Наконец-то, кто-то начнёт принимать меня всерьёз.

— Я уже сказала Конлану, я получила звонок от мамы и отследила её телефон до того дома в Бронксе. Мы отправились проверить и нас арестовали.

Лукас повернулся и посмотрел на меня.

— Что сказала твоя мама?

— Я с ней не разговаривала. Звонок закончился раньше, чем я успела ответить.

Он прожигал меня взглядом.

— И тогда ты со своей подругой решила сама поехать туда, понятия не имея с чем могла столкнуться.

— Я...

— А тебе не приходило в голову, что кто-то мог использовать телефон твоей матери, чтобы заманить тебя в ловушку?

Мои плечи поникли.

— Я была так потрясена звонком, что не соображала.

— Наверное, по этой самой причине ты не позвонила нам, а направилась туда неподготовленная, — колко подметил он. — Разве мы не договорились, что я буду разбираться с этим?

— Ты сказал, что сам найдёшь дилера горена. Не думала, что ты хотел, чтобы я звонила тебе по любому поводу.

Он перевёл взгляд на лобовое окно, шумно выдохнул.

— Давай я перефразирую сказанное мной утром, раз уж я был не предельно ясен. Всё, что касается твоих родителей, представляет для меня интерес. В следующий раз, когда у тебя будет ведущая к ним зацепка, ты незамедлительно звонишь мне. Так понятно?

— Да, — я плотно сжала губы. — Как такое возможно, что кто-то в один момент вызывает у меня порхание бабочек в животе, а в следующий — я чувствую себя отруганным ребёнком.

— Хорошо.

Я подалась вперёд.

— Что насчёт звонка от мамы? Её телефон не просто так оказался у случайного дома. Нам надо вернуться и обыскать там всё.

— Сейчас там Фаолин и Конлан. Они не нашли никаких признаков ни твоих родителей, ни телефона твоей матери, но Фаолин сказал, что похоже сегодня ранее кто-то побывал в доме.

— Я была так близко.

Меня окатило отчаянием. Что если родители были там, пока я была снаружи? Если бы только этот сосед не позвонил в полицию.

Голос Лукаса прорвался сквозь мои тягостные мысли.

— Человек в доме мог поджидать тебя, устроив засаду. Помни об этом. Что касается вашего маленького приключения, обвинение было снято.

— Слава Богу, — прошептала Виолетта, впервые заговорив с момента, как мы покинули участок.

Я испытала облегчение.

— Отвезёте нас к моей машине?

— Конлан вернёт твою машину. Вам повезло, что полиция помедлила и не изъяла её.

Он поднял руку. Я сняла ключи со связки и передала их ему.

Лукас снова продолжил смотреть из окна, явно закончив с разговором. Оставшуюся часть пути никто не разговаривал, и я ещё никогда не была так счастлива видеть свою улицу.

Керр подъехал к моему дому, и Виолетта выскочила из машины, словно её сидение было в огне. Я вылезла следом за ней и, повернувшись, посмотрела на Лукаса, который опустил своё окно.

— Спасибо, что помог нам сегодня, — сказала я ему.

— Да, вы прям вовремя, — встряла Виолетта. — Ещё бы час и я бы уже начала вырезать заточку из куска мыла.

Лукас послал мне вопросительный взгляд, и я покачала головой.

— Она актриса. Драма её второе имя.

Уголки его губ подёрнулись, и я очень ждала улыбку, но она так и не появилась.

— Постарайся не влипнуть в неприятности хотя бы день, — посоветовал он менее сердитым тоном. — У меня есть дела поважнее, чем вытаскивать тебя из-за решётки.

— Постараюсь.

Он жестом показал Керру ехать, и они уехали, не сказав больше ни слова. Я подождала, пока они не исчезнут из вида, а потом уже пошла домой.

Виолетта схватила меня за руку.

— Он всегда такой? Думаю, он меня напугал больше, чем мысль провести ночь в камере.

— Это был сущий пустяк. Фаолин гораздо хуже.

— Тогда я очень не хочу встретить Фаолина, — она содрогнулась. — Пойду я домой. После четырёх часов в камере мне нужен душ.

Я состроила лицо.

— Мне тоже. Спасибо, что поехала со мной сегодня.

— А для чего ещё нужны лучшие подруги, если не попадать вместе под арест? — она пришла в себя. — Жаль, что мы не нашли твоих родителей.

Я выдавила улыбку.

— Не в этот раз, но я найду.

Виолетта быстренько обняла меня.

— Если кто и сможет найти их, так это ты.

* * *

Я задрожала и подняла воротник куртки, но он мало защищал от студёного декабрьского ветра, хлеставшего мне в лицо. Я замёрзну ко времени как доберусь до "Джипа", который вынуждена была припарковать в двух кварталах отсюда.

Минутой позже, когда на меня обрушился ледяной дождь, я поняла, что может быть гораздо хуже. Я ахнула, когда небо разверзлось и вылило всё содержимое на мою голову. Я суматошно осмотрелась. Вывеска закусочной манила меня как маяк, и я побежала туда.

Я открыла дверь и вошла в закусочную, прозвенел колокольчик. Внутри было как в сауне, по сравнению с погодой на улице. Очки запотели и, сняв их, я увидела приветствующую меня официантку.

— Столик на одного? — спросила она, беря ламинированное меню со стойки администратора.

Я убрала мокрые волосы с лица.

— Да, пожалуйста.

Закусочная была маленькая, с четырьмя кабинками вдоль окон и столиками у стены. Официантка привела меня к кабинке, где я схватила пачку салфеток и стала промакивать лицо и очки. Я всё ещё пыталась немного обсохнуть, когда официантка вернулась принять у меня заказ.

— У вас есть суп? — спросила я, неглядя в меню.

— Сегодня есть куриный с лапшой, — ответила она. — Очень вкусный.

— Отлично. Я буду суп с крекерами. И маленькую бутылку "Колы".

Она оставила меня, и я вытащила телефон, решив проверить сообщения. Меня разочаровало отсутствие сообщений. Прошло три дня с момента получения того звонка с маминого телефона, и за исключением одного звонка от Лукаса, когда он сообщил мне, что они ничего не обнаружили, стояла гробовая тишина. Он проинформировал меня, что дом принадлежит юристу по имени Сесил Хант, который находился в отпуске на Гавайях. Фаолин пробил юриста и, похоже, тот был чист. Другими словами, тупик.

Грудь стянуло, и я боролась с безнадёжностью, которая пыталась вскипеть во мне. Чем больше времени проходило, тем шансы на обнаружение родителей становились всё меньше. Я никогда не поставлю на них крест, но с каждым часом становилось всё сложнее сохранять оптимизм.

Я изо всех сил занимала себя делами, и обнаружила, что охота отличный способ сделать это. Вчера я завершила Второй уровень, к большому удовольствию Леви, и он уже дал мне две новые работы. Больше другие охотники не смотрели на меня с усмешками всякий раз, когда я появлялась в "Плазе", и я начала чувствовать на себе их принятие меня как равной. И то, что я сама схватила и притащила баннека, довольно сильно повлияло на это.

Официантка принесла дымящуюся чашку супа, и я чуть не застонала от первой ложки. Суп был домашним и наваристым, и идеальным для такого холодного ненастного дня. Я не ела хорошую домашнюю еду с исчезновения родителей. И сейчас до меня дошло, как же сильно я соскучилась по этому.

Вот-вот и меня снова накроет меланхолия, и я постаралась сбросить это наваждение. Протянув руку к куртке, которую я бросила на сиденье рядом со мной, я вытащила наушники и вставила их в уши. Выбрала свой любимый список песен и стала слушать музыку, пока наслаждалась вкусным супом и наблюдала за хлещущим по окну дождём.

Я подняла глаза, когда двое мужчин лет двадцати вошли в закусочную и сели в угловой кабинке позади меня. Что-то в их взглядах исподтишка на меня, когда они проходили мимо, вынудило меня выключить музыку. Учитывая всё происходящее в последние две недели, не помешает быть чуть более бдительной.

И только когда я выключила музыку, я обнаружила, что мужчины были не одни. Кто-то уже сидел в кабинке позади меня ещё до того, как я пришла. Я тут же почувствовала себя глупой. Если только мужчины не могли предвидеть будущее и знать, что я заскочу сюда из-за внезапного ливня именно в это время, маловероятно, что они были тут из-за меня.

Я уже собиралась снова включить музыку, когда кто-то произнёс:

— Всё готово. Ваэрик даже не поймёт, что случилось.

— Иисусе, Дейл, говори тише, — проорал шёпотом другой мужчина.

Заговорил кто-то ещё, но я смогла разобрать только бормотание мужского голоса.

Друг Дейла ответил ему тихим голосом, но я всё же смогла расслышать его слова.

— Не переживай. Наш парень бывший военный, и он никогда не промахивается.

Щупальца льда скрутили внутренности. Они что всерьёз обсуждают чьё-то убийство? Я затаила дыхание и прислушалась. Прошло ещё несколько минут, прежде чем я смогла уловить слова "гала и после речи".

И вскоре я услышала, что мужчины выходят из кабинки. Я схватила телефон и нажала воспроизведение раньше, чем первый мужчина прошёл мимо моей кабинки. Я покачивала головой в такт музыке и притворилась полностью погружённой в телефон, не обращающей на них никакого внимания.

Выглянув в окно, я проследила, как они вышли на дождь, и было невозможно не заметить высокого светловолосого мужчину, который сопровождал тех двоих. Даже сквозь сильный дождь отлично было видно, что он был Фейри.

Двое мужчин подняли воротники в куртках, но Фейри, казалось, никак не реагировал на погоду. В выражении его лица было что-то бессердечное, от чего мне захотелось спрятаться под столом и подождать пока он не уйдёт. Я не единственная, кто увидела его. Женщина-эльф, которая собиралась перейти дорогу и войти в закусочную, резко передумала и упорхнула, словно сам дьявол следовал за ней по пятам.

Я подозвала официантку и заказала кофе. Затем схватила телефон и заперлась в одноместной уборной. Даже если я что-то не так поняла из того, что услышала, мне надо кому-нибудь рассказать. Если не расскажу, и кто-то умрёт из-за этого, я никогда себе не прощу.

Мужчины упомянули кого-то по имени Ваэрик, как предполагаемую мишень, и имя было фейское. Я понятия не имела, был ли он Благой или Неблагой, но я знала кое-кого, кто мог знать.

Конлан ответил на третий гудок.

— Джесси, ты же не попала снова за решётку, так ведь?

— Ха-ха. У меня всё в порядке, но возможно я знаю, что кому-то сулят неприятности, и я не знала кому ещё позвонить.