Однако ясно, что основные связи Г. Тимченко имеют значительно более высокий уровень. Надо сказать, что примерно с 2005 года, когда закончилась активная фаза «экспроприации» активов ЮКОСа «Роснефтью», принятие ключевых экономических решений проходило под влиянием групп «Газпрома» и «Роснефти». И если до середины 2008 года «Роснефти» (И.Сечин) чаще приходилось отступать, то в последнее время ситуация изменилась коренным образом. С конца 2009 года происходит формирование группы Игоря Сечина — Геннадия Тимченко. Влияние группы распространено на следующие активы:

«Роснефть» (И.Сечин, тогда — председатель Совета директоров компании);

«Транснефть» (глава компании Николай Токарев — как говорят, знакомый Г. Тимченко по работе в спецслужбах, а затем — партнер по операциям с иракской нефтью);

«Зарубежнефть» (ранее ее возглавлял Н. Токарев, по имеющимся данным, сохранивший свое влияние в этой компании до сих пор);

«Интер РАО ЕЭС» (председатель Совета директоров — И. Сечин);

«РусГидро» (председатель Совета директоров — И. Сечин);

«Стройтрансгаз» (группа Банка «Россия» и Г. Тимченко);

«НоваТЭК» (Г. Тимченко).

Таким образом, была сформирована мощнейшая неформальная финансовопромышленная группа, эффективно противопоставляющая себя «Газпрому». Например, на внутреннем рынке монопольное положение газовой компании может пошатнуться за счет перехода крупных потребителей к другим производителям, в частности — к «НоваТЭКу» (этот процесс начался интенсивно в 2010 году).

В начале июля 2010 года ЗАО «Северрегионгаз» (дочерняя структура сбытового подразделения «Газпрома» — ООО «Межрегионгаз») объявило о 50 %-ном сокращении поставок газа в пять муниципалитетов ХМАО: Нефтеюганск, Нягань, Пыть-Ях, Советский, Нефтеюганский районы из-за долгов (около 250 млн. руб.). В результате власти муниципалитетов публично объявили о возможности расторжения контракта с ЗАО и заключении договора с другими поставщиками, наиболее вероятным из которых является «НоваТЭК», который нарастил за 2009 год добычу газа на 14 % и увеличил продажи.

Так что Г. Тимченко при поддержке И. Сечина активно начал готовиться к экспансии на газовый рынок, которая, в случае успеха, автоматически означала заход на «территорию» «Газпрома» и перманентную вражду с его основными представителями.

Конструктивность нынешних отношений Г. Тимченко и И. Сечина подтверждалась на тот период еще одним обстоятельством: с середины 2009 года «Федеральная сетевая компания» стала отдавать заметный приоритет в тендерах «Стройтрансгазу», который, как известно, принадлежит Г. Тимченко. Это было бы невозможно без использования административного ресурса куратора энергетики И. Сечина.

Например, в апреле 2010 года компания Г. Тимченко стала подрядчиком по строительству сетей от Калининской АЭС (объем контракта — порядка 30 млрд. рублей).

Единственным серьезным разногласием между И. Сечиным и Г. Тимченко стало направление основных экспортных потоков «Роснефти». Как известно, Г.Тимченко осуществляет поставки в Европу, в то время как И. Сечин давно лоббирует налаживание поставок в Китай. Это соответствующим (негативным) образом скажется на доходах Г. Тимченко. Насколько известно, по этому вопросу им прийти к взаимопониманию не удалось. Осложняло ситуацию и то, что у И. Сечина и Г. Тимченко уже имелся опыт продолжительных разногласий.

Первые упоминания об альянсе И. Сечина и Г. Тимченко датируются еще 2005–2006 годами: как раз в контексте перевода экспортных потоков «Роснефти» на Gunvor. Однако в 2007 году альянс был временно фактически развален, как раз — из-за серьезных разногласий.

Летом 2007 года «Роснефть» готовилась к аукциону по выкупу последнего крупного актива обанкротившегося ЮКОСа — ее нидерландской «дочки» Юкос-Финанс, которая владела крупными долями в уставном капитале литовского НПЗ Mazeikiu Nafta и словацкой компании Transpetrol. Тогда неожиданно для всех покупателем Юкос-Финанса стала никому не известная компания ООО «Монте-Валле», принадлежавшая еще менее известному гражданину США Стивену Линчу. Эксперты тогда терялись в догадках: какая из российских компаний стояла за этой загадочной сделкой — «Роснефть» или «Газпром», однако ответ на этот вопрос так и остался тайной. Лишь крайне узкому кругу людей известно, что истинным покупателем Юкос-Финанса является не кто иной, как Геннадий Тимченко. Как утверждали, «Сечин и Богданчиков тогда были просто в бешенстве», однако вынуждены были смириться со свершившимся фактом — вопрос о покупке Юкос-Финанса Геннадием Тимченко был решен на самом высоком уровне.

Противостояние с И. Сечиным продолжилось и позднее, когда в прессе все чаще стали говорить о скором уходе из «Роснефти» ее президента С. Богданчикова и некоторые из наблюдателей не исключали, что за этой пиар-компанией стоял именно Г. Тимченко.

В конечном счете, прогноз о назначении президентом «Роснефти» Эдуарда Худайнатова сбылся. В компании будет создана система баланса сил между И. Сечиным и Г. Тимченко: В. Путин после долгих консультаций с различными «группами влияния» в «питерской команде», в конечном счете, все-таки решил не отдавать «Роснефть» под полный контроль своего вицепремьера (Эдуард Худайнатов, по информации источника в АП, более тяготел к «группе влияния» Геннадия Тимченко).

Еще одним давним союзником Г. Тимченко является Николай Токарев, президент «Транснефти». «Зарубежнефть», в которой Н.Токарев работал в 2000–2007 годах, активно сотрудничала с Г. Тимченко, в частности, в перевозках иракской нефти. Эти операции в свое время вызвали недовольство США и даже обвинения в нарушении международного экономического законодательства. Однако, насколько известно, дальше устных обвинений дело не пошло. Что касается сотрудничества Н. Токарева и Г. Тимченко, источники заключали, что между ними «царит полное взаимопонимание».

Сложнее к настоящему моменту ситуация между Г. Тимченко и его самым давним партнером Владимиром Богдановым. С одной стороны, как упоминалось, они тесно сотрудничают с 1987 года, т. е. более 20 лет, причем до 2004 года нефть «Сургутнефтегаза» приносила «KnH3Kcy»/Gunvor основные доходы. Сейчас доля «Сургутнефтегаза» в портфеле Gunvor снизилась, прежде всего, за счет роста объемов «Роснефти». В силу этого зависимость Г. Тимченко от В. Богданова уже не столь высока, тем не менее, Gunvor остается экспортером до 80 % объемов «Сургутнефтегаза».

Иными словами, В. Богданов теперь в определенной степени более зависим от своего партнера, чем Тимченко от Богданова, что делает само партнерство неравноправным. В этом смысле появившаяся на рынке информация о том, что Г. Тимченко намеревается приобрести крупный пакет «Сургутнефтегаза», имеют смысл. Тем более что эта информация подтверждается фактами.

Стало известно о намерениях ООО «Инвест-защита», под контролем которого может находиться до 45 % акций «Сургутнефтегаза», сменить собственника. По данным ФАС, две дочерние компании «Сургутнефтегаза» подали ходатайства о приобретении друг друга: ООО «Инвестзащита» хочет приобрести 69,57 % в ООО «Центральный сургутский депозитарий» (ЦСД), а ЦСД намерен купить 78,67 % в «Инвест-защите». Согласно открытым данным, ФАС против сделки не возражала.

Пакеты, на которые компании претендовали, принадлежат «Сургутнефтегазу». Материнская компания в лице «Сургутнефтегаза» после сделки перестала бы быть таковой для своих нынешних дочерних структур, но сохранила бы неформальный контроль, назначая лояльных менеджеров или выдвигая кандидатов в Совет директоров. Считается, что таким образом В.Богданов защищался от возможного недружественного поглощения со стороны Г. Тимченко.

Вместе с тем, более информированные источники предполагали реализацию другого сценария. В соответствии с ним В. Богданов и Г.Тимченко могут совместно выкупить Ковыктинское месторождение, за которое не первый год конфликтуют ТНК-ВР и «Газпром». У партнеров необходимые деньги на покупку месторождения есть [44] (именно нехваткой ликвидности источники объясняли, что «Газпром» уже несколько лет не может закрыть сделку).