В возрасте от трех до четырех лет ребенок начинает проявлять активное сексуально окрашенное любопытство к родителям и пытается вторгаться в их жизнь с явно сексуальными целями (см. главу 5). Для большинства семей эта стадия представляет собой некоторое испытание на прочность связи между родителями. Если отношения между родителями имеют уязвимые места, это может сыграть свою роль. На картинке, нарисованной пятилетней девочкой (рисунок 2), можно видеть ее эдипальную атаку на мать. На рисунке изображено скрытое «бегство» девочки с ее отцом. Пример, приведенный ниже, показывает, с какими проблемами сталкивается семья на эдипальной стадии.

Когда ребенок находится в возрасте от семи до двенадцати лет, семья, как правило, получает некоторую передышку, поскольку его развитие движется в направлении сублимации и канализации сексуальных влечений в овладение навыками. В этот период супруги могут испытать относительное освобождение, ведущее к всплеску энергии, которую они снова начинают вкладывать друг в друга. В тех семьях, где ребенок не смог успешно преодолеть проблемы эдипального периода, передышки не наступает, поскольку продолжается действие прежних сил. Пубертатный и подростковый возраст делают доэдипальные и эдипальные проблемы острее, чем прежде, поскольку сексуальные влечения ребенка становятся сильнее и он теперь имеет больше возможностей для отыгрывания вовне своих импульсов. Родители могут попытаться изжить свои собственные отрицаемые сексуальные проблемы, спроецировав их на своих детей, когда те вступают в подростковый возраст. Другой реакцией может стать зависть, проявляющаяся в том, что родители ругают ребенка за его усиливающуюся сексуальность или придираются к нему, что увеличивает вероятность проступка с его стороны. Острота проблем подростковой сексуальной жизни может корениться именно в непризнаваемых чувствах, испытываемых родителями, поскольку расцветающая сексуальность ребенка поднимает со дна прежде успешно вытесняемые аспекты их собственного подросткового сексуального развития. В предыдущей главе мы обсуждали семью Линды Л., в которой неудовлетворенность родителей своей сексуальной жизнью выявилась именно тогда, когда Линда стала сексуальной. Родители избегают своих сексуальных импульсов, поскольку не могут справиться с невыносимым гневом, влечениями или чувством вины, пробуждаемыми ими. Вместо этого они отщепляют их от центрального Эго и избавляются от этих тяжелых чувств, проецируя их вовне на своего ребенка-подростка.

В конце концов, когда ребенок вырастает и уходит из семьи, родители снова оказываются лицом к лицу друг с другом и вынуждены рассчитывать на собственную сексуальность в попытке сосредоточить свою потребность в близости на партнере. Превратностям этого процесса посвящены следующие две главы.

Родительские сексуальные дисфункции могут проявляться в сочетании с трудностями, которые испытывает ребенок при прохождении той или иной стадии кризиса развития, так же, как и детские симптомы могут усиливаться за счет напряжения в сексуальных отношениях родителей. В реальности эти факторы находятся в тесном взаимодействии и влияют друг на друга. Аналогичным образом прохождение семьей трудного участка пути в одной области может способствовать решению проблем в смежных сферах. Когда мы видим родительскую пару с сексуальными трудностями или ребенка, испытывающего проблемы на некой конкретной стадии психосексуального развития, важно помнить о том, что развитие ребенка и родителей переплетается.

Никому не удалось описать кризис среднего возраста точнее, чем это сделал Данте в первых строках «Ада».

В своей работе «Смерть и кризис среднего возраста» Эллиот Жак описывает этот кризис как психосоциальный переход, случающийся в возрасте от 35 до 45 лет[188]. Он начинается с усиливающегося осознания конечности бытия. Жизненные рамки оказываются смещенными: впереди остается меньше времени, чем позади, и осознание неизбежности смерти приобретает новую остроту и неминуемо приносит мучительное и всеохватывающее чувство утраты возможностей. Вместе с этим начинается процесс переоценки собственной ценности как в профессиональной, так и в личной сфере. Жак описывает возврат характерной параноидно-шизоидной тенденции расщеплять объекты на хорошие и плохие. Хорошие объекты в среднем возрасте приносят утешение, плохие навевают мысли о смерти и собственной неполноценности. Зрелое прохождение кризиса связано с достижением депрессивной позиции, общего принятия ограничений и возможностей, которые несет новая жизненная ситуация.

Этот переходный период характеризует возросший потенциал к изменениям – в лучшую или в худшую сторону. Внезапно начинаются или рушатся карьеры, люди обретают вдохновение или впадают в депрессию. Кто-то становится художником, как Гоген, кто-то умирает, как Моцарт. Некоторые, подобно Шекспиру, могут использовать кризис как возможность для роста, что доказывают его великие трагедии, созданные в промежутке между юношескими комедиями вроде «Двенадцатой ночи» и зрелыми философскими произведениями более позднего периода, кульминацией которых стала «Буря»[189].

Те же самые дилеммы возникают в семейной и сексуальной жизни людей. Многие приходят к мысли, что не могут более трудиться на будущее. Перед ними встает вопрос, готовы ли они довольствоваться той жизнью, которую имеют, и отказаться от фантазий об идеальном будущем. Не удается больше откладывать осуществление надежды на неопределенный срок; будущее как никогда прежде сливается с настоящим, а прошлое как будто разрастается.

Та же ситуация возникает и в сексуальной жизни. Перспективы, открывающиеся перед парой, можно оценить по тому, что партнеры имеют на данный момент. Если они не чувствуют, что, когда они станут старше и оглянутся назад, секс покажется им достаточно хорошим в течение всей их жизни, то чувство потери и подавленность возникают незамедлительно. Идея ретроспективного взгляда становится частью настоящего. Шок от осознания этого может вызвать панику, чувство немоты, гнев или отрицание – все составляющие чувства тоски, превращающейся в дезадаптивную реакцию, если пара не сумеет преодолеть ее. Незавершенные переходы часто проявляются в виде перемен в сексуальной жизни: человек заводит сексуальные отношения на стороне или перестает испытывать влечение.