- А вам известно, что исчезни я, вы не добьетесь желаемого?

От моей сладкой улыбки принцесску передернуло, она тут же потерлась полуобнаженной грудью о плечо Люца:

- Дорогой, это правда?

- Да, - нежно покрасневший рогатик улыбнулся ей и совсем другим голосом сообщил мне, – к сожалению.

Ах, вот как! Ах, так! – я бросила игры с плащиком, нацепила капюшон, плотно запахнула его и вылетела из комнаты, хлопнув напоследок дверью. Недобрый прищур принцесски и удивление рогатого приписала своему воплю. Все же не все его знакомые позволяют вольности в отношении Темнейшества, а тем более обзывать его Светлость кретином рогатым.

Эхо с удовольствием разнесло мой нелицеприятный эпитет дальше по коридору. И я наугад пошла в ту сторону, где эхо повторилось большее количество раз.

***

Исходя из слов Темного Повелителя, Галя не только активировала все 100% работы защитного плаща, она еще и фон невидимости запустила. В итоге, прокричав что-то унизительное для Повелителя, растворилась в воздухе и хлопнула дверью. Помощник Нардо был призван к ответу и, не более чем через пять минут, он связался с демонессой, чей плащик так не вовремя скрыл жертвенницу.

В девичьей комнате голос черта гремел праведным гневом:

- Олимпия, это был последний раз, когда я следовал твоему совету и брал твои вещи для жертвенниц!

- Что случилось, братец? – девушка удивленно вскинула брови.

- Галя пропала.

- Когда и как? – с присущим ей спокойствием сестренка присела у бассейна, через который брат провел связь. И, не обращая внимания на его гневный взгляд, начала кормить золотых рыбок корочкой лепешки.

- Только что. Из-за твоего плаща. – В этот момент одна из проворных рыбок в погоне за большим кусочком пересекла тело черта, и, ухватив добычу, скрылась в области его рта.

Демонесса не сдержала улыбки:

- Это не повод для беспокойства.

- Темный Повелитель не чувствует ее присутствия в Королевском Дворце и ее никто не видит. – Отважная рыбка вынырнула в области одного глаза черта и, схватив кусочек, перепрыгнула на отражение другого.

- Ну, для начала она без кулона жертвенницы, чтобы ее можно было ощутить на расстоянии, - ухмыльнулась водная демонесса, - а если она в моем активированном плаще, увидеть ее так же не сможет никто.

- Как ее найти? – скрипнул зубами черт.

- А зачем искать? Чтобы все покушения принцессы Вайолетт свершились? Или чтобы она еще раз услышала пренебрежение Повелителя в свой адрес?

- Откуда ты знаешь?

- Так она же в моем плаще. – Улыбнулась демонесса.

- Олимпия!

- Ладно-ладно, - вздохнула она, - я не вижу ее, так же как и вы, но кое-что мне все-таки известно.

- Где ее искать?

- Дай мне слово. Что ее искать пойдет не Люциус, а ты. – Она смотрела куда-то в область лба Нардо, так, словно требовала слово не у него, а у кого-то другого. Нардо нахмурился, вспомнив любимую рыбку сестры. Стало понятно, что этот чешуйчатый индивид всплыл в области лба его водного отражения.

Черт колебался, прежде чем кивнуть и серьезно произнести:

- Я даю тебе свое слово.

- Она у воды, вокруг витает запах кухни. – Расплылась в улыбке демонесса.

- А конкретнее? – нахмурился Нардо.

- Нет. Конкретнее не скажу. Иначе эта задача станет слишком простой для тебя. – Хохотнула она и всколыхнула воды в бассейне. Связь с ответственным старшим братом оборвалась. И она, не скрывая улыбки, добавила:

- Не скажу, так как Галя давно за пределами дворца. Пусть ищут и мучаются, мне на руку их разлад. Да, Филлио? - обратилась демонесса к рыбке. – Ведь мы оба знаем, встреть Люциус рассвет с порочной невестой - и традиция будет не соблюдена!

***

Если при Люце дворцовая прислуга с каменными лицами на меня налетала, а потом, не изменяя выражения лица, летела дальше, то при самостоятельном пересечении дворцовой территории они, налетев, вдруг ошарашено отскакивали и озирались – актеры чертовы, ироды! Все поголовно! И повара, и горничные, и садовники, и стража на воротах – все! Все не здороваются, на вопросы не отвечают, не пытаются обойти, наткнувшись, не извиняются, зато бледнеют. Мало того, что бледнеют, начинают креститься и молитвы несвязные шептать. Я им что, дьякол какой-то?!

Хотя, с кем поведешься… Да чтоб их перекосило, а стражу больше всего! Это же надо, вышла через калитку в великолепных кованых воротах, как цивилизованный человек ее закрыла, оборачиваюсь, а четверо мужиков в доспехах, лица у них белее белого, руки дрожат, а следом за руками и секиры на меня направленные.

Я честно пыталась их вразумить, помахала руками, поздоровалась, представилась, молчат, трясутся, но продолжают стоять.

- Командир, а вдруг оно ушло? - поинтересовался четвертый у третьего.

- Не ушло, у меня браслет светится.

Гляжу на браслет, и вижу - реально светится. Так я спросила, в надежде ответ услышать:

- Это что, на меня светится, да? – ответом меня не удостоили.

- А чего ждет? – подал голос второй.

- А ты у него спроси? – последовал ответ командира и парни дружно оскалились.

- Да, уж. Вы сами догадаетесь, секиры убрать или подсказать? – стоят.

В общем, как я поняла - они готовы вечно стоять, пока свечение на браслете не исчезнет. Ну, так пусть и стоят – решила я и пролезла под секирами, а дальше скользнула меж истуканами в доспехах и, как ни в чем не бывало, пошла своей дорогой.

Слышу сзади:

- А может, секиры уберем? Оно и пройдет.

- Можно, - разрешил командир. – Свечение исчезло, сгинул, козлина!

Судя по всему, речь о дьяколе. Не согласиться с охранником было невозможно, но такая наглость наталкивает на кое-какие размышления: а почему стража королевская самого Темного Повелителя не боится? Так уверены, что из-за принцесски все сойдет с рук? Зря, ой зря. Люц только сейчас дурак дураком, потом прозреет.

И поняла я, что больше на рогатого не сержусь. Пусть себе еще немножко повитает в облаках. Я найду способ и все ему докажу или покажу, а может, к тому времени и сама принцесска расколется, не пытать же ее в ее-то положении.

Но какая мысль! Какая мысль прекрасная!

Пусть себе рассвет встречает с единственной и неповторимой, с самого начала не хотела быть третьей лишней. А теперь ко дворцу Его Темнейшества придется самостоятельно идти, не возвращаться же к Люцу за его перебросом. Удавлюсь, но не пойду. Благо, в предрассветных сумерках дворец виден хорошо, несмотря на зияющую дыру и значительную удаленность – 10 км где-то. По тихой дороге, да по людным улицам и светлым просекам доберусь часа через два, может три, если задержусь в магазинчике или у фонтана в парке.

Но зря я надеялась на достопримечательности посмотреть и у фонтана посидеть. В этой Дарлогии все, не как у людей. Иду по улицам деревеньки под стенами королевского дворца точно так же, как шла по его коридорам - как призрак-невидимка.

На рассвете в деревеньке народу мало, места на улице много, но все равно никто меня не видит и все на меня наступают, толкают, не здороваются, не извиняются и продать ничего не хотят! Даже уличные задиры не пристают и воришки не подкрадываются. Раньше бы обрадовалась, а сейчас меня эта незаметность злит, и сижу я в парке, где вкусно пахнет выпечкой, смотрю на воду в фонтане и понимаю, что пока ко дворцу Люциуса не доберусь, ситуация не изменится. А там меня хоть бы покормят.

Как назло, начал накрапывать гаденький дождь, поднялся холодный ветер, и красное марево восхода скрылось в предрассветной дымке, в парке стало темно. Мне холодно не было, я же в плащике, но, несмотря на комфорт, очень захотелось назад, к Льелику и мохнутику бесу, где меня выслушают и обязательно покормят.

- Господи, - взмолилась я, ни на что не надеясь, - сделай так, чтобы я во дворец Люциуса быстро добралась.

Небо грянуло громом, и дождь усилился.

- Абонент вне зоны доступа, ждите. – Процитировала я и поднялась со скамеечки.

Через две минуты я оказалась за пределами парка, а еще через пять вышла из деревеньки. Дождь продолжал лить, собаки отчего-то провожали лаем в спину, а настроение,… а настроение было очень даже неплохим.

И тут сзади послышалось, как ко мне приближается карета. Видимо, в этом мире тоже есть Бог, который нет-нет, да услышит. И сегодня услышанной оказалась я. У кареты на козлах места свободного нет, зато сзади пустая полка, на которую можно сесть. И самое замечательное, из кареты громким голосом кучеру был подан приказ: гнать лошадей в сторону дыры, что стоит на горе.