— Можешь рассказать нам что произошло? — спросил он с едва контролируемым гневом.

Голос мой был скрипучим, и говорить было больно.

— Я спала. Меня разбудил Финч. О, Боже. Финч!

Я шатко встала, и Лукас не стал пытаться остановить меня, когда я побежала в свою комнату.

— Финч, — осипшим голосом выкрикнула я, добравшись до комнаты, которая была полностью разгромлена. — Можешь выходить.

Рыдание застряло в горле, когда никто не откликнулся. Потом заколыхалась штора, и Финч бесшумно приземлился на пол. Он направился ко мне, но остановился, уставившись на что-то поверх моего плеча.

— Они здесь чтобы помочь нам, — я согнулась и протянула к нему руки, и Финч бросился ко мне.

Его крошечное тельце дрожало. Я села на кровать и стала нашёптывать ему успокаивающие слова.

В комнату вошёл Лукас и встал у окна.

— Что здесь случилось, Джесси? Ты знаешь этих мужчин?

— Сомневаюсь. Я не видела их лиц.

Я рассказала ему всё с момента, как Финч разбудил меня, до его появления с Фаолином. Пока я рассказывала, как мужчина душил меня, эмоции закипели в моей душе, когда серьёзность того, что едва не случилось, обрушилась на меня.

Я подняла глаза на Лукаса и нахмурилась, поняв, что он был в смокинге, в котором я ранее видела его по телевизору. Он явился сюда с гала-концерта?

— Откуда ты узнал, что я в беде? И как вы прошли сквозь защитные чары?

— Это дело моих рук, — сказал Конлан из дверного проёма.

Я оглянулась на него и увидела, что он тоже всё ещё был в смокинге. Его губы сжались в тонкую линию, когда он оценил мой вид. Похоже, я выглядела хуже, чем считала.

— Что ты хочешь сказать? — спросила я.

Конлан шагнул в комнату, которая внезапно стала казаться тесной с двумя крупными фейри в ней.

— Защитное заклинание предупредило нас о проникновении. Оно также отклоняет наложенное ваше заклинание, что позволило нам войти в квартиру.

Я пригвоздила его осуждающим взглядом.

— Ты снял нашу защиту?

— Я не снимал её, — заверил меня он. — Я никак не мог наложить своё заклинание на квартиру, не присоединив его к уже наложенному.

— Мог бы и сказать мне об этом, — пожурила я, хотя моя злость уже сошла на нет.

Меня не обрадовало то, что он сделал, но мне показалось, что будет неблагодарно обижаться на них после того, как они примчались мне на помощь.

— Как нам поступить с этими мужчинами? — спросила я Лукаса. — Надо ли вызвать полицию?

Его взгляд стал холодным, и я задрожала, хотя прекрасно знала, что этот холод направлен не на меня.

— Фаолин о них позаботиться.

— Что он с ними сделает?

Каолин фыркнул.

— Нет ничего хуже, чем то, что ты уже с ними сделала.

Лукас не улыбнулся.

— Он допросит их и выяснит зачем ты им понадобилась. Затем мы решим, что с ними делать.

— Хорошо.

Я осмотрела комнату, и мой взгляд остановился на сломанной пополам гитаре, лежавшей на полу. В горле встал ком. Эта гитара принадлежала дедушке, который научил меня играть, и она перешла мне по наследству после его смерти.

Голос Лукаса прорвался сквозь мои мысли.

— Собирай сумку. Побудешь у нас несколько дней, пока мы не установим систему безопасности на квартиру и не выясним зачем эти мужчины пришли за тобой.

— Что? — я перевела взгляд с него на Конлана. — В этом нет необходимости.

— Двое мужчин в масках в твоей квартире говорят об обратном, — строго парировал Лукас. Когда я не ответила, он продолжил: — Сама соберёшь сумку или мне это сделать?

— А как же Финч? Я его не оставлю.

Выражение лица Лукаса не изменилось.

— Он поедет с тобой.

Я хотела возразить ему, но мы оба знали, что я была не в состоянии оставаться здесь одна. Впервые в своей жизни, я не чувствовала себя в безопасности в своём же доме, и это ранило больше, чем все мои синяки.

Я усадила Финча на кровать и собрала одежду и туалетные принадлежности на пару дней, а также захватила ноутбук. Лукас отнёс мою сумку в гостиную комнату, пока я переодевалась и собирала маленькую сумочку для Финча, сложив туда его любимое одеяло, плюшевого медведя и контейнер со свежими фруктами.

Закончив, я сходила в кабинет, где находился Фаолин с мужчинами, которые сидели спинами к стене, со связанными руками и ногами той самой клейкой лентой, которую они планировали использовать на мне. Он снял их лыжные маски, и я испытала удовлетворение, увидев, что не одна я красовалась синяками.

Я изучила их лица, но не смогла припомнить, чтобы видела хоть одного из них. Сейчас, когда мы поменялись ролями, они уже не были такими самоуверенными. И я ни капельки не жалела их. У меня было подозрение, что от методов работы Фаолина они в мгновение ока обмочат штаны и выложат ему всё, что он желает знать.

— А как мы попадем к тебе? — поинтересовалась я у Лукаса, войдя в гостиную комнату.

Финч спрятался за полами моей куртки. Они слишком быстро появились здесь, чтобы приехать на машине, а это означало, что они воспользовались порталом.

Он открыл дверь.

— Керр и Иан приехали за нами на машине.

Я направилась к выходу и взвизгнула, когда он подхватил меня на руки.

— Я могу идти, — запротестовала я.

— Ты не в том состоянии, чтобы спускаться три этажа.

Он подождал Конлана, который явился с нашими сумками, и затем он начал спускаться по лестнице.

Я хмуро посмотрела на него.

— Это последний раз, когда ты носишь меня. Я не инвалид тебе какой-то.

На улице шёл мелкий дождь, когда мы вышли из здания. Лукас побежал к ожидавшему нас внедорожнику. Иан уже стоял наготове, открыв для нас заднюю дверь. Лукас усадил меня на сидение и пристегнул, а потом обошёл машину и сел с другой стороны. Я думала, что Конлан присоединиться к нам, он поставил наши сумки в багажное отделение и вернулся в здание.

Я посмотрела на Лукаса.

— Я не дала ему ключи. Как он запрёт дверь?

— Они останутся у тебя на ночь. Утром они поставят новые замки.

— Ладно.

Я сделала мысленную пометку сделать несколько дубликат нового ключа для Виолетты. Только у неё и Мориса были ключи от нашей квартиры. Мне было спокойней, когда я знала, что у кого-то есть ключ, на случай если со мной что-то произойдёт.

— Конлан уладит всё в твоей квартире. О себе побеспокойся.

Лукас внимательно осмотрел моё лицо. Не выдержав, я отвернулась.

Я мельком уловила отражение своего лица и безумно растрёпанные волосы в зеркале ванной комнаты, поэтому знала, насколько плохо выглядела. Завтра будет ещё хуже, когда синяки вокруг глаза почернеют. Я пока ещё не видела свою шею, но знала, что и там у меня будет кровоподтёк. Я не была тщеславной, но никто не хотел видеть на себе напоминание о нападении, смотрясь в зеркало.

Остальная часть поездки прошла в тишине. Я снова и снова проигрывала в мыслях последний час. Кем были эти мужчины, и зачем я им понадобилась? Имело ли это какое-то отношение к моим родителям или к тем фейри, которые пытались проникнуть в дом? Я даже и думать не хотела, что произошло бы со мной и Финчем, если бы я не смогла дать им отпор.

Керр припарковал машину на частном парковочном месте позади их здания, что было роскошью для этого города. Я отстегнула ремень безопасности, но Лукас протянул руки и подхватил меня раньше, чем я успела выйти из машины.

Я стала извиваться в его руках, желая освободиться.

— Отпусти меня. Я же тебе сказала, я не инвалид.

Как обычно он проигнорировал меня. Он последовал за Керром к входной двери и подождал, пока другой фейри отопрёт замок. Я услышала, как Иан открыл багажник и забрал наши сумки. Сдавшись, я вздохнула.

Войдя в здание, Лукас усадил меня на тот же диван, на котором я сидела в прошлый раз. Оставив меня, он направился на кухню, а я расстегнула молнию на куртке, чтобы проверить Финча, который крепко спал. Бедный малыш. За последнее время он столько всего пережил, а теперь его заставили покинуть дом. Временно, но он всегда тяжело переносил перемены, и я не знала, как он справится с нахождением в чужом месте.

Лукас вернулся с полотенцем, в которое был завёрнут лёд. Я потянулась к полотенцу, но он удивил меня, присев передо мной и нежно приложив лёд к затёкшему глазу.

— Где-нибудь ещё болит? — спросил он с такой лаской, какую я в жизни от него не слышала. Даже когда он спас меня с острова, он не разговаривал так нежно со мной.

— Горло болит, — призналась я. — Подозреваю, что завтра проявится ещё больше синяков, но ничего не сломано.

Свободной рукой он отвёл мои волосы в сторону и внимательно осмотрел шею. Ярость вспыхнула в его глазах, и я не смогла остановить пронёсшийся по мне озноб.

Он убрал лёд с моего лица.

— Замёрзла?

— Нет. Лёд самое то.

Я взяла у него полотенце, и он отдал без каких-либо возражений.

Он положил руки на мои колени. Я не знала, осознавал ли он вообще что сделал, но моё тело, в сущности, загудело от жара его рук на моих ногах и теплоты в его обычно холодных глазах.

— Ты хорошо сегодня отбивалась. Редко женщина может защититься от двух нападающих, не говоря уже о том, чтобы вывести их из строя.

— Родители заставляли меня заниматься самообороной, а папа был волевым учителем, — я печально улыбнулась, гадая смогу ли когда-нибудь сказать ему, что его тренировки спасли мне жизнь. — Хотя думаю, мне надо повысить свой уровень. Может быть, заняться боевыми искусствами.

В его глазах заплясало веселье.

— Люди редко удивляют меня, но за те несколько недель, что я тебя знаю, ты умудрилась сделать это неоднократно.

— Просто не даю тебе расслабиться, — недолго думая, парировала я, заслужив от него усмешку.

Зазвонил его телефон, и он встал ответить. Мне стало не хватать его прикосновения больше, чем я хотела признать. По истечении нескольких последних дней мои мысли и эмоции были в полном беспорядке, и я не могла доверять этим новым чувствам, которые испытывала к нему.

— Есть новости? — спросил Лукас, направившись к кухне.

Истощение дало о себе знать, напомнив мне, что была середина ночи, и я всё ещё восстанавливалась после ночёвки на острове. Иана и Керра не было нигде видно, а Лукас разговаривал с Конланом, судя по всему. Я прикрыла глаза, пока ждала, чтобы кто-нибудь покажет мне где я буду спать.