Сроки вывоза ракеты Р16 были изменены с марта – апрель 1961 года на вторую половину 1960 года. В сентябре 1960 года первая изготовленная на заводе 586 ракета Р16 поступила на полигон в в/ч 11284 (ныне Байконур). В октябре 1960 года ракета 8К64 была вывезена на стартовую площадку 41.

В это же время на свой старт вывез С.П. Королев свою модернизированную «семерку».

Конкуренция набрала силы! Кто вырвется вперед, тот и догонит американца Вернера фон Брауна, то есть заставит США присмиреть, тому слава о почет!

В 1962 году я впервые переступил порог ОКБ – 586. Был определен в проектный отдел, в задачи которого входило умение управлять разработками систем управления в организациях, которые создавали их для наших ракет. Академик дважды Герой Социалистического Труда В.П. Глушко говорил, что ракета без двигателя – это просто консервная банка. Аналогичное можно сказать и о системе управления: ракета без нее – это просто болванка.

Моим первым наставником был начальник группы, в которую я был определен, Николай Алексеевич Мягков. Первое, что поручил он мне, было изучение комплексной схемы системы управления ракеты 8К64. Надо было досконально вникнуть в особенности построения харьковских создателей этого сверхсложного творения.

Вникая в «синьки» (так в то время называли светокопии) электрической комплексной схемы, я призадумался. За разъяснением обратился к Николаю Алексеевичу:

– Почему такое огромное количество блокировок и дублирования в ней? Неужели они являются защитой от проникновения в наши ряды шпионов и вредителей?

– Станислав, если бы два года назад в комплексной схеме ракеты 8К64 было бы такое же количество блокировок и дублирования, то у меня не были бы обожженными руки и другие части тела, – вздохнул и продолжил, – и не погибли бы наши прекрасные специалисты.

И поведал мне о том, что повергло меня в шок:

– Первую ракету 8К64 вывезли на старт. Предстартовые испытания напоминали скорее ликвидацию непредвиденных случайностей или не случайностей, а скорее тех недоработок, что не могли не появиться в измененном план-графике… От того, что случилось потом, у меня до сих пор волосы встают дыбом!

Горько об этом вспоминать, но из истории советского ракетостроения этой катастрофы не выбросишь! Однако были те, кто пытался ее спрятать за семью замками.

26 октября 1960 года в официальной советской газете «Правда» было опубликовано сообщение, заставившее многих граждан СССР запомнить его надолго. И на Западе придали ему особое значение.

«Центральный Комитет КПСС и Совет министров Союза ССР с глубоким прискорбием извещают, что 24 октября с.г. при исполнении служебных обязанностей в результате авиационной катастрофы погиб Главный маршал артиллерии Неделин Митрофан Иванович – кандидат в члены ЦК КПСС, Герой Советского Союза, заместитель министра обороны, главнокомандующий Ракетными войсками СССР, один из виднейших…»

Так что же случилось 24 октября 1960 года? И что предшествовало этому трагическому дню?

Долго информация о катастрофе 24 октября 1960 года была засекречена. Документы о катастрофе под грифом «совершенно секретно – особой важности» хранились в архиве ЦК КПСС, затем в так называемой «особой папке» у Президента России. В начале девяностых годов они были рассекречены.

В 1994 году к 35-летию ракетных войск стратегического назначения была издана под редакцией главнокомандующего этими войсками генерал-полковника Н.Д. Сергеева книга «Хроника основных событий истории ракетных войск стратегического назначения». В ней есть раздел «Трагедия на Байконуре». В нем приведены потрясающей силы документы.

Сообщение № 1. Оно пришло в ЦК КПСС с аппарата «Пурга-3», то есть с аппарата маршала М.И. Неделина. Он был установлен в в/ч 11284 (Байконур). Сообщение было подписано главным конструктором межконтинентальной баллистической ракеты 8К64 М.К. Янгелем (начальником и главным конструктором ОКБ 586). Привожу сообщение полностью:

«В 18.45 по местному времени за 30 минут до пуска изделия 8К64 на заключительной операции к пуску произошел пожар, вызвавший разрушение баков с компонентами топлива, в результате случившегося имеются жертвы в количестве до ста или более человек. В том числе со смертельным исходом – несколько десятков человек. Глав. Маршал артиллерии находился на площадке для испытаний. Сейчас его разыскивают. Прошу срочной помощи пострадавшим от ожогов огнем и азотной кислотой».

Роковой октябрь 1960 года! Как тогда могла случиться катастрофа? Неужели не были тогда не замечены ее предвестники? Ведь они же были! Как стали утверждать после нее ракетостроители, мы создавали лучшие в мире ракеты, преодолевая собственные ошибки. Кстати и Вернер фон Браун тоже. Только Вернер фон Браун совершал их в тридцатые и сороковые годы, так и не доведя Фау-2 до совершенства – продвела Брауна наша Победа.

… Подготовка к запуску первой ракеты 8К64 шла полным ходом. О ней мне многократно рассказывали мои коллеги – сотрудники КБ «Южное», оставшиеся в живых в тот злополучный день – 24 октября 1960 года.

Тогда на стартовой площадке работало непривычно огромное количество специалистов – более ста человек. Одни проверяли заправочные магистрали, другие – готовность к старту ракетных двигателей. На ферме обслуживания, обеспечивавшей доступ к приборному отсеку на двадцати пяти метровой высоте, харьковчане меняли один из приборов системы управления. Другие работали на проверочных пультах, часть из которых была размещена в специальном автомобиле, находившемся на старте возле ракеты.

Председатель Государственной комиссии по летно-конструкторским испытаниям 8К64 Митрофан Иванович Неделин наблюдал возле ракеты за бурлившим трудовым энтузиазмом. Он сидел на стуле после окончания крыши над аппарелью. Аппарель – это выемка под стартовым сооружением, как говорили, «карман», в который заезжали автомобили с агрегатами для заправки ракеты необходимыми для ее функционирования компонентами. Сразу возле крыши за спиной маршала возвышалось сооружение типа железобетонного «шкафа» высотой около полутора метров – шахтная вентиляционная вытяжка из аппарели.

Неделин выслушивал доклады офицеров о ходе подготовки к запуску. У Митрофана Ивановича было кредо – всегда находиться на боевом посту! На старт прибыли представители воинских частей. В этих воинских подразделениях должны были размещаться на боевом посту ракеты 8К64. Появились и курсанты из ракетных училищ.

Маршал отчитал их за нечеткое построение, заставил построиться вновь и четко доложить о прибытии. После повторных докладов обратился к строю речью:

– Вы прибыли на первый пуск межконтинентальной баллистической ракеты. Она отвечает всем требованиям военного искусства. Ее новое топливо позволит значительно усовершенствовать ее эксплуатацию на боевых позициях в воинских подразделениях, не даст возможности определить возможному противнику место нахождения стартов наших ракет. Ваше участие в предстартовых работах почетно для вас, так как вы первыми приобретаете опыт подготовки к запуску новейшей ракеты в реальных условиях. Поэтому идите к ракете, в гущу событий. Как можно больше получайте практических навыков! Их будете передавать сослуживцам в ваших частях…

Рядом с курсантами находился наш телеметрист из КБ «Южное» Иван Коваль. Он и запомнил этот Неделинский монолог.

Мимо проходил инженер-конструктор ОКБ-586. Это был Владимир Кукушкин. Это был потрясающий момент в его жизни. Митрофан Иванович подозвал его:

– Вы от Янгеля?

В эти минуты решилась судьба и Владимира Кукушкина, и маршала Митрофана Ивановича Неделина, и всех находившихся на стартовой позиции!

Тридцать пять лет спустя об этом эпизоде из жизни многих испытателей первой ракеты 8К64 и также Кукушкина рассказал мне Владимир Иванович на том трагическом старте.