Поначалу им не сопутствовала удача. В рассыльной конторе их уверили, что никакого пакета они ни миссис Лоренс Иствуд, ни мисс Эннабел Тэлбот не отправляли, ни двенадцатого октября, ни за две недели до того. У них все записано, никакой ошибки быть не может. Книги хранятся целый год.

  Они покинули контору и побрели в парк. Возвращаться домой Коре не хотелось. Всю дорогу до конторы Джулиан молчал, и мисс Иствуд надеялась, что теперь он, может быть, станет разговорчивее. Сам Джулиан, счастливый тем, что Кора рядом, просто брёл куда-то, не разбирая дороги, время от времени поднимая на неё глаза и любуясь её тонким профилем.

  Они присели на скамью в Саду Декана и долго молчали. Джулиан вспомнил совет Шелдона, но почувствовал, что просто теряется. Бросил на мисс Кору осторожный взгляд, вспомнил мечты, коими грезил когда-то. Украденный у неё платок был в его потайном кармане. 'С должным смирением...' 'С должным смирением...' Да, он готов был смиренно вымаливать её любовь, готов был положить к её ногам всё, что имел, ибо без неё оно не имело для него никакого смысла, готов был упасть к её ногам и сам, - но разве это заставит её полюбить его? Его, чьи уста оскверняют само имя Любви? Джулиан почувствовал такую гнетущую боль в сердце, что вынужден был закусить губу, чтобы не застонать.

  Мисс Иствуд заметила его нервное движение и посмотрела на него. Джулиан никогда не видел такого её взгляда - в нём читалось беспокойство и нежный испуг, и что-то ещё, чего Монтэгю не сумел прочитать, но что неожиданно придало ему сил.

  - Вы ... по-прежнему не хотите ничего слышать о моей любви? - спросил он, и тут же пожалел об этих словах. Они просто вырвались. Идиот. Надо было... А впрочем... что толку во всём? Как ни спроси и что не скажи...

   Кора сжалась на скамье. Боже мой! Если она снова будет дурочкой - оправданий ей уже не найти. На её губах появилась улыбка, правда, несколько жалкая и болезненная. Но что сказать? Что она... он может подумать... Но и молчать было нельзя. Неожиданно её взгляд упал на рукав его фрака. Она улыбнулась этому, ставшему столь дорогим воспоминанию.

  - А как ... ваша рука? Зажила?- она прикоснулась бледными пальцами к его предплечью.

  - Что?

  - Помните, как вы порезали руку, когда спасли мисс Гилмор? Весь в крови...

  Монтэгю, чуть вздохнув, тоже улыбнулся. Он помнил ту ночь. Карета, Иствуд... Брат ещё был жив. Испуганная мисс Гилмор, их ночное вторжение в дом Коры. Да, он был в крови. Пустячная царапина. Как далеко всё. Сквозь пронёсшиеся перед глазами воспоминания услышал: 'С той ночи мне хотелось услышать слова о вашей любви - но вы перестали говорить о ней...' Джулиан услышал и не услышал. У него потемнело в глазах. Как странно всё - ведь как раз в ту ночь он ощутил, как в нём умерла его душа. Может ли это быть? Он смирился с её равнодушием, осознал вполне, что недостоин любви, а его в ту ночь - полюбили? Как же это?

  - Стало быть... - Монтэгю задохнулся, - Вы согласны быть моей женой?

  Кора опустила глаза и молча кивнула.

  Глава 33, заключительная, проясняющая все остающиеся неясными обстоятельства.

  Монтэгю почувствовал, как стеснилось дыхание. Долго не мог произнести ни слова. Она сказала - 'да', она согласна? Она - любит его... или, по крайней мере, находит достойным любви? Голова мистера Монтэгю кружилась. Мисс Кора, услышав заветные и долгожданные слова, возликовала и тут же устыдилась. 'Боже мой, дома такое, а ты!..'

  'А что я?' Кора не чувствовала ни малейшего раскаяния. Значит, Энн была права! Все это время он преданно любил её, думал о ней, помнил! Разве у неё нет повода для ликования? Этот мужчина, которого при первой же встрече безотчётно и неосмысленно выбрало её сердце, принадлежал теперь ей! Вопреки всем недоразумениям, чужим нелепым словам и её собственным предубеждениям - Джулиан Монтэгю любит её, он будет её мужем!

  Монтэгю, ещё не веря в её согласие, сжимал её руки, бормотал путаные слова о том, как она осчастливила его, потом сбивчиво рассказывал о ремонте и о новой обстановке в Монтэгюкэстл, где ей предстояло стать хозяйкой, делился планами, спрашивал совета, принимать ли предложение Кемптона? Джулиан и сам не понимал, что говорит. При мысли, что эта девушка, одно присутствие которой наполняло его жизнь смыслом, теперь будет принадлежать ему, просыпаться по утрам в его постели и будить его поцелуем, Монтэгю чувствовал головокружение и истому.

  Потом они, взявшись за руки, побрели к дому Коры и, кажется, были замечены сэром Остином Чилтоном, с изумлением поглядевшим им вслед. Что это такое? Да, он советовал крестнице присмотреться к этому молодому повесе, но именно - присмотреться! А что происходит? Сэр Остин ещё не знал о трагедии в семье Иствудов, но полагал, что разгуливать чуть ли не в обнимку с сыном Этьена по городу - это просто... авантюризм чистейшей воды! Они, что, помолвлены, чтобы позволять себе такое?

   Ну, ничего. Нынешним же вечером он поговорит с ней о недопустимости подобного поведения.

  По дороге мисс Иствуд неожиданно деловито поинтересовалась у жениха, умеет ли он петь? Кора загадала про себя, что если да - то все её мечты сбудутся. Джулиан изумился, услышав этот вопрос, но заверил её, что иногда в университете развлекал друзей французскими и итальянскими ариями, может спеть и дуэтом. Они даже пели вдвоём с виконтом Шелдоном на пасхальной вечеринке в Кембридже шотландские песенки. Джулиан счёл излишним упоминать, что оба они тогда несколько перебрали. Кора торжествующе улыбнулась. Да, она так и чувствовала. Кабальеро с гитарой... Мечты сбывались.

  Дома мисс Кору Иствуд и мистера Монтэгю поджидал начальник полиции с новостями достаточно ожидаемыми. Да, в ликере была лошадиная доза синильной кислоты. Её стали недавно ввозить из Германии - травить крыс. Через несколько минут лакей доложил о приходе его милости виконта Шелдона, и мистер Монтэгю поспешил ему навстречу - Джулиан не хотел пока, до похорон, афишировать свою помолвку, но не видел повода ничего скрывать от Раймонда. Однако, увидев его на пороге, замер.

  Мистер Шелдон был белее савана. Раймонд прошёл в зал и молча сел рядом с полковником. Мисс Иствуд испуганно поглядела на виконта, мистер Кемптон тоже не сводил с него глаз. Монтэгю попытался поймать его взгляд, но не смог, - хотя Шелдон смотрел прямо перед собой, он явно ничего не видел. nbsp;Неожиданно Джулиан обернулся. Около двери стоял, уйдя в тень, парнишка лет двенадцати.

  Мистер Шелдон уже немного опомнился.

  - Саймон, идите же сюда, Боже мой, что вы там стали?

  Мальчишка робко приблизился. В это время из гостиной, ведущей в спальню Эннабел, вышел доктор Клиффорд.

  - К Тобиасу Вэйну действительно приносили упакованную бутылку для доставки её мисс Эннабел Тэлбот. - Начал виконт Шелдон, - в тот день дежурил сам хозяин. Доставил же в службу пакет Саймон Рейс, пятый сын в многодетной семье, живущей неподалеку. Я разыскал его. Это было нетрудно. Вот он. Мальчик заметил, что передавший пакет и просивший доставить его к Вэйну прячет лицо. Он бы и не обратил на это внимания, но этот, по описанию Рейса, 'настоящий джентльмен' дал ему фунт. И тем понудил всмотреться в него при свете фонарей проезжавшей мимо кареты. Сумма-то для мальчишки запредельная....

  - Господи, да не тяните же, Шелдон!

  - Может, я что-то не понял, но мальчик описал... Саймон, расскажите...

  Мальчишка явно робел перед господами, но, видимо, виконт сумел успокоить его и уговорил довериться ему. Он с интересом оглядывал молодую леди и господ и, наконец, как показалось мистеру Шелдону, глубоко вздохнул, а на самом деле - просто набрал в легкие побольше вnbsp; По такому неофициальному случаю чай мисс Иствуд распорядилась подать у камина, в уютной обстановке, задернув шторы от осеннего ненастья. Стол был украшен цинниями и остролистом. Кора, как хозяйка, взяла на себя ответственность за коробочку с чаем - tea-caddy, которую обычно запирали на замок, сама наполнила ароматным напитком маленькие, изящные фарфоровые чашечки, в которых подавался чай. Она предложила им новые и экзотические сорта, в чьих теплых ароматах с удовольствием можно было продолжить деловые разговоры. Гости сели там, где им только удобно, впитывая тепло от камина, разговаривая и наслаждаясь.