ГЛАВА 17.1

Пробуждение было малоприятным. Кроме прохлады утреннего ветра, пробивающегося в открытое окно, ничего не радовало. Эфирный запах, казалось, до сих пор витал перед носом, а в висках нещадно стучало от боли.

Слава Всевышнему, я отчётливо помнила последние события и потому не стала делать резких движений. До меня доносился звук льющейся воды и приближающиеся шаги. Кто-то оказался со мной в одном помещении, и остановился недалёко от меня. Я старалась унять бешеное сердцебиение и не нарушить ровное дыхание. Совсем рядом послышался скрип, словно открыли деревянную дверь, после чего последовало секундное затишье, затем снова скрип и отдаляющиеся шаги.

Рискуя, я приоткрыла один глаз, затем другой. Бегло осмотрелась, не меняю положения головы. Лежала я на постели в небольшой светлой спальне. Справа от меня, в открытое окно дул ветер, играя с невесомой белоснежной занавеской, слева стоял шкаф, откуда ранее доносился скрип, изголовье кровати стояло у стены, а подножие выходило к открытому проему в прихожую. Напротив дверного проёма, была другая комната, где дверь осталась наполовину приоткрытой. А судя по звуку переодически стучащего станка, доносившемся оттуда, я предположила, что мужчина брился.

Я не знала кто там, но понимала, что сейчас у меня есть возможность сбежать. Я пошевелилась и тут же замерла, когда услышала трель чужого телефона.

Мужчина чертыхнулся, звук прервался, после чего снова послышались шаги. Я успела закрыть глаза прежде, чем мужчина вошёл, сделал два шага, вернулся, отвечая на вызов, продолжил стучать станком.

– Обычно я тебе звоню, а не ты мне, – произнёс он и я узнала этот голос.

Дан! Не может быть. В памяти всплыла недавняя картинка из воспоминания, ведь последнее, что я видела это его глаза. Без сомнения моим похитителем был Романов. Но, зачем? И как он меня нашёл?

– А я б и не набрал, не будь это проблемой, – с лёгким акцентов отозвался собеседник.

– Сомневаюсь, что смогу тебе помочь. Я в этой сфере не кручусь, мужик, – веселился Дан.

– Вряд ли тебе будет смешно после моих слов. Жасмин залетела.

– Это должно меня волновать? – равнодушно спросил Даниил.

– Девчонка была только с тобой. Это твой ребёнок, парень, – в голосе незнакомца слышалось раздражение.

– Так он мне не нужен. И она тоже. Жалкое подобие идеала. Избавься от её ношы.

– Я понимаю, тебе плевать, но…

– Черт возьми, Марат, я за что тебе платил такие бабки? Явно не для того, чтобы шлюха понесла! Избавься от них, иначе останешься без своего притона, мужик! – Дан разозлился не на шутку.

Из ванной комнатки донёсся звук разбиваемого стекла, который поторопил меня к дальнейшим действиям. Нельзя больше ждать. Я подскочила на кровати и двинулась к балкону, напротив, которого росло большое дерево. А с учётом того, что я находилась на втором этаже, выходит не так уж и высоко.

Я быстро перелезаю через перелила, поздно замечаю, что босиком, но уже не до этого. В ушах бьет пульс, по венам бежит адреналин, я глубоко дышу и готовлюсь к прыжку. Тут же прыгаю, когда слышу за спиной крик Дана.

– ДУРА!

В полёте хватаюсь за ветку, которая оказалась слишком хрупкой. Она с хрустом ломается и я падаю на другую, крепкую и толстую. Не замечая боли и царапин, карабкаюсь на ветку ниже и, в спешке, спрыгиваю с дерева. От напряжения в ногах, не могла двинуться с места, прошло несколько секунд, прежде, чем я переступила ногами. Как раз в тот момент, когда открылась калитка и на меня побежал озверевший Романов.

Со всех сил бросаюсь прочь и даже успеваю немного пробежать по зеленой траве, и может смогла бы сбежать, если газон не поливали и я не поскользнулась, больно растянувшись на мокрой траве.

– Ты чем, спрашивается, думала, когда прыгала со второго этажа?! – орал на меня мужчина, оказавшись рядом, – Шею свернуть хотела? Или ноги переломать?

Ничего не ответила. Кроме болезненного стона ни звука не издала. Я взялась за ноющую ногу и закрыла глаза. Передо взглядом заплясали чёрные круги, а голова пошла кругом. Я почувствовала как Дан, с тяжёлым вздохом подошёл совсем близко и легко поднял меня на руки.

Это был твой единственный шанс на свободу, Лейла, и ты его с треском провалила. Мало того, ещё и ногу повредила. Побегать в ближайшее время уже не удастся.

Меня занесли в дом, предварительно закрыв двери, понесли на второй этаж и положили на кровать, в которой я недавно очнулась. Дан оставил меня и вышел. Я думала он отошёл в соседнюю комнату, но оказалось, что парень выходил из дома и уже через пять минут вернулся в компании с пожилым мужчиной. В полной тишине дедушка осматривал мою ногу.

– Ayudame por favor (пер. с исп. помогите мне, пожалуйста) – я решила воспользоваться случаем и попросить помощи.

Дед не ответил, даже голову не поднял на мои слова, тогда я попросила снова, напряжённо ожидая реакции, которой вновь не последовало.

– Прекращай, Лейла. Он глухой, неужели не ясно? – Усмехнулся Дан.

А я не могла поверить в происходящее. Последней надеждой на спасение оказался глухой врач, который по всей видимости жил по соседству, и, к сожалению, никак не догадывался, что меня здесь держат против воли.

Ну, почему?

Доктор встал, вынул из кармана блокнот с ручкой, быстро исписав листок, покинул дом.

Дан сфотографировал на телефон заключение врача, потом стал быстро печать в устройстве, а когда закончил, убрал аппарат в карман брюк и приблизился ко мне. Он присел на кровать рядом со мной и серьёзно спросил:

– Зачем ты хотела сбежать?

– Ты серьёзно?

Я с недоверием уставилась на него, но мужчина молчал. Тогда я продолжила.

– Ты меня похитил и теперь спрашиваешь почему хотела сбежать? Дан, ты серьёзно? – снова задала я вопрос, но уже с раздражением.

– Я тебя спас! – воскликнул он, сжимая кулаки.

– Что? От кого?

Я не могла поверить в сказаное.

– От мужа твоей подруги. Признаться, поначалу я был в диком бешенстве. После нашего последнего разговора я решил переждать выходные и поговорить с тобой, как раз когда ты остынешь. И представь мое удивление, когда я узнал, что ты, черт возьми, сдала все экзамены, забрала документы и свалила из университета. Ты ни о чем мне не рассказала, – с укором произнёс он, щуря глаза, в которых отражался холод.

– Тогда я явился к тебе домой, правда на порог меня так и не пустили. Мы мило пообщались с твоим отцом, а твоя тётка вызвала копов. Я сидел в обезьяннике, Лейла, как какой-то чертов, отброс! – мужчина снова перешёл на крик, и видя страх в мои глазах замолчал.

Он напоминал опасного хищника: тяжело дышал, крылья его острого носа затрепетали, а желваки на скулах заходили, словно он готовился к прыжку.

– Прошло время, прежде, чем я понял, почему ты так поступила с нами, – уже спокойней продолжил он, – ребёнок. Тебе нужно было рассказать мне обо всем. Ты могла избежать этого брака, Лейла, рассказав обо всем мне.

– Что было, то прошло. Теперь они моя семья. Мне нужно вернуться. Ты ведь понимаешь, что не сможешь меня держать вечно? – я пыталась достучаться до его разума, но выходило плохо. Мужчина снова злился.

Его внимание отвлекло входящее сообщение. Мужчина вышел из комнаты, оставив меня одной, но вскоре вернулся, с небольшим пакетом в руках. Там оказались мазь и эластичный бинт. В полном молчании, Романов растер лекарство на коже и перевязал ноющую стопу.

– Скоро пройдёт. Главное, что ничего серьёзного не произошло.

Дан замолчал, изучая мое лицо.

– Если тебе захочется в душ, я могу помочь, – неожиданно предложил он.

– Не хочется. Но было бы неплохо, если ты показал, где я могу справить нужду.

Я отказалась от помощи заботливого мужчины и сама доковыляла до ванной комнаты. Справила нужду, умылась, собрала в пучок спутавшиеся волосы и, посмотрев на своё отражение в зеркале, стала размышлять.

Говорить с Даном смысла не видела. Он уже не тот длинноволосый красавец с лёгкой щетиной, которая привлекала к себе внимание. Новый Дан с короткой стрижкой и гладко выбритым лицом, носил холодную, отталкивающую маску сумасшедшего, кем он, кажется, и являлся.

От размышлений меня прервал отборный мат за дверью и громкие удары по ту сторону двери. От неожиданности я вздрогнула и сильнее прижалась к раковине. Трёх ударов мужчине хватило, чтобы выбить дверь с петель.