АВГУСТ

73-е сообщение

«Привет. Не знаю, знаешь ли ты это или нет, но куча людей говорят о тебе. Что-то про фотку..?»

«Знаешь, что происходит?»

Я позвонила Калебу, как только прочитала письмо Сары про ее брата, он видел фото, которое я отправила той ночью. У меня тряслись руки. А если другие его увидят? Калеб сказал на озере. Он это сказал потому, что другие уже видели фото?

— Уже скучаешь? — он еще был за рулем.

— Боже, Калеб, неужели Нейт видел мое фото?

Молчание, не считая грохота колёс.

— Что? О чем ты?

— Сара прислала мне е-майл, в котором написано, что Нейт видел фото, где я голая. Ты переслал ему фотку?

— Нет. Он ее не видел. Никак не мог увидеть. Я никому ее не показывал.

— Ты сказал ему?

— Ну, да, но.… Клянусь, я никому не показывал!

Меня как в жар кинуло.

— Ты сказал ему? Ты всем ребятам сказал?

Снова молчание. Я слышала визг тормозов вдали, затем звук начал стихать. Он остановился.

— Не раздувай из этого проблему, Эш.

— Это и есть проблема для меня. Я не для того тебе это фото прислала, чтоб ты его всем

рассылал!

— Я никому его не показывал. Я же тебе сказал.

— Тогда почему Нейт говорит, что видел его?

— Я не знаю, почему он так говорит, вообще без понятия, — он запнулся, и это прозвучало, будто он снова поехал, — Слушай, мне надо ехать. Не раздувай проблему. Я попозже поговорю с Нейтом и узнаю, что происходит. Перезвоню позже, ладно?

Я закрыла глаза и потерла виски кончиками пальцев. Я не верила ему. И я никогда не чувствовала такого с Калебом. Я всегда ему доверяла. Но я всё равно понимала, что он лжёт. И меня так бесило это чувство гнева, после того, какой чудесный день мы провели вместе.

— Ладно, — сказала я.

— Люблю тебя, Эш. Эту фотку видел только я.

— Ладно, — снова сказала я, не в силах выговорить «люблю тебя», потому что единственное, что я могла сейчас сказать, было «козёл».

Я повесила трубку и села на кровать, я не могла оторвать взгляда от е-майла Сары:

«ПРИВЕТ! НЕЙТ СКАЗАЛ, ОН ВЧЕРА ВИДЕЛ ФОТКУ, НА КОТОРОЙ ТЫ ГОЛАЯ!»

Я смотрела на эти слова, в надежде, что они перемешаются и выстроятся во что-то другое. Что они не будут значить то, чего я так боялась: твой парень лжец, который тебя предал.

Я услышала, как хлопнула дверь, затем приглушенные голоса родителей. Папа дома, и мама ждала его. Вскоре, запах обеда донесся до моей комнаты, они ждут, когда я спущусь.

Я внезапно почувствовала тошнотворный запах речной воды на моих волосах. Я вздохнула и заставила себя пойти принять душ. Только в этот раз я не смотрела в зеркало.

Нейт еще был в Честертоне. Значит, остаются еще два парня из команды Калеба. А если они действительно видели фото? Если встречу их – умру.

Я встала под струю горячего душа и заставила себя поверить Калебу. Поверить, что это не проблема. Что Калеб просто хвастался, что я ему прислала, и Нейт повел себя как обычный парень. Они все время придумывают небылицы о сексе. Почему бы и Нейту не поступить также? Может, он ревновал. Это так на него похоже – завидовать всем и потом говорить так, будто это к нему относится.

Когда я вышла из душа, вода была холодной, и я почти убедила себя, что всё в порядке. Всё будет хорошо.

Я оделась и спустилась к родителям, откуда доносился очень сильный запах куриного карри.

— А вот и она, — сказал папа, его лоб был едва виден из-за открытой газеты. Это была его вечерняя традиция. Придти домой, успокоить маму, расстроенную очередным случаем в школе, переодеться в так называемые пижамные штаны, хоть это просто пара изношенных брюк цвета хаки, сесть за кухонный стол с газетой и доставать маму, рассказывая о прочитанных статьях, пока она готовит.

— Привет, пап, — я наклонилась и поцеловала его в щеку, пытаясь отделаться от приводящего в смущение чувства, будто он тоже знал о фотографии. Я понимала, что это невозможно, но несколько часов назад я бы сказала, что Нейт не знал о фото тоже.

— Что делала днем? — спросил папа.

Я подумала о том, как Калеб и я занимались любовью на лодке его дяди, и мое смущение росло.

Я опустила глаза, боюсь, даже покраснела.

— На озере, — все, что я сказала.

— С Вонни?

Я отрицательно покачала головой.

— С Калебом.

—А-а, — сказал папа из-за газеты. — И когда герой-любовник уезжает в колледж?

— Через несколько недель.

— Попытаюсь не заплакать, — пропел папа. Ему никогда особо не нравился Калеб. У него не было на то каких-либо причин – лишь то, что у Калеба было «выражение лица, не вызывающее доверия». Мама говорила – это только потому, что папа боялся, что Калеб лишит его маленькую девочку невинности, ведь все мальчики так делают. Если бы папа только знал…

— Перестань, Рой, — сказала мама из-за плиты, затем попыталась сменить тему.

— Сделаешь салат, Эш?

— Конечно, — пробормотала я, радуясь подставить лицо холодному воздуху из холодильника. Я постояла так, делая вид, будто ищу нужные ингредиенты.

И когда я доела свою порцию, слушая разговор родителей о школе, беге по пересеченной местности и Калебе, однообразие семейного ритуала заставило меня снова начать беспокоиться о Нейте и фотографии еще больше, чем раньше. А если Нейт действительно видел фото? Что если оно распространилось и родители увидели его? А вдруг фото увидели другие люди?

Когда Вонни позвонила узнать, не хочу ли я пройтись по магазинам, я уже измучилась от переживаний и попыток занять себя чем-то и не думать обо всём этом.

— Учеба начинается через неделю. Ты не можешь придти в старых, прошлогодних шмотках, − сказала Вонни, когда я села в ее машину, огромное кольцо с цветком отражало солнце и буквально ослепило меня, когда она выехала с подъездной дорожки. — Мы теперь старшекурсницы. Я обязана сделать все, чтоб ты выглядела привлекательно.

На меня навела ужас одна только мысль о школе. Я еще не говорила Вонни про е-майл Сары. Я не хотела выглядеть привлекательно. Не рядом с Нейтом и его друзьями, которые знают о фотке. Лучше б я вообще не отправляла это фото. Если б я могла повернуть время вспять.

— Наверное, — сказала я и включила радио, работавшее все время, пока мы ехали, так что мне не пришлось выслушивать, как она собирается сделать меня сексуальной.

Мы бродили по магазинам. Вонни верещала и прыгала каждый раз, когда мы сталкивались с «давно-забытым одноклассником», которого мы не видели с мая. Я стояла позади нее, жуя прядь волос и думая о Калебе. Я едва ли поздоровалась с кем-то.

— Что не так с тобой? — наконец-то спросила Вонни, просматривая стойку с кардиганами. — Ты что-то очень тихая сегодня. И почти ничего не купила.

— Неправда. — сказала я, поднимая маленький пакет. — Сережки, помнишь?

— И ты собираешься придти с сережками и в пижаме в первый день? Гламурно.

Я взяла несколько вешалок с одеждой, чтоб выглядеть при деле. Всё было либо слишком нарядным, либо слишком необычным, либо слишком строгим для меня.

— Я что-нибудь найду. Просто не в настроении для покупок.

Она уставилась на меня как на незнакомку, ее рука задержалась в воздухе, не коснувшись вешалки.

— Раньше ты всегда была в настроении для покупок.

Я пожала плечами.

— Все бывает в первый раз.

— Ох, — сказала она, погрозив мне пальцем, браслеты на руках звякнули. — Что-то не так. Говори!

Я глубоко вдохнула, потерла лоб и затем села на коврик.

— Я думаю, что Нейт мог увидеть фото.

Вонни была в недоумении.

— Какое фото?

— Ты знаешь. Фото. Мое.

Она так и не понимала.

— На вечеринке.

Ее глаза расширились. Она поднесла руку ко рту, будто набирая воздух в легкие, все браслеты со звяканьем съехали к локтю.

— Где ты обнаженная? Я совсем об этом забыла...

— Тише! — я посмотрела вокруг. К счастью, поблизости никого не было. Я чуть не умерла от смущения, последнее, что мне было нужно – это толпа.

— Боже, Вон, говори громче. Люди в парке тебя не услышали!

— Прости, — она села рядом. — Но ты об этой фотке говорила, да? − сказала она шепотом.

Мой голос звучал жалко.

− Калеб рассказал об этом всей команде, и Нейт сказал, что видел фото.

— Да ладно? Ну не скотина ли.

Я закатила глаза.

— Просто.. Калеб говорит, что не показывал фото Нейту, но мне почему-то кажется, что он лжет. То есть, зачем бы Нейту это придумывать? Калеб не хочет, чтоб я раздувала из этого проблему, но.. Не знаю, я еще злюсь.