Молот блаженно вытянул затёкшие ноги. Да, день выдался сложным, и завтрашний будет не легче.

– Красивый город, – глядя на руины, освещённые солнечными лучами, заметил Кот.

– Был, – поправил Молот.

– Был, – грустно согласился замком. – Интересно, почему он не рассыпался в пыль? Три тысячи лет прошло. Что угодно рассыпалось бы, а он всё такой же, как и после катастрофы. Да, прогнили балки, проржавели металлические конструкции, но всё равно он стоит.

– Я уже задал этот вопрос нашей союзнице, – поднимая к глазам бинокль и изучая длинную улицу, на которой запросто могло разъехаться десяток танков в ряд. – Она сказала, что по этой же причине отсюда не выгребли все кристаллы и прочие полезные вещи. Проход сюда открывается раз в год ровно на семь суток. А потом город накроет невидимый щит и никому сюда и отсюда хода не будет.

– А почему только кланы могут сюда попасть, мы не встречали самую сильную державу континента Пиров, их машину видели, но в городе их, похоже, нет.

– Захватим Пира, обязательно выясним, – ответил Молот. – Пока можно сколько угодно строить догадки, а время поджимает. Примите командование, капитан.

– Товарищ майор, я в «Витязе» был только старшим лейтенантом.

– Считайте, что я повысил вас в звании. В конце концов, вы мой заместитель.

– Есть, товарищ майор, – вытягиваясь по стойке смирно. – А вы куда?

– На обследование квартала уйдёт не меньше двух часов. Я хочу осмотреть вон ту башню. Она не сильно пострадала при атаке на столицу, разве что верхушку снесло. Мне интересно, как жили предки людей, с которыми я хочу заключить союз.

– Это может быть опасным, – предостерёг Кот.

Молот кивнул и направился к распахнутым дверям. На всякий случай он прихватил с собой кристалл Арты. Вдруг повезёт.

Здание выглядело жутко, но устояло. Надо отдать должное строителям: строили они на века. Наверное, и сами бы удивились, узнав, что их творение простоит три тысячи лет или циклов, как говорят местные.

Поднявшись на второй этаж, майор толкнул первую попавшуюся дверь, сделанную и виде круга. Ничего не произошло.

Он поискал замок или ручку, но ничего похожего не обнаружил. Всё здание было построено на коридорной системе, каждый этаж представлял собой правильный квадрат. Четыре квартиры на этаже. Судя по размерам, в каждой не меньше ста пятидесяти квадратных метров. Арва сказала, что в таких башнях жили знатные и богатые люди. Похоже, девушка не ошиблась.

Все двери на этаже оказались заперты, и Молот поднялся на следующий. Та же картина, всё закрыто. Это было странно: все дома, что он видел до этого, были разрушены или выгорели во время катастрофы. Конечно, неизвестно, что за запертыми дверями: может, огонь добрался до содержимого через окна, а может, там всё так, как три тысячи лет назад. Но чтобы узнать это, нужно открыть дверь.

Майор осмотрел этаж: коридор выгорел, но особо сильных повреждений пожар не нанёс. Возможно, отделка была противопожарной, и обеспечила сохранность здания.

– Что думаешь, ЕВА?

– Даже не знаю, Мечислав Дмитриевич, – раздался в гарнитуре сексуальной голос ИИ. – Можно попробовать взрывчатку.

– Эта мысль посещала меня, – согласился Молот, – так и сделаем.

Достав из кармана штанов небольшой брусочек пластита, он прилепил его на дверь и вставил детонатор. Зайдя за угол, достал пульт дистанционного подрыва, и, досчитав до трёх, нажал кнопку. Громыхнуло не слабо. Древнее здание вздрогнуло. На какой-то момент майору показалось, что оно начнёт разваливаться. Но, кроме упавшего с потолка пласта штукатурки, или что вместо неё использовали местные строители, ничего не обвалилось.

Молот подошёл к двери. Взрывчатка своё дело сделала. Искорёженные взрывом пластины выглядели, словно раскрывшаяся ромашка. Аккуратно переступив через них, майор вошёл внутрь. Да, с выбором дома ему несказанно повезло, словно не было трёх тысяч лет. Если бы не вековой слой пыли, покрывший пол и предметы, Молот мог бы сказать, что хозяева вышли пару минут назад. Всё, что окружало майора, было сделано в форме полуовала или полукруга. Плавные изогнутые линии присутствовали везде, даже комнаты сделаны круглыми. Интересно, сколько архитекторы потеряли пространства, делая эти фигуры, ведь здание – правильный квадрат. А может, только эта квартира перестроена по желанию хозяина?

Майор сделал первый шаг. Облако пыли, поднятое взрывом, начинало оседать, отрывая всё новые подробности. Окна в квартире оказались целы, напротив одного из них стояло высокое кресло с типичной для этого города овальной спинкой.

– Хорошо, что в шлеме воздушный фильтр, – произнёс он, ни к кому не обращаясь.

– Это предусмотрено конструкцией костюма, – тут же ответила ЕВА. – Фильтр позволяет прибывать под водой около десяти минут, выделяя из неё кислород. По истечении этого времени фильтр прекращает работать.

– Знаю, – осадил её Молот, – я прочёл ТТХ. Лучше займёмся записью.

И извлёк пенал ноутбука из кармана, держа как сотовый телефон.

– Картинка устойчивая, – доложил ИИ. – Начинаю запись.

Майор обогнул кресло и замер. Прямо в нём, положив руки на подлокотники и устремив взгляд в окно, сидела женщина. А точнее, мумия. Три тысячи лет и замкнутое помещение сделали своё дело, высушив труп. Одежда истлела. Кости обтянуты одеревеневшими мышцами и кожей.

Майор аккуратно всё заснял, и двинулся дальше. Он не стал тревожить труп. Когда закончит, сюда войдут учёные. Они заберут труп на экспертизу, а затем разграбят квартиру. Современные мародёры обзавелись благородным названием – теперь они археологи.

Многие вещи пришли в негодность, сгнили или рассыпались в прах при одном прикосновении. Майор старался трогать как можно меньше предметов, но стоящая на тумбочке фотография, привлекла его внимание.

Аккуратно сметя с неё пыль, он понял, что не ошибся. Фотография двигалась, словно на бумагу был нанесён короткий видеофрагмент в несколько десятков кадров. Про такие картины рассказывала Арва. Они висят в зале памяти в бункере Небесных Соколов.

С движущейся фотографии на него смотрела молодая загорелая девушка. Чёрные брови, слегка раскосые большие голубые глаза, пухлые губки, вздёрнутый носик.

Неожиданно она засмеялась и повисла на шее у молодого военного, судя по форме. Его комбинезон был очень похож на тот, который на майоре, только скроен по-другому. Потом они поцеловались, и видеоряд закончился. Спустя секунду всё началось заново. Майор посмотрел ещё на две карточки, стоящие рядом. Но там эта же девушка просто стояла на фоне реки и на что-то указывала. Вторая тоже была пейзажем с той же девушкой, которую сняли рядом с распахнутым окном, напротив которого она осталась сидеть, только за ним блистал в свете заката город.

Майор забрал все три снимка. Два он отдаст учёным, пусть делают, что хотят. Но первый не отдаст никому. Это личное, это касается только девушки и военного. Пусть хоть на фотографии они будут счастливы.

Через пятнадцать минут осмотр квартиры был закончен.

– Дима, я на третьем этаже. Присылай учёных, у меня полностью сохранившаяся квартира с мумией хозяйки.

– Понял, товарищ майор, сейчас пригоню.

Майор в последний раз окинул взглядом квартиру и вышел за дверь, или, как называла Арва, шлюз. С учёными Молот столкнулся на первом этаже, каждый из них тащил два огромных чемодана, в который они собирали различные образцы местной технологии, биологии и прочей логии. Ещё вчера в ковчег на двух БМП отправили шесть таких чемоданов, набитых доверху. А они всё тащили.

– Держите, – протянув две движущиеся фотокарточки, сказал майор. – Это само по себе интересно.

Один из учёных поставил чемоданы и забрал видеофотографии. И тут майор понял, что ещё минута – и парень пустится в пляс, его глаза засветились не хуже прожектора.

– И много там такого добра? – поинтересовался он.

Майор кивнул и вышел на улицу. А учёные в сопровождении двух бойцов в экзоскелетах со всех ног ломанулись наверх.