– Тебя проводить? – поднимаясь, спросил Игнат.

Басаргина покачала головой.

– Отдыхай, Видок, я просто устала и хочу выспаться. А ты опять приставать начнешь, я сдамся, и опять никакого отдыха.

Дмитрий хохотнул.

– Ну, если на нас завтра никто не нападет, то можете спать, сколько угодно.

– Последние дни были тяжелыми, завтра я весь день буду пополнять свой резерв. Кстати, Дмитрий, у тебя найдутся крепкие веревки?

– Зачем тебе? – удивился стороста.

– Для Игната, – совершенно без задней мысли ответила магичка, но когда поняла, что сморозила, Дмитрий и Лира уже ржали в полный голос. Демидов же улыбался, ржать не стал, он отлично понял, с какой целью его женщине потребовались веревки.

– Интересные у вас игры, – сквозь смех заметила ведьма. – А можно я поучаствую?

Это вызвало новый приступ хохота. Даже Игнат не выдержал. Фарат же изобразил некое подобие веселья, хотя умный джинн уже обо всем догадался.

– Отчего же нельзя, можно, – улыбнувшись, отозвалась волшебница. – Я даже могу предложить тебе заменить меня. Хочешь?

Лира еще не поняла, в чем дело, и удивленно уставилась на Киру.

– Мне показалось, что ты жуткая собственница, весь вечер присматривалась ко мне, не покушаюсь ли я на твоего драгоценного егеря, и ты так легко соглашаешься на подмену, где подвох?

– Никакого подвоха, – усмехнулась Кира, вложив в сказанное столько сарказма, что Лира перестала улыбаться, понимая, что дело тут не в постельных играх. – Завтра все попробуешь, скажешь потом, каков он, мой драгоценный егерь, вдруг с тобой ему лучше будет. Так найдешь веревки, не слишком толстые, цепи тоже сгодятся.

– Конечно, найду, – ответил староста. – Но будет проще, если ты скажешь, зачем. Если, конечно, не секрет.

– Да какой уж тут секрет? – отмахнулась магичка. – Его ночью по рукам и ногам вязать нужно, иначе руки распускает, никакого житья, все постоянно чего-то требует. – Все это она говорила с абсолютно серьезным выражением лица, но Демидов разглядел в ее ярко-зеленых глазах веселых демонов. Глядя на вытянувшиеся лица ведьмы и местного руководства, она задорно рассмеялась, похоже, шуткой Басаргина осталась довольна, маленькая месть за их веселье с постельными играми. Не выдержав, она рассмеялась. – У него кокон с духом ослаб, нужно подзарядить, а это процедура болезненная, притяну его к кровати и за час подновлю.

– Может, лучше не тут, – мгновенно все поняв, предложил Дмитрий. – Дом знахарки стоит у нас отдельно от всех, там и стол чуть ли не из цельного дерева имеется. И все потребное, чтобы раненого притянуть найдется. Я с ней договорюсь, лекарка у нас не слишком сильная, но дело свое знает.

– Конечно, пойдет, не будем людям криками настроение портить. Ладно, все, пошла я, весело с вами, но мне вправду нужно отдохнуть.

Она наклонилась, поцеловала Демидова и пошла наверх.

– Приятная барышня, с неплохим чувством юмора, – одобрил купец. – Ну что, давай еще выпьем и прогуляемся к оружейнику, чтоб не в последний день все на коленке делать.

Игнат согласно кинул, и разлил еще по стопке коньяка, не забыв наполнить бокал магички из свежей, уже третьей по счету, бутылки белого сухого.

– Скоро конец запасам, – тяжко вздохнув и кивая на спиртное, посетовал староста-купец, – торговля встала, война в королевствах. Хорошего пойла теперь не достать, скоро на местный самогон пересядем. Зараза Милош, уже вдвое задрал цену на коньяк и вино.

– Это не проблема, – отмахнулся Игнат, – я при деньгах, назови сумму.

– И не думай, ты мой гость, и я угощаю, не обеднею. Так что, давай выпьем за дружбу.

– За дружбу, – согласился Видок.

Они выпили, закусили, потом одновременно потянулись к лежащей на столе пачке папирос. Улыбнулись, только вот Дмитрий распотрошил свою папиросу в трубку, изящную, из черного дерева, отделанную золотом. Явно дорогая. И почему-то очень знакомая.

– Мне ее одна магичка подарила, та самая, которая с сестрой явилась не так давно, сказала – трофей с какого-то наемника. У них приоритет был на переход, этим же вечером ушли сразу же после нападения.

Игнат пожал плечами, знакомая трубка, ну и что? Мало ли за свою жизнь он трубок видел?

– Лир, давай колись, ты ведь в курсе, чего на меня лейтенант взъелся, как его, Карл? Ты ведь это по какой-то причине не хотела при Кире говорить.

Ведьма из вольных земель отрицательно покачала головой.

– Карл. Ты неверно понял, я не знаю, в чем причина, и твоя Кира тут не причем. Когда Карл узнал, что ты был тут, и уехал, он в ярости кружку о стену расколотил и стол перевернул, я таким бешенным его никогда не видела.

Дмитрий кивнул подтверждая.

Игнат пожал плечами.

– Ну, значит, скоро выясним у него лично, думаю, он ждать не будет. Слишком свербит у Карла, что я живой по земле хожу.

– Ну что, бери свою винтовку, и пойдем до мастера дойдем, – выбив трубку в опустевшую тарелку, предложил Дмитрий, – чтоб не в последний день.

– Давай, – согласился Игнат, – все равно больше делать нечего. Да и отдохнуть мне нужно, тоже вымотался.

Купец-староста поднялся и направился к выходу, Игнат пошел следом, трофейная винтовка так и лежала в багажнике мобиля.

«Фарат, где сейчас этот Карл? Можешь найти? Надо все дела сразу закончить. Похоже, он реально зол на меня. Черт его знает, что этому вольноземельщику в башку взбредет».

«Нет его нигде, – спустя минуту отозвался джинн, – я не смог нащупать его сущность, хотя хорошо его запомнил. Возможно, он знает, как можно укрыться от подобных мне».

«Плохо это, очень плохо. Я не знаю, где ему дорогу перешёл, и на что он готов».

Достав из багажника Голема трофейный ствол, Игнат подошел к Дмитрию, и тот повел его вглубь поселка. А вот этих руин раньше не было, небольшой двухэтажный дом стоял закопченным, с провалившейся крышей, стеклопласта в окнах нет.

– Что у вас тут случилось?

Дмитрий махнул рукой, словно не хотел говорить, но все же произнес:

– Спустя несколько дней, как ты уехал, сюда пожаловала банда, какие-то каторжники беглые, рыл двадцать. Наглые, тупые, ну с такими разговор короткий – мы парламентера пристрелили, – перехватив осуждающий взгляд Игната, староста-купец только хмыкнул. – Мы с ними никаких договоренностей не имели, это не баронские дружинники, решившие поживиться, это твари без чести и совести, я с такими переговоров не веду. В общем, шлепнули мы этого придурка с белой рубахой на палке, и двух его сопровождающих, остальные разбегаться стали, палить в белый свет как в ломаный чек. Ну да, самооборонцы уже в ружье встали, начали их отстреливать, только вот у тварей этих миномет оказался, простенький, пехотный, но все равно аргумент, они его в лесу на поляне поставили в паре километров отсюда. И первым же выстрелом в этот дом, и мины как назло зажигательно-осколочные оказались. Хорошо их зачаровали, полыхнуло знатно, семья погибла, пять человек, дальше они мазать начали, только в стену потом дважды попали. Тут, наконец, наша магичка, Леона, их вычислила и долбанула по полянке метеором. Короче, жалко полянку, воронка там в пять метров, и деревья повалило по окружности. От миномета только прицел и вычислитель магический остались, мы его баронским дружинникам толкнули, хорошо заработали. А этих мы развесили на деревьях в сторону диких земель, ума не приложу, откуда они пришли, нет там никого кроме нелюдей.

Игнат спокойно выслушал историю.

– А чего пленных не взяли?

– Одного, – нехотя ответил Дмитрий, – парни были очень злы и никого не щадили. А того, что захватили, для допроса было использовать бесполезно, тупой, как черенок от лопаты, сутки мы над ним бились, а он только мычал – я не причем, был на руднике… Короче, повесили мы его. Так и не узнали, откуда банда приперлась, да еще с минометом. Но на всякий случай там сейчас секрет держим, небольшой, так, чисто приглядывать за направлением. А вот и нужное нам место, – указал староста на небольшой двухэтажный дома, стоящий на центральной улице в полусотне метров от ворот, выходящих на дикие земли.

Вообще поселение было выполнено в виде прямоугольника, метров триста в длину и около двухсот в ширину, у стен располагались разные хозяйственные постройки, а по главной улице стояли жилые дома и несколько лавок, были и короткие боковые улочки.