Ваня смотрел на меня немного удивлено.

- Не плачь. Поняла меня? Не плачь.

- Не буду, если ты скажешь мне, что собрался делать с документами?

- Как что? Развод оформлять. Ты же не хочешь стать моей женой.

Теперь пришла моя очередь удивляться.

Что за детский сад?

Но Ваня уже не мог остановиться.

- Да еще и уйти от меня хочешь. Ведь так?

- Теперь не хочу… - прошептала я, всхлипну. Ваня провел пальцем у меня под носом подтирая мои сопли. Я боялась, что если по документам мы не будем женаты, то он точно заберет ребенка. Плевать, что он женил нас. Я привыкну. Ради ребенка. Стану ему идеальной женой. Ведь чувства к нему все равно есть. – Пожалуйста, прошу тебя. Не надо!

Слезы вновь покатились по щекам. Мне было страшно. Очень страшно. Но я не боялась Ваню. Я боялась, что мои слова могли все испортить.

- Я сказал, не плачь.

Провел ладонями по моими мокрым щекам.

- Все. Успокаивайся.

Он достал мои документы и положил их на комод.

- Видишь? Я оставляю их здесь.

Облегчение затопило меня. Мне почему-то было важно, чтобы ненавистный десять минут назад брак стал моим спасательным кругом. Я была уверена, что это защитит меня от разлуки с малышом.

- Ты… Спасибо. Я все сделаю…

Ваня поморщился и перебил меня.

- Не надо.

- Не уходи.

Вновь вцепилась в него. Я не могла позволить ему уйти.

- Останься.

Прошептала я, прикоснувшись к его груди.

Прода от 1.04

И он остался. Каждый вечер мы теперь проводили вместе, как одна большая дружная семья. Но все было по-другому. Неискренне. Не по-настоящему. Я старалась улыбаться Ване, угождать ему во всем. В еде, сексе, в поведении. Не спорила с ним, слушалась и боялась. Боялась сделать что-то не так. Хотя Костылев ни разу не сказал мне, что что-то не так. Я видела, что у него какие-то проблемы, но он больше не срывался на мне.

Но мне было все равно страшно.

Я не хотела терять своего ребенка.

***

Он жалел о сказанных словах. Просто иногда Полина умела раздражать. И злить. Как только первый раз заговорил с ней, то понял, что проблем с ней будет немерено. Но все равно не отказался от нее. Девушка была беременна, носила под сердцем его ребенка. Значит, и сама принадлежала ему. Хотела она этого или нет. Она сделала свой выбор, когда сохранила малыша. За что, он был ей благодарен. Ваня понимал, что мир, в котором он живет, не создан для семьи. В нем нет радости, смеха и тепла. Но именно дети и делают нашу жизнь ярче. Наверное, именно Вика помогла пережить смерть Юли. Дети – вот наш якорь, который не позволяет утонуть в море и океане проблем.

Теперь в его жизни появилась девочка Полина… Маленькая, но очень сильная. За это время, что они вместе, она столько пережила… Измену от парня, внезапная и трудная беременность, нашествие Костылева, назовем это так, похищение. Но самое страшное – это потеря родителей. Его девочка сильно страдала, и он невольно причинял ей еще большую боль. Хотел ли он забрать у нее ребенка. Нет. Ни в коем случае.

Просто он сам был зол и напуган. Он только-только вырвал их, Полину и Вику, из рук своего врага, а тут его любимая женщина делает заявление, что хочет от него уйти… Да, любимая. Он не помнил момент, когда осознал, что любит ее. Ване казалось, что это чувство всегда было в нем.

Поля, его маленькая, нежная девочка захотела уйти от него. Уйти и забрать с собой то, что вообще изначально связало их. Нет, Ваня не тот тюфяк, который не будет бороться за свою семью. Она его. Пусть не по гражданскому закону, а по закону его мира. Его и точка. Костылев же видел, что она тоже любит его. И в ней говорил лишь страх. Он понимал ее. Но, сука, злость вынудила его сказать те слова.

За беременность Полина хорошо потрепала ему нервы. И ему сложно было сдерживать себя. Ведь по своей натуре он был очень вспыльчивым. Очень. И только ради нее сдерживал себя.

А ее заявление стало последней каплей.

Да и еще женитьба эта…

Он просто хотел доказать ей, что она его. Не получилось. Хотел, как лучше, а получилось, как обычно…

Иван знал, что Полина это не оценит, будет злиться. И, наверное, он поступил по-детски, назло ей… Ведь не нужно было ей кричать ему в лицо о том, что они по сути никто друг другу.

Разозлила. Но он не винил ее. Сам виноват. И надо как-то это исправлять.

Но девочка боялась его. Старалась угодить ему. И это злило его еще больше, чем ее непокорность. Он хотел от нее искренности, любви ее хотел.

И не получал.

Он ласкал ее, целовал, шептал красивые слова, а она улыбалась, но улыбка сквозила лживостью. И это отравляло их жизнь. Но он сам прекрасно понимал, что все испортил собственными же руками и языком. Теперь не знал, как это исправить.

И это была только его вина.

***

До моих родов осталось чуть больше двух месяцев. Просто не верится. Время, словно песок, сквозило сквозь пальцы. Срок мне поставили на конец октября-начало ноября. Последние месяцы мне уже было полегче. Токсикоз уже не мучал, только было тяжело носить малыша. Он был слишком крупным, но пол ребенка мы так и не узнали.

Мы ехали с очередной консультации. Вика утомилась и мирно посапывала на заднем сидении. Но мне не нравилось, как она согнулась в детском кресле, которое не позволяло нормально лечь. Вздохнула и покачала головой. Я сама очень устала. Из-за летнего зноя у меня иногда кружилась голова, но Ваня не разрешил мне включить кондиционер на полную мощность, потому что боялся, что меня может продуть.

Я покосилась на своего мужа. Да, именно так. Я привыкла к своему новому статусу и фамилии. Костылева Полина. Теперь мне даже стало нравится, как мое имя звучит. И наши отношения немного стабилизировались, я постепенно вновь привыкала к Ване, но в глубине души до сих пор остался страх. Хотя все эти месяцы мы жили хорошо… Мне так казалось.

Ваня заметил мой взгляд.

- Все хорошо?

Кивнула и провела ладонью по огромному животу.

- Жарко-о-о, - протянула я и стала обмахивать себя руками.

Ваня протянул руку и коснулся моей руки, чуть сжимая мои пальчики.

- Потерпи, скоро приедем. А так все нормально?

Опять кивнула.

- Завтра мы поедем к Андрею. Познакомишься с его девушкой.

Я с удивлением посмотрела на мужа.

- С девушкой? Я думала, что он не настроен на серьезные отношения…

Ваня хмыкнул и побарабанил пальцами по кожаному рулю.

- У него с Васей не все так просто… Завтра все узнаешь.

Всем спасибо за поддержку)) Хочу еще порекомендовать вам двух авторов: Машу Драч и Мистера Воробья :) Почитайте, может, найдете для себя что-нибудь интересное :)

Прода от 2.04

Интрига.

Когда мы приехали, у меня тут же зазвонил мобильный. Звонила Настя, моя подруга. К сожалению, наше общение сводилось на минимум. Только обмен сообщениями и редкие звонки. Я не могла многое ей рассказать, не могла ей рассказать про похищение, про то, что происходило между мной и Ваней. Это было слишком личное… Да и я еще сама не до конца разобралась, кто же такой Костылев Иван. Боялась спрашивать, не хотелось нарываться на конфликт.

И вообще я очень скучала по своей непутевой Насте, которая до сих пор встречалась с Игорем. Насколько я знаю, у них сейчас тоже сложный период… Но подруга, как и я, не спешила делиться подробностями, а я не хотела лезть к ней в душу.

Я легла на диван и закинула опухшие ноги на подушку. Фух, устала. Прислонила трубку к уху и ответила.

- Привет, - я старалась, чтобы голос звучал радостно, но усталость брала свое.

- Привет… - повторила Настя, и мы обе замолчали.

Я слышала ее тяжелое дыхание и не решалась первой начать разговор.

- Мы… - тихий всхлип, - Мы можем встретиться?

Вот, черт.

- Что случилось?

Я очень переживала за подругу. И чувствовала себя виноватой, что так долго не общалась с ней. Погруженная в свои проблемы, я совсем про нее забыла. Стыдно.

И теперь она позвонила мне, вся в слезах. Я переживала и беспокоилась за нее.

- Мы можем встретиться? – тихо спросила она вновь, и я поняла, что она в отчаянии. С ней что-то случилось.

- Да, конечно! – твердо ответила я. – Завтра, вечером? Такой вариант тебя устроит? Сегодня я не очень хорошо себя чувствую…

Мы договорились, что встретимся завтра. И я совершенно забыла, что мы планировали идти к Андрею, чтобы познакомиться с его девушкой Василисой. Но я думаю, ничего страшного, если Ваня пойдет один или вообще перенесет встречу. Девушка же никуда не денется?