Закончив, она встала из-за стола и зашла к Капице.

– Петр Леонидович, минут пять назад звонили с КПП. Приехал Жимерин, сейчас будет здесь. Наверняка будет осмотреть объект. Шофера я предупредила, людей из монтажного уведут, как только вы туда поедете. В столовой все тоже будет готово. В гостиницу я пока не звонила. Зовут его Дмитрий Георгиевич.

– Спасибо, Лида, вы незаменимый человек. Что бы я без вас делал?

– Это вам спасибо, – улыбнулась она. – И за работу, и за комплимент. Да, совещание с главными специалистами переносить не будем?

– Пока нет, – ответил Капица. – Если выйдет задержка, я вам позвоню.

Лида вышла, а он невольно проводил ее взглядом, в очередной раз подумав о том, насколько внешний вид этой женщины не соответствовал ее деловым качествам. Он не слишком хотел брать ее на эту должность, но за три прошедших месяца о своем решении ни разу не пожалел. Она выглядела старшеклассницей, но сразу же смогла продемонстрировать и ум, и организаторские способности, сходу освоила работу секретаря, взяв на себя заодно и кое-что из того, что ему до нее приходилось делать самому. Вот только ее красота временами напрягала, вызывая зависть к заму и заставляя остро чувствовать свой возраст.

Лида села за свой стол и начала разбирать почту. Через несколько минут дверь в приемную отворилась и вошел худощавый мужчина в очках, одетый в пальто, отделанное каракулем. Следом за ним вошли еще двое.

– Здравствуйте, Дмитрий Георгиевич! – поздоровалась она. – Проходите, пожалуйста, директор вас ждет. Товарищи пока могут подождать здесь. Если желаете, можете снять верхнюю одежду, у нас тепло.

Министр скользнул взглядом по ее фигуре, задержал его на лице, хмыкнул и, мотнув головой, прошел в кабинет. При некоторой фантазии этот кивок можно было принять за приветствие. Остальные, удивленно посматривая на красивую девочку, расстегнули пальто и сели на стоявшие у стены стулья.

– Здравствуйте! – поздоровался с Капицей Жимерин. – Я вижу, вам обо мне уже доложили.

– Здравствуйте, – приподнялся Капица, приветствуя гостя. – Мне звонили несколько дней назад по поводу вашего приезда. Не хотите снять пальто? Или поедем сразу смотреть объект?

– Я бы начал с осмотра, – ответил Жимерин. – Заодно вы бы меня ввели в курс дел.

– Тогда я сейчас оденусь и поедем. Вы один?

– Нет, со мной два ответственных работника министерства. Они сейчас в приемной.

– Тогда подождите, – Капица взял телефонную трубку. – Лида, товарищам, приехавшим с министром, нужно посетить объект, проверь их предписания.

– Откуда вы только взяли такую секретаршу! – неодобрительно сказал Жимерин. – Я бы не рискнул.

– А я вам Лиду и не предлагаю, – засмеялся Капица. – Она старше, чем выглядит, и уже два года замужем. Причем работает так, что я скоро разучусь говорить. Стоит о чем-то подумать, а она это уже сделала.

– Петр Леонидович, – сказала зашедшая в кабинет Лида. – У остальных в предписаниях нет нужной отметки, поэтому пропусков на объект не оформят. Возьмите их с собой, посидят в охране, а потом вместе пообедаете. Пропуск для Дмитрия Георгиевича оформлен, а Санееву я позвонила. Да, в почте ничего срочного нет.

– Хорошо, – кивнул Капица. – Мы поехали. Возьмем мою машину, вашу к объекту не пропустят.

– Реакторный зал находиться под землей, – полчаса спустя объяснял Капица, направляясь вмести с гостем к лифту. – Там же и все вспомогательные помещения.

Спускаться пришлось довольно долго.

– Мы только полгода рыли котлован, бетонировали и строили помещения, – продолжил он, когда после короткого коридора ввел Жимерина в большой зал, освещенный парой сотен светильников. – Сам реактор еще только начали монтировать.

– Ничего себе! – пораженно сказал министр, уставившись на огромный цилиндр, установленный в центре зала на высоких опорах. – И вы говорите, что он еще не полностью смонтирован?

– В длину он будет около ста метров, диаметр составит пятнадцать метров. Пока сварили примерно две трети. Сварку ведут и изнутри, и снаружи, потом швы шлифуют и полируют готовую часть корпуса.

– А что это за трубы?

– Это волноводы излучателей. Мы их убрали из реактора и ставим три вместо одного. Это позволяет решить вопрос охлаждения и увеличивает надежность. По нашим расчетам они должны проработать без замены десять лет. Единственный пока нерешенный вопрос – это надежность датчиков. Раз в год реактор придется останавливать на сутки и их менять. Для этого предусмотрены люки. Но я думаю, что и это со временем решим. В соседнем зале стоит источник высокого напряжения и вся аппаратура контроля и управления. Подстанции, которые преобразуют постоянный ток в переменный нужного напряжения будут стоять наверху. Их запланировано десять. А вот эта пластина и есть преобразователь тепла в электричество. Такие преобразователи покроют почти всю поверхность реактора. Видите у него с одной стороны штыри? Это для охлаждения. Здесь все будет обдуваться сильным потоком воздуха. Нагретый воздух думаем потом использовать для горячего водоснабжения и других нужд. Но это уже в самую последнюю очередь, поначалу будем его просто выдувать наружу. Радиации здесь практически не будет.

– И сколько вы еще это будете строить? – обвел рукой зал Жимерин.

– Вопросов с конструкцией нет, излучатели нам скоро поставят, а преобразователи начали выпускать серийно. Из-за того что их нужно очень много и большого объема монтажных работ, все закончим только через год. И то при условии, что нас не подведут смежники. Но все вроде должны поставить в срок, заминка пока только с проводами для магнитов.

– Дорого обойдется ваш реактор! – сказал Жимерин. – А в Госплане уже хотят все перспективное строительство ориентировать на них.

– Дорого, – согласился Капица. – Но этот реактор даст столько электроэнергии, сколько дали бы десять таких станций, как ДнепроГЭС. Я не экономист, но мне и без расчетов ясно, что выгодней строить. При серийном изготовлении стоимость реакторов уменьшиться, а затраты на их эксплуатацию ничтожны. Об остальных преимуществах и говорить не буду: сами должны понимать.

– Значит, к съезду партии сделать не успеете, – с сожалением сказал Жимерин. – Жаль, но вижу, что торопить вас нет смысла. Из слов вашей секретарши я понял, что вы нас собираетесь кормить. Давайте, наверное, этим займемся, а потом мы уедем. Представление о вашей работе я получил, а задерживаться не вижу смысла.

Глава 17

– Заходи, Снегурочка! – Алексей помог жене снять шубу, вышел на лестничную площадку и несколько раз ее энергично тряхнул, выбивая снег. – Надеюсь, ты уже в наших рядах?

– Приняли, – сообщила Лида. – Билет выдадут позже. Проголосовали единогласно.

– Еще бы им не проголосовать! – засмеялся муж. – Ты бы на них потом отыгралась! Дураков нет обижать секретаря директора.

– Ты давно дома?

– Уже час. Изучаю материалы съезда.

– Ну и что там интересного? Колись, я уже тоже коммунист!

– Обновляют Политбюро. Отправили на пенсию Ворошилова, по состоянию здоровья освободили Андреева, а Молотова, как написано, перевели на хозяйственную работу. Ворошилова давно надо было убрать, Андреев, насколько я помню, начал терять слух, а Молотова, похоже, просто вытурили. До него еще никому хозяйственная работа не мешала оставаться членом Политбюро. Ему еще повезло: раньше живыми из Политбюро не уходили. За исключением этого, пока ничего интересного не нашел. Все депутаты выступают с поддержкой курса руководства на очищение партийных рядов, но это было ожидаемо: большинство из них и выдвинулось после этой чистки. Да и закончилась она с месяц назад, так что задним числом почему бы и не одобрить, тем более что вычищали всякую сволочь, и чистка проходила открыто и освещалась в печати. Попробуй что-нибудь возразить. Ладно, пойдем на кухню попьем горячего чая с домашним печеньем.

– И откуда у нас домашнее печенье? – осведомилась Лида. – Колись, кто у нас был!


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: