит съёмки до одиннадцати дня. Тебе хватит времени собрать вещи?

- Да, - поспешно ответила Таис, - я сегодня же займусь ими.

Однако когда в назначенное время дня за ними пришёл носильщик, дверь ему никто не открыл, и багаж всей компании отправился на яхту без чемоданов Таис. Обнаружилось это лишь на корабле, и один из матросов немедленно доложил капитану. Джастин связался с Даниэлем: тот выяснил у администратора отеля, что Таис отправила свои вещи раньше всех. Он не посчитал важным добавлять того, что они уехали на другой машине. Получив информацию, путешественники успокоились и продолжили свой отдых в одном из ресторанов на Оушен-драйв. Эта улица значилась в их списке последней перед отъездом достопримечательностью Майами. Она была главным местом круглогодичной богемной тусовки, и участвовали в ней главным образом фотомодели.

- А знаете, откуда здесь такое количество прекрасных лиц? – спросил Эмилио своих спутников, расслабленно потягивающих коктейли. – Некоторое время назад несколько известных фотохудожников облюбовали крышу отеля «Марлин» - он как раз сейчас перед нами – и устроили на ней фотосъёмку девиц в полуобнажённом виде. И теперь мужички просиживают здесь на открытых террасах едва ли не сутками. Американцы так и прозвали Оушен-драйв: «вселенская улица разглядывания девушек».

- Надо же, я и не знал! – удивился Даниэль. – Откуда у тебя такая информация, Эмилио?

- Сам здесь частенько сиживал, - под общих смех компаньонов он всё же довёл свою мысль до конца, - но теперь меня интересует лишь одна девушка, и её рядом нет.

- В самом деле, - Кристиан бросил взгляд на часы, - нам уже пора, а Таис где-то задерживается. Знает ли она дорогу?

- Любой водитель сможет добраться до Оушен-драйв, - сказал Даниэль, - давайте подождём ещё полчаса, а потом отправимся на яхту. Возможно, Таис уже будет ждать нас там.

Его предсказание не сбылось. Таис не объявилась ни на Оушен-драйв, ни на яхте.

- У неё ещё есть время. Подождём, - сказал капитан.

Ждать пришлось недолго. Через несколько минут Таис вошла в кают-компанию, и у Эмилио невольно вырвалось:

- Слава Богу! Мы так переживали!

- Таис, ты заставила нас волноваться, - шагнул ей навстречу Даниэль, - твой багаж доставлен? Мы можем отправляться?

Таис отступила назад и обвела лица компаньонов долгим взглядом. Анжелика посмотрела на Эмилио и увидела, как окаменело его лицо. Тяжёлое предчувствие, о котором он говорил, и о котором Анжелика уже успела позабыть, вдруг охватило девушку, а потом и всех остальных.

- Даниэль, Анжелика, Курт, Микио, Эмилио, Кристиан! – с особой теплотой произнесла Таис их имена. – Простите меня, но я не могу поехать с вами.

В наступившей тишине стало слышно, как плещется за бортом вода и гудят двигатели, приводя яхту в движение.

- То есть - как?..

Даниэль пристально смотрел на девушку - она прятала глаза, не в силах выносить ту ответственность, которую налагало решение.

- Я не могу продолжать путешествие, - тихо повторила Таис, - и мне очень нелегко произносить сейчас эти слова.

- Но почему? Что случилось? – кинулась к ней Анжелика.

- Я получила приглашение сняться в фильме.

- Спасибо, Земекис! – всё больше мрачнея, пробормотал Эмилио.

- Это не он! – горячо воскликнула Таис. – Мной заинтересовалась кинокомпания «Уорнер Бразерс». Это была их инициатива.

- Другими словами, Таис, - вмешался Кристиан, - ты начинаешь карьеру киноактрисы, поэтому не можешь продолжать это путешествие. Тебе предоставили выбор, и ты выбрала не нас.

- Кристиан, не будь таким жестоким! – с мольбой воскликнула Таис. – Я и так чувствую себя виноватой. Но разве вы – вы все – не сможете меня понять?! Я с детства мечтала о сцене, и теперь в двух шагах от неё! Это моя сущность, моё призвание, моя жизнь. Отныне я могу не только заниматься любимым делом, но и обеспечить себе достойное существование. Друзья, вам известно, что семья моя бедна и жизнь в ней бесперспективна. Я прошу вас сейчас подумать об одном: как бы вы поступили на месте Таис да Коста, бедной бразильской девушки, мечтающей о карьере актрисы?