Его рука разжалась на подлёте к кораблю. В глазах юноши потемнело, когда большая часть силы удара об палубу пришлась на его спину. А они с Ланой уже катились кубарем, упрямо не отпуская друг друга.

Когда же зрение вернулось, Килиан с нарастающим удивлением обнаружил три вещи.

Во-первых, он все ещё жив. Это удивляло само по себе: такой способ спасения он выбрал не потому что тот давал серьезные шансы выжить, а потому что ничего лучшего попросту не было.

Во-вторых, он лежит на спине посреди палубы корабля, и вокруг столпились любопытствующие матросы. Это вызвало неприятную ассоциацию со зверем в зоопарке… Ну, или точнее, учитывая то, чем он привлек их внимание, скорее с какой-нибудь экзотической птицей. Птица-Килиан, отличается умом и сообразительностью — звучит? Хотя едва ли птица, отличающаяся умом, оказалась бы в такой ситуации.

Наконец, третий факт, в отличие от второго, воспринимался несомненно положительно. Лана (также живая и даже более целая) сидела на нем верхом в двусмысленной, да и, чего греха таить, очень волнующей позе. Хоть это и было обусловлено всего лишь тем, что он своим телом кое-как смягчил ей приземление, а все равно приятно.

— Мы… живы? — осторожно приоткрыв один глаз, спросила девушка.

— Да, — криво усмехнулся чародей, — Мы живы.

Он невольно залюбовался тем, как на ее лице со скоростью вспышки сменяют друг друга эмоции: неверие, радость, восторг, облегчение… и восхищение.

— Кили, ты гений! — воскликнула Лана.

— Вот как, — хмыкнул он, — А говорила, ду…

Договорить он не успел. Внезапно, порывисто Лана поцеловала его в губы. В этом поцелуе не было желания, не было в нем и особой нежности (хотя Килиан по первому разу искренне поразился, насколько мягкими оказались ее губы). Только выплеск эмоций, только ощущение непередаваемой лёгкости жизни, какую способен понять лишь тот, кто побывал на волосок от смерти.

— Кхм, кхм.

Услышав глубокомысленный комментарий Амброуса, Лана покраснела, как будто ее застали за чем-то предосудительным, торопливо вскочила… и тут же упала снова, уже на палубу. Ноги не держали ее.

— Отнесите чародеев в лазарет, — позволив себе добродушную усмешку, распорядился Леандр, — Они славно потрудились сегодня, но битва ещё не окончена.