Мать. Это не одно и то же. Твои лежат в земле, и над ними растет трава и даже рожь., А моя лежит в воде. Можешь ты поцеловать, воду? Может ли кто-нибудь обнять ее, зарыдать над ней? Вот что сжигает мою кровь.

Дед. Ее искало все село. Лучшие пловцы ныряли в самые глубокие места.

Мать. Ее мало искали. Иначе бы нашли.

Дед. Это уже случалось раньше. У омута нет дна.

Тельба. Говорят, что там, в глубине, целый город со своей церковью и всем остальным, Иногда, в ночь святого Иоанна, из-под воды слышится звон колоколов.

Мать. Пусть там будет хоть дворец, не хочу, чтобы она была в реке, куда, проходя мимо, все кидают камни. В Писании сказано: «Чело­век — земля и должен снова стать землей». Только когда ее найдут, я обрету мир.

По лестнице спускается Мартин, молодой горец, крепкий и сильный, в одежде для верховой езды. Он снимает с гвоздя и надевает меховую куртку.

Мартин. Лошадь оседлана?

Дед. Квико оседлал ее, прежде чем идти на мельницу.

Тельба уносит приборы.

Мать. Ты обязательно должен ехать в горы этой ночью?

Мартин. Я сам хочу отобрать быков, они будут украшением праздника.

Дед. Если только это, справится и пастух.

Мартин. Он не любит их так, как я. Еще телятами они ели соль из моих рук. И сегодня, когда они уходят, хочу сам поставить на них клеймо моего дома.

Мать (с упреком). А ты не подумал о том, что в эту ночь я нуждаюсь в тебе больше, чем обычно? Ты забыл, какая сегодня ночь?

Мартин. Сегодня?.. (Смотрит на Деда и Тельбу, которая вернулась. Они опус­кают головы.) Да...

Мать. Знаю, тебе не хочется вспоминать. Но я не прошу, чтобы ты говорил. Мне было бы достаточно видеть тебя сидящим здесь - молча.

Мартин (холодно). Пастух ждет меня.

Мать. Так необходима эта поездка?

Мартин. Даже если и нет. Лучше посеять новое дерево, чем плакать по засохшему.

Мать. Понимаю. Анжелика была твоей невестой два года, а женой — три дня. Мало времени, чтобы полюбить.

Мартин. За тридцать лет я бы не полюбил ее больше, чем за те три дня.

Мать (идет на него, глядя в упор). Тогда почему же ты ее никогда не называешь по имени? Почему, когда все село - плача искало ее, ты, сжав кулаки, сидел дома? (Подходит ближе.) И почему ты не смотришь мне в глаза, когда я говорю о ней?

Мартин (не выдержав). Хватит! (Решительно уходит на скотный двор.)

Дед. Ты добьешься того, что Мартин возне­навидит этот дом. Нельзя превращать воспоми­нание в незаживающую рану.

Мать (горько). И ты?.. Уже никто, никто ее не любит... (Тяжело садится.)

Тельба садится рядом с ней, ставя между собой и Матерью корзину с горохом. Слышится лай собаки.

Тельба. Вы не поможете мне лущить горох? (Начинает лущить.) Когда я сижу так, руки работают, а мысль где-то витает.

Пауза. Обе лущат горох.

Мать. Куда летит твоя мысль, Тельба?

Тельба. Туда, где семь высоких деревьев. А ваша, хозяйка?

Мать. Моя всегда в одном месте, в воде. Снова слышится лай.

Тельба. Что-то собака лает.

Дед. Должно быть, кто-то чужой. Ведь сельских она узнает издали.

Вбегают дети, полные любопытства и страха.

Дорина. Там женщина, мама. Она, навер­ное, заблудилась.

Тельба. Она идет сюда или мимо?

Фалин. Сюда.

Андрес. У нее капюшон и палка в руке, как у странников.

Стучат в дверь. Тельба вопрошающе смотрит на Мать.

Мать. Открой. Ночью нельзя закрывать дверь перед путником. Тельба открывает засов, в дверях появляется Странница.

Странница. Сохрани бог этот дом, и счастья всем, кто в нем живет.

Тельба. Аминь! Ищете гостиницу? Она на другом берегу реки.

Странница. Но уже поздно, и лодка не ходит.

Мать. Пусть войдет. Странники имеют право на тепло, они приносят мир в дом, который их принимает.

Странница входит в дом. Тельба закрывает дверь.

Дед. Потеряли дорогу?

Странница. Силы нет, чтобы идти. Я изда­лека, а на улице холодно.

Дед. Садитесь у огня. И если вам что-нибудь нужно... Дороги рождают голод и жажду.

Странница. Мне ничего не нужно. Немно­го огня, и все. (Садится у огня.) Я была уве­рена, что найду его здесь.

Тельба. Это не так трудно угадать. Вы увидели дым из трубы?

Странница. Нет. Я увидела лица детей за окнами. Дома, где есть дети, всегда теплые.

Она откидывает капюшон, открывая красивое, бледное лицо со спокойной улыбкой.

Андрес (тихо). Какая красивая!..

Странница (Деду, который ее присталь­но разглядывает). Почему вы так на меня смот­рите? Кого-нибудь вспомнили?

Дед. Я бы поклялся, что мы видимся не впервые.

Странница. Возможно. Я прошла столько деревень и столько дорог!..

(Детям, которые созерцают ее с любопытством, уцепившись за юбку Тельбы.)

А вы? У вас станут расти глаза, если будете так на меня смотреть. Вы боитесь подойти?

Тельба. Простите их. Они не привыкли к незнакомым.

Странница. Вы меня боитесь?

Андрес (решительно подходит). Я — нет. Другие еще маленькие.

Фалин (выступает вперед). Мы никогда не видели странников.

Дорина. Я видела на гравюрах. Они носят вокруг головы эту круглую штуку, как святые.

Андрес (с превосходством). Святые — ста­рики, и у них бороды. А у нее волосы как колосья, а руки белые, как у важной сеньоры.

Странница. Я кажусь тебе красивой?

Андрес. Очень. Дедушка говорит, что кра­сивое всегда приходит издалека.

Странница (улыбается, гладит его по го­лове). Спасибо, малыш. Когда ты станешь муж­чиной, тебя будут слушать женщины.

(Огляды­вает все вокруг.) Внуки, дед и огонь в камине. Счастливый дом.

Дед. Был таким.

Странница. Его называют домом Мартина де Нарсеса?

Мать. Это мой зять. Вы его знаете?

Странница. Слышала о нем. Цвет рода, кипящая кровь и лучший наездник в округе.

Входит Мартин.

Мартин. Кобылы нет в загоне. Калитку оставили открытой, и теперь ее ржание слышно в горах.

Дед. Не может быть. Квико оседлал ее.

Мартин. Значит, он ослеп? Оседлана белоногая.

Мать. Жеребенок?.. (Решительно встает.)

Ну, нет! Ты не поскачешь на этом комке нервов.

Мартин. А почему нет? Когда-нибудь надо попробовать. Где шпоры?

Мать. Побойся бога, сынок. Дороги обледе­нели, это опасно.

Мартин. Ты всего боишься. Хочешь усадить меня в угол, как своих детей? Мне надоели эти вечные женские советы. (Энергично.) Где шпоры?

Тельба и Дед молчат. Тогда Странница спо­койно снимает шпоры с камина.

Странница… Эти?

Мартин (смотрит удивленно, понижает голос). Извините, я вас не видел.

(Вопроси­тельно смотрит на остальных.)

Дед. Она странница.

Странница. Мне предложили место у огня, и я хотела бы отблагодарить. (Опускается на колени.) Разрешите?.. (Надевает ему шпоры.)

Мартин. Спасибо…

Какой-то момент смотрят пристально друг на друга. Она все еще на коленях.


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: