Поиск
‹1934›
ДОРОЖНАЯ
Лучами красит солнышко
стальное полотно.
Без устали, без устали
смотрю, смотрю в окно.
Леса, равнины русские,
пригорки да кусты,
платформы деревянные,
железные мосты.
Любимая, знакомая,
зеленая, бескрайная,
земля родная — родина!
Привольное житье!
Эх, сколько мною езжено,
эх, сколько мною видено,
эх, сколько мною пройдено
и все вокруг мое!
То фабрика кирпичная —
высокая труба,
то хата побеленная,
то в поле молотьба.
И все-то сердцу дорого,
и нет версты такой,
поселка или города,
чтоб был тебе чужой.
Любимая, знакомая,
зеленая, бескрайная,
земля родная — родина!
Привольное житье!
Эх, сколько мною езжено,
эх, сколько мною видено,
эх, сколько мною пройдено,
и все вокруг мое!
Уже роса за стеклами,
уже видать луну,
а я стою, прикованный
к вагонному окну.
Уже пора посвечивать
ночному фонарю,
а я гляжу на сумерки
и тихо говорю:
— Любимая, знакомая,
зеленая, бескрайная,
земля родная — родина!
Привольное житье!
Эх, сколько мною езжено,
эх, сколько мною видено,
эх, сколько мною пройдено,
и все вокруг мое!
‹1947›
ТЕРПЕНИЕ
Ты говоришь, что все трудней писать,
что не дается нужная строка.
Вот, кажется, она уже близка,
ан вырвалась, коварная, опять
и дразнится, маня издалека.
А ты терпи, коварству вопреки,
держи на взводе хитрый карандаш,
иначе потеряешь власть руки
и дорогое золото строки другому,
терпеливому, отдашь.
‹1958›
АЛЕКСАНДР ГАВРИЛЮК
(1911–1941)
С украинского
БЕРЕЗА
Не старый инвалид со ржавым самопалом,
А точный пулемет глядит из-за стены;
И проволокой мы кругом оплетены,
И полицейский взор грозит нам острым жалом.
Ты — дух Бастилии, виденье феодала,
Возникшее из тьмы ненастною порой.
Бастилии — лишь там, где пошатнулся строй,
Где больше нет путей, где гибели начало.
Ты, новая Бастилия, не в силе
Укрыться от суда среди глухих болот.
Подступит и сюда разгневанный народ,
И славен будет час, когда тебя разбили.
Отсюда, где сдались лишь слабые душой
(Пусть маска с них спадет и лица их откроет),
Мы вступим в новый день и для грядущих строек
Сумеем послужить опорою стальной.
‹1937›
АШОТ ГРАШИ
(1911–1975)
С армянского
* * *
Если бы не вы, моя опора,
Плечи мои, крылья мои, — горы,
Я не написал бы ни строки.
Горы мои, как вы высоки!
Вы как бы щитом меня прикрыли,
Горы мои, плечи мои, крылья.
Я стою, как вы,
Высок, как вы, —
Не склоняя головы.
А паду, умру я — надо мной
Пусть гора стоите как часовой.
* * *
Гроздь винограда — радуга,
Прильнувшая к лозе;
Пускай увидят все:
Гроздь винограда — радуга.
Сияет эта ягода,
Как росы на косе,
Гроздь винограда — радуга,
Прильнувшая к лозе.
* * *
Мне под ноги катятся воды Севана.
Встречаю я, озеро, синий твой взор…
Ты лоб повязало косынкой тумана.
Мне под ноги катятся волны Севана…
Тебя вспоминать я всю жизнь не устану.
Вся синь твоя в сердце, как дар моих гор
Мне под ноги катятся волны Севана.
Встречаю я озера ласковый взор…
* * *
В детском краю возле дома
Жаворонок, звеня,
Совьет гнездо из соломы,
Из усов ячменя.
Будет весна
В те времена,
В дни, как не станет меня.
Розы отцовского сада
Станут толпой у плетня,
Выбегут за ограду
Гулять в поля, в зеленя.
Будет весна
В те времена,
В дни, как не станет меня.
Пережитые событья,
Мыслям и сердцу родня,
Вечно, как звезды ночами, светите
До наступления дня!
Будет весна
В те времена,
В дни, как не станет меня.
* * *
Вершины, высокие снежные горы,
Седые, как будто отец мой и мать,
С любовью на вас устремляю я взоры,
Мне хочется детство свое вспоминать.
От ветра — от вашего легкого вздоха,
Внизу колыбель колыхалась моя.
Покуда я жив и не стал горстью праха,
Вас песней ласкать не устану и я.
Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: