Витязи

Выпуск 3

Понтиак, вождь оттавов. Искатели каучука. Лагерь в горах

Э. С. Эллис. Понтиак, вождь оттавов

Глава 1. НОЧЬ НА РЕКЕ

Пограничный пост Детруа в течение нескольких месяцев был в осаде. Его осаждал знаменитый Понтиак, вождь Оттавов. Заветной мечтой его было объединить все племена индейцев, старинных владетелей края, восстановить их против белых и начать беспощадную войну, которая должна была окончиться только с исчезновением с границ охотничьих владений краснокожих последнего белолицего. Капитан Хорст, командуя маленькой шхуной «Глэдуйн», поднялся вверх по реке Детруа, направляясь к осаждаемому посту.

Тот, кто читал и следил за историческими событиями в Америке, конечно, знает, что по окончании войны между Францией и Англией первая формальным договором отказалась от всех своих владений в Новом Свете. Предварительно, еще до начала войны, Франция устроила целую цепь военный постов на западе. Тайной мыслью ее было — основать великую империю в долине р.Миссисипи. Но захват Квебека, в 1759 г., явился слишком ясным предзнаменованием конца, и в следующем году знаменитый охотник майор Роберт Роджерс был послан, в сопровождении эскорта, принять от Франции все ее военные посты на западе. В ноябре сдался и пост Детруа, в присутствии сотни индейцев, которые решительно не могли понять, почему столь значительные силы французов послушно починились небольшой горсти английски солдат.

Но умный Понтиак, находившийся среди зрителей, составил себе особое мнение об этой странной сцене.

— Англичане победили французов, — сказал он себе, — и теперь обратятся к нам, чтобы сделать нас своими рабами, но этого никогда не будет!

Страшный вождь Оттавов начал втихомолку организовывать тонко обдуманный заговор.

Этот заговор представляет собой один из наиболее драматичных эпизодов истории.

Американские индейцы владеют собой в совершенстве. Они умеют затаить в себе желание и с удивительным терпением выжидать момента, благоприятного для действия. Шли недели, месяцы, прошло целых два года, пока наступил день, удобный для нанесения решительного удара.

Индейцы должны были атаковать ближайший военный пост. План вполне удался бы, если бы комендант Детруа, майор Глэдуин, не получил предостережения от одной девушки из племени Ожива и не принял всех мер предосторожности.

Тогда Понтиак сделал вид, что питает самые дружеские намерения к англичанам. Но когда этот маневр оказался бесполезным, он сбросил маску и начал уже правильную осаду форта Детруа. Племена, собравшиеся под его командой — были Оттавы, Ожива, Поттаватомы и Виандоты.

Форт Детруа был построен в форме правильного четырехугольника, обнесенного высоким частоколом. На каждом углу частокола возвышался деревянный бастион с торчащими в нем пушками, а над воротами помещались блокгаузы. Около 80 деревянных домиков, находившихся внутри форма, разделялись узкими переулками. Гарнизон состоял из ста тридцати человек; две вооруженные шхуны стояли под рукой, у берега.

Осада форта Детруа началась в мае и продолжалась около 3–х месяцев. В промежутках осады индейцы пытались поджечь деревянные строения поста, но безуспешно. Не удалось им также сжечь и уничтожить плоты и шхуны на реке. Тогда они отрезали путь вспомогательному отряду, пытавшемуся пробраться к форту Детруа со стороны озера, и произвели ужасающий разгром. Около 60 человек было убито и ранено, включая и майора Дальзель, начальника английского отряда.

Прошла неделя с этого рокового дня.

Капитан Хорст на своей маленькой шхуне, экипаж которой состоял из 10 человек, успел подняться вверх по реке для доставления из форта Ниагара в осажденный форт майору Глэдуин провизию и депеш. Форт Детруа, действительно, ощущал настоятельную необходимость в подкреплении и не мог держаться дольше без посторонней помощи.

Главнейшим желанием капитана было добраться до форта раньше наступления ночи. Сильный ветер гнал судно вперед. Лесистые берега реки служили отличными тайниками, где прятались сотни свирепых краснокожих воинов, внимательно следивших за судном. Несмотря на очевидную малочисленность экипажа, они боялись атаковать его, выжидая ночной темноты.

После полудня бриз начал дуть ужасающими порывами. Спустились сумерки. Ветер стих. Легкие паруса судна беспомощно повисли. Поверхность реки казалась гладким зеркалом и походила на мельничный пруд в этот тихий летний вечер.

Капитан Хорст был слишком опытен, много плавал во всех туземных водах и мог безошибочно по всем этим признакам предсказать погоду. Он знал, что ветра не будет вплоть до следующего утра, до восхода солнца.

— Бесполезно! Мы будем окружены ранее, чем достигнем форта!

— Вы правы, капитан! По обеим сторонам реки толпится масса дикарей, словно пчелы на медовых сотах! — подтвердил старый охотник, Джо Спайн.

— Я не видал ни одного!

— Я видел! — был спокойный ответ. — Они не показываются теперь потому, что это им неудобно, но я заметил не одного, ползавшего по берегу.

«Глэдуин» была меньшая из двух шхун, которые находились в форте во время осады и уцелели, несмотря на все старания Понтиака сжечь их. Она была послана в форт «Ниагара» с письмами и депешами и теперь возвращалась обратно, с 10 человеками экипажа, не считая капитана Хорста и штурмана Якова. Среди них находилось шестеро дружественных индейцев Ирокезов, которым было позволено ехать в качестве пассажиров. Когда брошен был якорь, Ирокезы попросили позволения высадиться на берег, ссылаясь на то, что они спешат добраться до цели своего назначения. Эта просьба, видимо, не понравилась капитану, а ветеран Джо Спайн, покачал головой.

— Это подозрительно! — произнес он.

— Вы полагаете, что они хотят присоединиться к Понтиаку?

— Не уверен, но полагаю, что это возможно. Я часто имел сношения с дикарями, и все они одинаковы. Эти, наверное, отправятся к Понтиаку и сообщат ему, насколько мы слабы и малочисленны!

— Разве сам он не знает этого?

— Нет. Откуда же? Он видел наших людей мимоходом, но не знает, все ли тут, с нами. Он может думать, что у нас имеется в виду еще значительный резерв, который мы приберегаем, чтобы почувствительнее пощекотать его, если он со своими воинами вздумает напасть на нас!

— Что же делать, Джо?

Шестеро Ирокезов, закутанных в шерстяные одеяла, угрюмо стояли на носу судна и смотрели прямо перед собой.

— Вам ничего не остается, как отпустить их!

Капитан при этом замечании не мог удержаться от удивления.

— Вы советуете мне сделать то, что я вовсе не должен делать!

— Все равно, вы тут ничем не поможете. Надо развязаться с этими краснокожими, потому что иначе они захотят отделаться от нас во время битвы. Так будет лучше для нас!

— Пожалуй, лучше отпустить их теперь. Если мы откажемся отпустить их, они скроются незаметно и в отместку присоединятся к неприятелю!

Джо кивнул головой.

— Верная мысль. Но мне страшно досадно, что они хотят оставить нас именно теперь. Я прислушивался к их разговору между собой, говорил с ними. Начальник их, Красное Перо, и с ним другие повторяли, что они наши друзья и в случае тревоги вернутся обратно и будут биться за нас. Что я ни говорил — напрасные слова!

— Что ж, дать им лодку или пустить вплавь?

— Не думаю, чтобы удобно было заставить их плыть, это оскорбит их. У них будет извинение, если они обратятся за помощью к Понтиаку?

— Да нужно ли им какое–нибудь извинение?

— Быть может, я ошибаюсь! — произнес Джо, после минутного размышления, бросая взгляд на угрюмые фигуры индейцев, неясно выделявшиеся в быстро сгустившемся мраке ночи. — Я могу ошибаться, но надеюсь, что эти индейцы со своим вождем хлопочут вовсе не о том, чтобы пойти к Понтиаку и сказать ему, что нас только 12 человек!

— Откуда у вас взялась эта надежда?

— Вы знаете, что эти Ирокезы всегда стояли за нас, а так как это племя довольно многочисленно и сильно, то ясно, что они делали это добровольно, а не по какому–нибудь принуждению. Понтиак страшно обрадовался бы, если бы мог втянуть в свой заговор Ирокезов, но у этих дикарей слишком достаточно здравого смысла!


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта: