Его хвост скользнул по площадке к ее руке, затронул костяшки ее пальцев и обвился вокруг ее запястья. Его мех покалывал кожу, когда он усилил свою хватку. Мойра вспомнила, как Рут говорила ей о том, что их хвосты были как-то связаны с сексом. Что здесь происходит? Он был болен или возбужден? Ему явно было плохо, но он поцеловал ее. Кроме того, его хвост касался ее и раньше, хотя и не так намеренно.

В любом случае, она вряд ли будет с ним спать, пока он в таком состоянии. Похоже, он даже не мог стоять на ногах. Он поднял голову, чтобы снова ее поцеловать, и она снова позволила ему это. Поцелуй был недолгим, Тройи, по-видимому, нуждался в утешении, но она сомневалась, отдавал ли он отчёт своим действиям. Крану же наоборот был решителен в своих намерениях, его интенсивный взгляд затмевал все вокруг, его глаза сверлили ее, когда он пытался ей что-то сообщить. Взгляд Тройи был мягче, спокойнее, он не требовал от неё принятия решения.

Его хвост потянул ее за запястье и просунул её руку между их телами. Она сообразила, куда он хочет ее направить, и выдернула руку из его хватки.

— Нет, — машинально ответила она, и Тройи заметно сник. Он опустился и лег на живот, положил голову ей на колени, обнял ее своими большими руками за бедра и закрыл глаза. Мойре было немного неловко, что к ней прижимались вот так, и его лицо было в такой близости от ее промежности, но, казалось, он просто устроился вздремнуть, выражение его лица все еще было напряженным, как будто он страдал от боли. Его рука скользнула ей под футболку и прижалась к ее спине, она напряглась, но больше ничего не произошло, и через секунду он заснул, если конечно не притворялся.

Мойра вздохнула, глядя на него сверху вниз. Она удивлялась, почему он так сильно ее любил, почему они оба так ее любили. Она никогда не давала им повода. Она ничем особым не выделялась. Она даже не могла подняться и спуститься туда, где они спали, без посторонней помощи. Она должна была казаться им обузой, они не могли находить ее привлекательной, ведь она даже не принадлежала к их виду. Она никогда не спрашивала себя, почему они помогли ей. Поначалу она была слишком напугана, а потом просто списала это на странное поведение инопланетян, выходящее за рамки ее понимания. Но сейчас, когда его голова лежала у нее на коленях, сделать это было трудно.

Она рассеянно погладила его по волосам, убрав их с его лица. Она не хотела признавать, что была рада снова увидеть его после своего ухода. Она не хотела, чтобы это стало нормой, но решение было принято, и ей лучше смириться с этим. Она не могла отрицать, что ее беспокоила его болезнь. Она не хотела, чтобы он умер. Она хотела, чтобы он стал таким, как прежде, сильным и здоровым, и присматривал за ней.

Она подумала о Крану. Мойра не хотела, чтобы его привязывали к дереву. Как могло все так нелепо сложиться? Почему он так упорно её пугал? Что бы он сделал, если бы она позволила ему дотянуться до себя? Она не верила, что он причинит ей боль, но он напугал ее перед тем, как она ушла, и после. Он наверняка хотел от нее большего, но она не знала, что это значит для него или для них троих. Они были вместе, как сплоченная команда. Мойра не знала, что будет, останься она лишь с одним из них. Она не могла себе этого представить.

Несомненно, отношения с Крану будут напряженными. Страстными. Всепоглощающими. Она трепетала при мысли о том, каково это — отдаться большому необузданному зверю. Это казалось извращенным и запретным, но это было правдой. Он будет диким в постели. Но будет ли что-то еще? А как насчет повседневных вещей? Будут ли они заниматься домашними делами и просто наслаждаться обществом друг друга? Заботиться друг о друге? Как она сейчас заботилась о Тройи. Крану был не из тех, кто заботился о ком-то, и хотя у неё не было серьёзных отношений, она не могла быть с парнем, который приходил домой только для того, чтобы перепихнуться и где-то шляться, когда ей нужно было опереться на мужское плечо.

Это казалось чересчур снисходительным, но Тройи был хорошим парнем для такого рода вещей, правда, и Крану она не могла отказать. Они оба так долго были с ней, что стали дополнять друг друга. Она снова вздохнула. На что будет похожа ее жизнь здесь? Она знала, какую жизнь представляла себе Рут. Мойра знала лишь то, какой жизни она не хотела, так что оставалось только понять, чего она хочет.