— Как прикажете.

На удивление, мне пришёл ответ. Голос Чешуйчатого был слегка сероват, и без эмоционален, но думаю это пройдёт со временем. Он ведь всё ещё молод. Между тем, Чешуйчатый исполнил мой приказ, и моментально развязал узел на шеи лучницы. Его хвост встрепенулся, и немного уменьшился в длине. Значит он и такое может? Лучница почувствовав возможно дышать, попыталась сделать большой глоток воздуха, но вместо этого занялась тяжёлым кашлем. Она лежала на земле пытаясь выровнять дыхание, кажется её даже вырвало. Воин, увидев произошедшее, тут же расслабился, и закрыл глаза. Мы стояли в тишине целую минуту, прерываемые покашливанием девушки. Когда она наконец пришла в себя, и огляделась, тут же поняла в какой ситуации находиться, и не предприняла никаких агрессивных действий. Впрочем, вставать он тоже не рискнула, опасно поглядывая на Чешуйчатого, который прижавшись к земле, нарезал круги вокруг девушки, готовый в любую секунду вцепиться её в горло, своими челюстями.

— С тобой всё в порядке, Авлен?

Наконец задал вопрос воин, по имени Ивлис. По крайней мере я думаю, что его зовут именно так.

Девушка взглянула на воина, и кратко кивнула. Получив ответ, воин, наконец облегчённо вздохнув, попытался взглянуть на меня через плечо.

— Ну так, что будем делать?

Его вопрос казался очевидным, однако так далеко я не думал. Если честно, я вообще не ожидал что мой план сработает, к тому же по большому счёту он сработал благодаря помощи Чешуйчатого, который самостоятельно вмешался в битву, выбрав идеальное время для нападения на лучницу. А так, я бы наверняка уже исткал кровью и мозгами из пробитого черепа. Что сказать, спасибо тебе Чешуйчатый.

— Эм.

Воин вновь поёрзал, видимо перспектива стоять с кинжалом у горла ближайшие пол часа, его не устраивала. Да и мне пора было что-нибудь предпринять.

— Что тебе от нас нужно!

Вдруг не сдержалась девушка в рясе, похоже она отчаянно боролась с желанием подбежать и помочь другу. Что мне нужно? Да, впрочем, много чего, оружие в первую очередь. Потом более добротные доспехи, быть может что-то из одежды. Однако это не так уж и важно. Ладно, разберемся походу, где наша не пропадала?

— Этот лес не ваш. Зачем вы пришли сюда?

Я попробовал сделать как можно более серьёзное лицо, но голос едва не сорвался. Да уж, ведь это первый раз, когда я использую Людскую речь и Имперский Язык. Надеюсь никто этого не заметил. Я огляделся, и понял, что все находящиеся на поляне впали в ступор, с удивлением смотря в мою сторону? Что случилось?

— Ты? Ты умеешь говорить?!

Ивлис вновь извернулся, чтобы взглянуть на меня. Мне надоела эта игра, так что я отпустил его руку, оттолкнув от себя на пару шагов. Воин покачнулся и вновь взглянул меня с непониманием.

— Что люди забыли в «нашем» лесу?

Я специально надавил на славе нашем, что бы наконец хоть кто-то ответил мне.

— При всём уважении, гоблин, этот лес принадлежит Империи.

Воин развёл руками, как бы намекая на окружающие его земли.

— А теперь ты ответь мне, что тебе нужно?

Ожидая ответа, Ивлис напрягся, и сместился на шаг в сторону, наверняка рассчитывая подобраться ближе к своему мечу.

— Что ты готов отдать в обмен, на жизнь девушки и парня?

— Меч и жизнь.

Моментально ответил воин, даже не моргнув. Похоже он и правда готов расстаться с жизнью ради своих товарищей? Или же это просто блеф?

— На что мне твоя жизнь, человек? Жизнь в этом лесу ничего не стоит!

— Тогда что тебе нужно? Серебро и золото? Прости, но у нас их не много. Мисс Стэлла, прошу будьте так добры, передайте нашему другу мешочек что храниться в вашей сумке?

Воин улыбнулся невысокой девушке по имени Стэлла, и кивнул в знак согласия. Девушка тут же начала рыться в своей заплечной сумке, и выудив нужную вещь, не придумав ничего лучше, с размаху кинула кошелек в нашу сторону. Конечно же тот не долетел, плюхнувшись в пяти метрах от нас. Воин прошёлся лёгкой походкой, и благодарно поклонившись Мисс Стэлле, вновь развернулся ко мне. Я же, тем временем подметил, что он стал ещё ближе к своему мечу, и не спешит отходить от него.

— Так что, господин Гоблин? Здесь четыре Золотых, и около пятнадцати Серебряных. Этого достаточно?

— Я не просил ни серебра, ни золота, однако если ты столь щедр, что готов его мне подарить, я, пожалуй, не откажусь. Однако, Ивлис, скажи мне, неужто ты и правда держишь меня за маленького, тупого гоблина?

Я дал мысленную команду, и Чешуйчатый зашипев, подобрался почти в плотную к девушке, роняя на землю капли яда. Девушка тут же вскричала, и попытался отпрянуть от него, но Чешуйчатый тут же прыгнул на перерез, не давая девушке сдвинутся с места. Он был гораздо быстрее её.

— Хорошо, хорошо! Я всё понял, прости! Только не трогай Авлен.

Да уж, Чешуйчатый и правда умеет изображать из себя монстра, когда надо. Хм, надеюсь, что он и правда всего лишь играет, ведь так? Так ведь?!

— Скажи, что ты хочешь, и я отдам тебе это, хорошо?

Я помедлил с ответом. Внимательно оглядев всю поляну, я постарался решить, что же конкретно мне нужно.

— Слушай внимательно, человек. В моих руках сейчас жизни всех твоих друзей, включая твою. Ты хочешь выкупить их, что же, я совсем не против. Однако я считаю, что будет справедливым, что каждый, кто хочет спасти свою жизнь, должен заплатить чем-то, разве не так?

Я позволил переварить сказанное мной, так что воин, оглянувшись на других, ответил.

— Пожалуй это так, гоблин.

— Раз так, то позволь мне назвать цену каждой жизни. Монахиня заплатила серебром и золотом, это уже не изменить. Краснокожий парень, что же, он чуть не убил меня своими кинжалами, пожалуй, я бы не отказался забрать парочку.

— Харт!

Ивлис требовательно протянул руку, так что у парнишки не оставалось выбора. Сделав несколько движений, парень отстегнул небольшой пояс, что обтягивал его поясницу. Свернув его, он сделал несколько шагов в нашу сторону и подкинул получившийся сверток прямо к моим ногам. Я развернул его ногой, и понял, что этот пояс чем-то похож на тот что сейчас на мне, правда тут было на много меньше карманов. Всего пять, и два из них пустовали. Жаль. Значит всего у меня шесть кинжалов.

— Хорошо, двое готовы.

— Что дальше?

В нетерпении спросил Ивлис, он то и дело обеспокоенно поглядывал на лежащую в неподвижности Авлен.

— Теперь девушка, конечно она чуть не убила меня из лука, но у меня есть свой лук, так что мне он ни к чему, но раз уж мне стоит выбрать хоть что-то, то, пожалуй, остановлюсь на наручах.

Ивлис фыркнул, и вопросительно взглянул на Авлен. Та, недолго думая, сорвала с себя стальные, блестящие наручи, и со злостью и отвращением во взгляде, бросила наручи в мою сторону.

— Сделано.

Кивнул Ивлис, когда подбросил наручи к моим ногам.

— Остался только ты, человек.

— Выбирай что хочешь, я сдержу своё слово. Надеюсь ты поступишь так же.

Я оглядел его с ног до головы, и наконец решил. Щит, это хорошо, но что я буду делать с ним в лесу? Нагрудник для меня будет слишком велик, так же, как и наколенники и поножи.

— Ты предложил мне свою жизнь и меч. Я выбираю меч.

Ивлис глубоко вздохнул, и закрыл глаза. Он постоял так пару секунд, потом наконец выдохнул, и шагнул в сторону воткнувшегося в землю меча. Я постарался сохранять спокойствие, однако, как только Ивлис резким движением вынул клинок из земли, Чешуйчатый тут же напрягся, его хвост то и дело хлыстал о землю, рядом с лицом Авлен. Он постоял пару секунд с мечом в руках, разглядывая солнечные блики, провел ладонью по гладкой части клинка, и наконец вздохнув, повернулся ко мне. На мгновение я решил, что он сейчас наброситься на меня, однако воин лёгким, выученным движением, с лёгким звоном, вогнал клинок в ножны. Развязав привязь на поясе, он протянул мне свой меч, держа его двумя руками.

— Служи с честью, как служил мне.

Я принял меч в свои руки, и тут же с приятным звоном, вынул его обратно. Рукоять с кожаной прокладкой была очень удобной, немного длинноват для меня, но это дело привычки. Полюбовавшись им, на солнце, я разглядел, что у подножья клинка есть какая-та гравировка. Не знакомые символы, сами собой сложились в голове в два простых слова. «Зная, вершим» Перевернув клинок другой стороной, я увидел ещё несколько символов. «Равновесие в Безграничности!» Заметив, что я внимательно изучаю надписи на клинке, Ивлис улыбнулся.