Тем временем приближалось начало очередного снукерного сезона, и игроки интенсивно практиковались, набирая форму перед предстоящими соревнованиями. Пол относился к тренировкам очень ответственно, целыми днями пропадая в «The Manor», а я частенько забегала туда в обеденный перерыв или когда у меня бывали паузы между клиентками. Вообще-то, мы могли встретиться и пойти перекусить или просто поболтать по телефону практически в любое время – у Пола не было босса, который стоял бы у него над душой, контролируя все действия. Для неискушенного наблюдателя Пол выглядел молодым бездельником, целыми днями слоняющимся возле снукерных столов, в то время как его девушка вкалывает на работе. У меня был полный рабочий день в салоне, плюс вечерние лекции в колледже, а время от времени еще и на дом приходили клиентки, в то время как у Пола был весьма гибкий график тренировок. Конечно, если присмотреться чуточку повнимательнее, легко можно было понять, что Пол вовсе не такой уж легкомысленный мальчишка – он, несомненно, обладал незаурядным талантом, и это было очевидно даже для такого ничего не смыслящего в снукере скептика, как я.

Однако я была не единственной, кто вертелся возле Пола. Как-то в октябре (а к тому времени мы были вместе уже около месяца) я пришла в «The Manor» и была неприятно удивлена, увидев Джемму, сидевшую в местном кафе за чашечкой кофе. В сердце что-то неприятно заныло, но я убежденно сказала себе, что это ничего не значит.

– Знаешь, я только что видела Джемму в кафе, - как можно небрежнее сообщила я Полу. Он даже бровью не повел.

– Ты с ней поздоровалась? – только и спросил он.

– Не думаю, что она меня видела, - я покачала головой и дала себе твердое обещание позабыть о случившемся.

Но на следующей неделе я вновь увидела ее, она мило болтала с Полом, стоя на пороге снукерного зала. Она заметила мое приближение и исчезла прежде, чем я успела что-либо сказать.

– Что это было? – поинтересовалась я у Пола. Он выглядел слегка обеспокоенным, но сказал мне, что не стоит обращать на нее внимание – она просто хочет сохранить дружеские отношения.

Мне вовсе не хотелось относиться к его словам с недоверием – это не в моем духе, - но происходящее мне определенно не нравилось. Пол и Джемма уже так долго находились в этих специфических отношениях, то сходясь, то разбегаясь, что у меня были серьезные опасения, что я вижу Джемму далеко не в последний раз.

Не знаю, работала она или нет, но у нее определенно была куча свободного времени на то, чтобы вертеться вокруг Пола. Она взяла за правило регулярно выпивать чашечку кофе или перекусывать в кафе в «The Manor», и ей, кажется, всякий раз при этом удавалось поболтать с Полом по пути туда и обратно. Иногда, заметив меня, она быстренько исчезала, но время от времени мы все же встречались и обменивались вежливым «привет». Дальше общение не заходило. Я ни разу ни о чем не говорила с Джеммой, и у меня никогда не было желания публично выяснять с ней отношения. Пол уверял меня, что всего лишь хочет сохранить дружбу с ней после столь долгих лет вместе, и мне было трудно против этого возразить.

Как-то вечером, когда мы с Ники сидели в баре, я набралась храбрости и спросила у нее, не знает ли она, что происходит.

- Ники, я не говорила тебе, что недавно видела Джемму?

- Нет, - ответила она. – Где? В городе?

Мне хотелось рассказать ей абсолютно все, но какая-то часть меня противилась этому. Возможно, подсознательно я просто боялась того, что могу услышать в ответ.

- Она болтала с Полом в клубе. Она бывает там практически ежедневно, и все время вертится возле Пола. Ники, ты не знаешь, что происходит?

Ники, как оказалось, тоже была в полном неведении. Большую часть свободного времени она проводила со своим другом Нобби, что означало, что ее частенько не бывало дома, когда приходил Пол, но, вообще-то, она не сильно стремилась вникнуть в происходящее, не желая оказаться в двусмысленном положении.

– Даррен говорил, что Джемма снова пытается клеиться к Полу, – призналась она. – Я в неловком положении, Линдси. Пол – мой кузен, и я люблю его, а ты – моя лучшая подруга, для которой я готова сделать все, что угодно.

Я замолчала, пытаясь осмыслить услышанное.

- Так ты говоришь, что подозревала что-то, Ники? Я думала, будь это так, ты бы обязательно мне сказала.

Она взяла меня за руку и взглянула на меня своими большими глазами.

- Все не так просто, Линдс. Дело не в тебе. Дело в Поле. Он никогда в жизни не был верен ни одной своей девушке – он просто не способен на такой подвиг. Не по какому-то там злому умыслу – просто не может удержаться, натура такая. И хоть я и не знаю ничего конкретного, ситуация меня беспокоит.

Это звучало все хуже и хуже.

- Ники, - тихо сказала я, - ты должна выяснить, что происходит. Я не хочу, чтобы из меня делали дурочку. Мне необходимо знать все.

После этого мне было уже не успокоиться, и в конце концов я вызвала такси и уехала домой, отказавшись от первоначального намерения остаться у Ники. Она позвонила мне на следующее утро.

- Линдси, я выпытала у Даррена все, что смогла. У меня плохие новости, милая. Пол действительно снова вернулся к Джемме.

Я поблагодарила ее за то, что поставила меня в известность, и повесила трубку. Мне не хотелось ни с кем это обсуждать; я должна была справиться с ситуацией самостоятельно. Прошел всего лишь месяц с тех пор, как мы с Полом стали спать вместе. Я чувствовала себя полной идиоткой из-за того, что пошла у него на поводу и согласилась лечь с ним в постель. Он растоптал мои чувства. Я говорила ему, как много значило для меня начало наших интимных отношений; он прекрасно знал, что его близкое знакомство с моими родителями было очень важно для меня. Но неужели все это ровным счетом ничего не значило для него самого? Неужели я для него была пустым местом? Я заперлась в своей комнате и дала волю слезам. Это были слезы шока, неожиданности, ярости, боли и настоящей горечи от того, что моей мечте о нашем прекрасном будущем никогда не суждено сбыться. Выплакавшись, я снова стала самой собой – практичной реалисткой, и сделала попытку выяснить, что за всем этим стоит.

Очевидно было, что Полу очень трудно выбросить Джемму из своей жизни. Они были из тех пар, которые, словно связанные резинкой, мечутся туда-сюда, постоянно мирясь и ссорясь. Вероятно, у них это уже давно вошло в привычку.

Мое мнение на этот счет всегда было однозначно: ни у кого не может быть двух подружек одновременно, особенно, если одна из них – я! Я позвонила Полу, но его телефон не отвечал. Видимо, после того, как Ники вытрясла из Даррена информацию, тот предупредил Пола, что мне все известно. Я оставила ему сообщение на автоответчике, сказав, что не собираюсь дозваниваться до него весь день, и что буду ждать, когда он сам мне перезвонит. Я добавила также, что мне известно, что происходит, и я требую объяснений. Он перезвонил через пару часов. Пол всегда ненавидел конфронтации и по возможности старался их избегать, но на этот раз выбора у него не было.