- Ну что, оклемался? - весело бросил проезжавший молодому.

   - Ага, - откликнулся тот.

   - Ну и славно! - заключил Дрю и, довольный своим сегодняшним человеколюбием, помчался далее к Цанцу. Смотрители по давней привычке стали обсуждать его коня; поскольку же издеваться при обсуждении оказалось не над чем, они его хвалили.

  * * *

   Дрю радовался, что почти без потерь смог покинуть Отшибину, его одолевали предвкушения разговоров, которые он поведёт в Цанце. Сразу ли поверит ему Цилиндрон, который вознамерился связать с Чичеро будущее собственной дочери? Не стоит ли сперва поговорить с кем-то из бальзамировщиков - чтобы привлечь его в качестве эксперта? Или прихватить к Управителю свидетеля - ростовщика Карамуфа из Карамца, самоотверженного любителя червей?

   К сожалению, ни одной из продуманных им версий аргументированных диалогов с Цилиндроном в тот день не было суждено состояться. Не успел Дрю из Дрона подъехать к надвратной башне Цанца, как от передовой заставы раздался арбалетный залп. И напрасно Дрю кричал, что он - посланник Смерти, что у него важные сведения для Умбриэля Цилиндрона, и уже поэтому его необходимо пропустить. Он надеялся, что после его слов возникшее недоразумение рассеется, как дым. Стражники же, вместо того, чтобы его услышать, перезаряжали свои арбалеты новыми болтами.

Глава 18. Лунный пламень

   К утру Лимн так и не вернулся. Чичеро очнулся от тяжёлого сна о бичуемом море и сел на постели, призадумавшись о своей дальнейшей судьбе в этом чересчур гостеприимном замке. Резервы карликов истощались: остался один Дулдокравн. Единственная попытка что-либо выведать пошла прахом, а может ещё и вылезти боком - это когда захваченный слугами великана Лимн начнёт говорить.

   Выйдя в коридор, в котором прошлым вечером его поджидал купец из Карамца, Чичеро обеспокоено пошарил взглядом по сторонам - было пусто - и тут же одёрнул себя: если бы кто-то перехватил его взгляд, наверняка тут же доложил бы хозяину о внезапном беспокойстве посланника.

   Идти в трапезный зал было рано, и Чичеро, как бы убивая время, решил пройтись по разрешённой для прогулок части замка: вдруг что интересное заметит. В четвёртый ярус с высоченными потолками он не пошёл, понимая, что в эти подавляющие величием размеров помещения Лимн бы отправился в самую последнюю очередь, а вот второй-третий ярусы постарался прочесать полностью. Никаких следов выпущенного им разведчика не было заметно. Таким следом могло быть недозатёртое пятно крови где-нибудь на стене, либо особое внимание стражи к какому-то определённому участку замка.

   Выглядывая во двор, где вчера появлялась Бокси, посланник тоже не увидел ровно ничего подозрительного: ленивый двор приевшегося замка. И всё же: не нарочно ли ему показали эту карличью криминальную знаменитость? Не специально ли подразнили связанной с ней загадкой, чтобы он неразумно раскрыл свои секретные возможности?

   Чичеро обошёл по периметру третий ярус замка (не углубляясь во внутренние переходы), затем спустился во второй ярус, где встречалось довольно много глухих коридоров, лишённых окон. В их нарочитой путанице даже не слишком тренированному глазу можно было угадать присутствие каких-то потайных ходов.

   Чичеро когда-то уже внутренне улыбался наивности строителей, которые расположили свои секреты в стенах этого яруса. То, что этажом выше представало как сквозная система широких проходов, здесь многократно сужалось и обрывалось: явные ходы делились площадью с тайными - и тем их выдавали.

   Именно белые пятна в плане второго яруса могли привлечь внимание разведчика Лимна. Конечно, вряд ли великан здесь, в ярусе, открытом для посещения гостей, стал прятать за потайными дверями что-то действительно важное и ценное (ведь он мог запросто это хранить в помещениях, для гостей закрытых - и, главное, легко доступных ему самому). Но карлик-то - не великан. Ему ближе и роднее не широченные пространства верхних ярусов, а именно эти мелкие полости.

   Впрочем, самому Чичеро демонстрировать карличьих замашек в особенности не стоило, поэтому коридоры второго яруса он прошёл быстрым шагом. Всякому ясно, что здесь не место для праздных прогулок посланника перед утренним приёмом пищи. У лестницы, ведущей в передний двор, к Чичеро подошёл стражник - один из тех, которые имели право заговаривать с гостями (были и такие, которые не имели права гостям даже отвечать).

   - Здравствуйте, посланник. Ваша лошадь сдохла, - сообщил стражник и повернулся чтобы уйти.

   - Когда это случилось? - спросил Чичеро ему вдогонку.

   - Вчера. Поздно вечером.

   Ну вот. Злосчастный вчерашний вечер. Вечер, когда за него всерьёз взялись шпионы замка Глюм. Вечер ошибок, который ознаменовался предъявлением ему Бокси из Шенка, пропажей Лимна и пропажей Зунга. Ибо не мог "сдохнуть" боевой конь Чичеро, пока Зунг сидел внутри.

   - Могу я увидеть своего коня? - крикнул он стражнику, спустившемуся уже во двор.

   - Зачем? - удивился стражник.

   - По правде говоря, мне бы хотелось получить тело, - объяснил Чичеро.

   - Он же сдох! - напомнил стражник.

   - Это мёртвый конь, его тело подверглось бальзамированию, и у меня есть надежда когда-нибудь его восстановить.

   - Хорошо, я спрошу, - кивнул стражник.

   Что ж, может статься, что хоть для смеха Плюст из Глюма позволит Чичеро забрать к себе в комнату труп его коня. Такой смех - вполне в жестоком стиле юмориста-великана.

   Не дожидаясь ответа стражника (ясно, что о возможности выдать коня посланнику он не у конюхов на конюшне спросит), Чичеро поднялся в трапезную залу, холодно раскланялся с гостями замка.

   Вчерашний любитель легендарного прошлого из Карамца был тут как тут. Чичеро, прежде чем подойти к нему, наскоро восстановил в памяти запрошенную историю. Бларп Эйуой, завидев его, радостно заулыбался и церемонно воскликнул:

   - Здравствуйте, о любезный мой друг Чичеро Кройдонский, многомудрый посланник Смерти!

   - Здравствуйте, о надежда Великого Карамца! - приветствовал Бларпа посланник Чичеро.

   В витиеватой речи, рисующей достоинства Чичеро, - не только как посланника Смерти, но и как хранителя мудрости веков, Бларп Эйуой выразил свою надежду на скорейшую встречу с желанной легендой.

   Чичеро признался, что легенда вот-вот последует. И вот что он рассказал:

   - Известная мне история относится к тому периоду, когда замка на скале Глюм ещё не было. Называется эта история "О Драеладре и Ашогеорне", её мне доводилось слышать далеко отсюда, на морском побережье прежней Восточно-Человеческой империи в районе Адовадаи...

  * * *

   ...Говорят, что от начала всех времён в глубочайшей бездне около скалы Глюм среди едких кислотных испарений и стелющихся зелёных ядов жил ужасный Драеладр. Он охранял жемчужину, которая светилась ночью. Свет этой жемчужины видел всякий, кому хватало смелости подойти к скале Глюм в ночное время и заглянуть вниз. А все остальные об этой жемчужине слышали.

   Услышала об этой жемчужине и прекрасная Элла, дочка правителя земли Цанц. Ей захотелось самой увидеть свет жемчужины, и она стала спрашивать у своих слуг, где находится таинственная скала Глюм. Но никто из слуг этого места не знал, хотя каждому довелось слышать о жемчужине.

   Тогда Элла спросила у своих слуг, кто может знать о скале Глюм. Слуги ответили, что есть в земле Цанц мудрец Авдрам, который точно знает об этой скале, ибо несколько раз там побывал. Ведите же меня к нему, велела слугам Элла. Из слуг лишь двое знали, где живёт почтенный Авдрам, и они с радостью её туда провели.

   И когда они подошли к дому Авдрама, то проголодались, и Авдрам их угостил яблоками, грушами и виноградом. Поев плодов, Элла чуть было не забыла, зачем пришла, настолько они были вкусны. И когда она спросила, откуда эти плоды, Авдрам указал ей на два дерева в саду и на виноград на крыше дома. Но откуда же сами деревья, откуда виноградная лоза, спросила Элла. Они - из замечательной страны на юге, из Адовадаи, сказал Авдрам. Наверное, эта страна где-то рядом со скалой Глюм, предположила Элла. Нет, ответил мудрец, это в другую сторону. К тому моменту Элла почему-то забыла, зачем ей нужна была скала Глюм, и, подробно расспросив Авдрама о дороге, направилась в страну Адовадаи, к ласковому синему морю и богатым южным садам.