— Я буду трахать тебя сюда каждый день, — возбуждающе говорю я, потирая её распухшее влагалище. Её ноги начинают трястись, и она совершенно забывает про член в своих руках, когда я заставляю её нервные окончания вспыхивать от удовольствия.

— Тебе нравится? — спрашиваю я и сжимаю рукой кружево, пытаясь открыть доступ к её мокрой киске.

Она не отвечает, но кивает головой.

Она сильно зажмуривается и задерживает дыхание, ожидая, когда мои пальцы проникнут в неё.

И как только они проскальзывают внутрь, всё её тело начинает таять. А когда я прижимаюсь к её вишенке большим пальцем, моя Лютик со стоном выдыхает последний воздух из своих лёгких. Но я не собираюсь трахать её пальцами. Она ждёт мой член, и она его получит.

— Б*я, ты такая тугая, — рычу я, представляя, как эта девственная киска будет сжимать мой член.

Её глаза застилает дымкой похоти, когда она вновь смотрит на меня.

— Она настолько тугая, потому что я ждала тебя, — говорит она, пока я пальцами потираю её мягкие складочки. А когда я добираюсь до пульсирующего клитора, моя Лютик начинает стонать от удовольствия.

— Хорошая девочка, — говорю я, глядя в её голодные, голубые глаза. — Это очень хорошо, Лютик. Это моя киска.

— Да, — отвечает моя малышка в ответ на эти слова.

— Я единственный, кто дотронется до этого местечка.

Она по-прежнему кивает, соглашаясь с каждым чрезмерным требованием, которое вырывается из моего рта.

— Я и не хочу, чтобы кто-нибудь прикасался к ней, только ты.

— Хорошо, — отвечаю я, почти касаясь её губ, когда нависаю над ней. Её теплое дыхание щекочет мои губы, каждый раз, когда она говорит. — Потому что я убью любого, кто сделает это.

Она громко вздыхает.

— Я знаю, — стонет она в мои губы. — И это так чертовски горячо.

Я убираю пальцы от её киски, и обхватывают шею, удерживая её неподвижно, а затем обрушиваюсь на неё в жадном поцелуе.

Я жёстко и грубо впиваюсь в её рот, пока она не начинает хныкать, отдавая мне всё, что я требую. Я проглатываю каждый звук, что срывается с её губ, краду каждую частичку существа, чтобы сохранить для себя.

Моя Лютик начинает тяжело дышать, когда я, наконец-то, разрываю поцелуй, её глаза закрыты, влажные губы приоткрылись, требуя большего. Её рыжие волосы растрепались, но она всё равно выглядит так сексуально, что я едва могу справиться с этим.

Ее рука опускается между ног, и вместо того, чтобы прикрыть киску, она начинает играть с ней, смотря мне прямо в глаза. Она ждёт, что же я буду делать дальше.

— Вставай, Лютик, — говорю я, поглаживая свой член и наблюдая за тем, как она поднимается на ноги. Мой взгляд падает на её щель, и я издаю стон, когда вижу ее прекрасные розовые губки, истекающие липким соком.

— Разденься для меня.

Она тяжело сглатывает, но делает именно то, что я говорю: отходит назад и медленно снимает белье со своего гладкого тела.

Её грудь выглядит даже лучше, чем я представлял. Небольшая, но идеальная. Красивые округлости плоти с твердыми розовыми бутонами.

Я хочу обернуть свои губы вокруг них, но увидев её полностью голой, мне хочется большего. Моё сердце начинает биться сильнее, когда она стягивает остатки кружева со своего тела и выходит из него, показывая мне себя во всем великолепии.

— Тебе нравится то, что ты видишь? — спрашивает она. Её голос такой тихий и робкий, но так не должно быть. Имея такое тело, она должна быть полностью уверена в себе.

— Ты идеальна, — говорю я, начиная быстрее поглаживать свою длину. Я хочу положить её под увеличительное стекло, чтобы рассмотреть каждый дюйм, каждую клеточку её тела.

— Ты самое красивое создание, которое когда-либо существовало, — говорю я, скользя взглядом от её плоского живота к изгибу бёдер. — Я полностью уверен в этом. Мы выяснили, что голой ты выглядишь также замечательно, как и в одежде, — говорю я, наклоняясь вперёд. Запах её влаги помогает мне не терять контроль. — Теперь давай посмотрим, какова ты на вкус.

Её тело вновь напрягается, когда я крепко обхватываю ягодицы и протягиваю к себе. Моя Лютик стонет, когда я зарываюсь лицом между её ног и начинаю вылизывать щель, выводя мягкие круги своим языком.

— Бл*дь, — задыхаясь, произносит она, её тело становится таким податливым в моих руках, пока она тает от каждого прикосновения моих губ.

Она такая мокрая для меня. Её соки стекают по моему подбородку, но я продолжаю пожирать её, скользя своим языком между складок киски и изредка погружаясь в её сладкую щёлку. Её липкий сок сводит меня с ума, и мне едва удаётся держать себя в руках, пока я наслаждаюсь её сладостью.

Киска Бри пылает на моих губах, а мой член пульсирует от нужды.

Она никогда не покинет это место. Я не могу рисковать и потерять её.

Я обвожу языком вход в киску, а затем перемещаюсь обратно к клитору, чтобы поддразнить его. Она впивается ногтями в мои плечи, поэтому я делаю это снова. И снова.

Её стоны становятся всё громче и чаще, а тело трясётся в моих руках. Руками я обвиваю её талию, крепко прижимая к себе, а затем языком впиваюсь в девственную киску.

— О, Кормак,— стонет она, кончая в мой рот, и её сладкие соки покрывают мои губы и язык.

Я в гребанном раю. И с каждым вздохом я люблю эту девушку всё больше. Моё сердце бьётся для неё и только для неё.

Её тело разлетается в моих руках, и я мягко целую лоб своей красавицы, пока её поглощает первый оргазм. Лицо Бри перекошено в агонии удовлетворения, и я сажают её на колени, прижимая дрожащее тело к груди.

— Это было... — она никак не может закончить свою мысль. Бри пытается снова, но слова застревают в горле. — Это было...

— Весело? — улыбаясь, спрашиваю я, прижимая её обнаженное тело к себе.

— Чертовски превосходно, — взахлёб говорит она и начинает смеяться.

Я же крепко обнимаю её и прижимаю ближе к себе. Она смотрит на меня мутными от страсти глазами, и я мягко целую её в губы.

— Мы ещё не сделали самую лучшую часть.

— Это была не самая лучшая часть? — спрашивает она, недоверчиво глядя на меня.

Я же просто качаю головой и подхожу к кровати, держа мою Лютик напротив своего бьющегося сердца. Я никогда её не отпущу.

— Это было только начало, — говорю я, укладывая её на мягкое одеяло моей огромной кровати.

Она цепляется за меня, когда я пытаюсь её отпустить. Улыбаясь, отрываю её пальцы от своего костюма.

— Ты сохранила эту сладкую киску для меня, — говорю я, отходя от неё.

Увидев её обнаженное тело, извивающееся на огромной кровати, начинаю громко стонать. Её великолепные рыжие волосы, рассыпанные на белых простынях, так и умоляют меня втянуть этот божественный запах.

— Это моя киска, — говорю я, снимая галстук. — Не так ли?

— Да, — тут же отвечает она. Бри знает, что эта узкая дырочка действительно принадлежит мне.

— Я собираюсь трахнуть тебя прямо сейчас, — говорю я, снимая пиджак и бросая его на стул. Даже раздеваясь, я не могу отвести взгляд от этих раздвинутых ножек.

Её киска такая красивая. Нежно розового цвета, что так красиво блестит в мягком свете лампы. На лобке Бри есть немного волос, которые вьются словно пламя.

Я дрожу от ожидания, расстёгивая свою рубашку, и улыбаюсь, когда вижу, как она извивается на кровати и становится всё более нетерпеливой, глядя на мой обнаженный член.

— Я собираюсь войти своим твёрдым членом в эту маленькую киску и забрать ту вишенку, что ты хранила для меня, — ухмыляясь, говорю я, пока она задыхается от каждого грязного слова, покинувшего мой рот. — Для начала я возьму тебя мягко, но затем буду трахать всё сильнее и жёстче, пока ты не закричишь моё имя.

— Сделай это, — умоляет она.

— Сейчас я войду глубоко в эту плотную, влажную девственную киску и закачаю её своей спермой.

Она нетерпеливо засовывает пальчик в рот и начинает посасывать его. Бри призывно покачивает бёдрами, с нетерпением ожидая, когда я разденусь.

Я нарочно двигаюсь медленно, затягивая ожидание, пока она, наконец-то, не начинает умолять.

Но вначале мне нужно кое-что узнать.

— Ты что-нибудь принимаешь?

Она качает головой. Значит, нет.

— Хорошая маленькая Лютик, — ухмыляясь, говорю я. Значит, ничего не помешает мне оплодотворить её. Я собираюсь сделать ей ребёнка и привязать к себе до конца наших дней. Чем раньше это случиться, тем скорее я снова смогу свободно дышать.