Начав готовиться к съёмке курсовой работы Шумский пригласил Игоря Меньшова и Сашку Пончикова. Втроём они напридумывали много интересного и уже многое сняли на камеру, но обойтись без женской роли не могли.

– Да чего там напрягаться, – как всегда, безапелляционно, заявил Пончиков.

– Надо объявить кастинг на актёрском факультете и сразу же десять девиц прибегут.

– Нам не надо десять, нам нужна одна, но талантливая, – сразу же возразил ему Шумский. – Хотелось бы также, чтобы она подходила на роль и денег больших не требовала.

– С деньгами у нас напряжёнка, – поддержал его Меньшов. – Студенческая работа всё-таки.

Поиски актрисы отнимали всё свободное время и требовали железных нервов, так как истерика, которую устраивала очередная претендентка при отказе на роль, забирала много сил и нервов. Выход нашёл, как всегда, Костя Шумский. Как режиссёр, он шёл паровозом на этой картине.

Та самая студентка актёрского факультета, которая напившись, раздевалась на столе, вдруг оказалась на съёмочной площадке. Шумский общался с ней, как со старой знакомой и на экране она смотрелась выразительно.

– Ну, слава богу, утвердили, – с облегчением констатировал режиссёр, а то я уж думал жену приглашать.

– Нет, жену нельзя ни в коем случае, – возразил Саша Пончиков. – Наживёшь себе врага на всю жизнь.

Посмеялись, побалагурили и начали снимать. Сначала павильон, потом городские пейзажи, а уж затем уехали на месяц в деревню. Хорошо, что там был Интернет и мобильные телефоны, а то совсем одичать можно было бы.

Через две недели съёмок, когда уже накопилась усталость, а единственным желанием было залезть в горячую ванну, Меньшову позвонила Татьяна Красавкина.

– Игорь, привет! Ты куда пропал?

– Ты не поверишь, Таня, но мы снимаем натуру в деревне.

– И как далеко?

– Километров двести от Москвы.

– Действительно далеко, а то бы я собралась и приехала.

– Нет, я думаю не надо, – возразил Игорь. – Здесь грязь, нет дорог и от коров плохо пахнет. И вообще, ты же безумно занята подготовкой к диплому.

– Нет, всё уже позади, – засмеялась Татьяна. – Я защитилась.

– Поздравляю! Так ты уже дипломированный врач?

– Дипломированный, но ещё не врач. Вот поступлю в интернатуру, годика два подучусь, наберусь опыта и возможно после этого начну что-то соображать в медицине. А то приходишь в больницу, там столько больных и болезней, что просто руки опускаются и, самое обидное, непонятно как их лечить.

– А ты их всех на голод сажай, – поддел её Меньшов, – авось кто-то и выздоровеет.

– Издеваешься? Ну ничего, я на тебе ещё отыграюсь!

Так они весело поговорили, настроение у обоих улучшилось и так уж повелось, что созваниваться они стали каждый день. А если Татьяна вечером не звонила, то Игорь ноутбуком выходил в Интернет и писал ей пространное письмо, мимоходом вспоминая их школьные встречи.

Как-то, просматривая почту, он увидел письмо от Ольги.

«Как она некстати! – с огорчением подумал Меньшов. – Только с Татьяной стало налаживаться. Не хватало мне ещё любовного треугольника».

Тем не менее, он подробно ответил на письмо и пожелал девушке всего хорошего.

– Что это значит, Игорь, – тут же пришёл торопливый ответ. – Твоё письмо звучит как прощальное.

– Ну что ты, Оленька, тебе показалось. Просто у меня много работы и нет времени на излияние чувств.

– Мужчина, когда охладевает к женщине, всегда оправдывается тем, что у него много работы. Желаю тебе всего хорошего. Появится желание, звони!

Настроение, конечно же испортилось, но тут в комнату ворвался Сашка Пончиков с бутылкой водки в руках и через полчаса текущие проблемы отошли на задний план.

Ещё две недели промучившись с погодой, пьяными осветителями и капризами актрисы они завершили съёмки. Домой возвратились уставшие до невозможности и Меньшов, сдав материал в обработку, два дня отсыпался. На третий день утром позвонила Татьяна и, извинившись, попросила выгулять Бакса.

– А ты что занята? – разглядывая в зеркало своё небритое лицо, недовольно спросил Меньшов.

– Я сегодня провожаю отца домой, а затем ассистирую в клинике на операции, – Таня, казалось, не просила, а требовала. – Погуляй с собакой, будь добр.

Бакс сидит дома один.

– Ну если только помочь одинокому псу.

– Помоги, пожалуйста. Бакс тебя уже знает и охотно пойдёт гулять. Ну вспомни же, наконец, как он приветливо машет хвостом.

– Ох, Таня, пользуешься ты моей добротой, но можешь не беспокоиться, с собакой всё будет в порядке. Передай привет Владимиру Петровичу.

– Хорошо передам. Заранее благодарна, до встречи. Пока. Побрившись и приняв душ, Игорь выпил кофе, быстро оделся и вышел из дома. Подумав о том, что у Татьяны, вероятно, с продуктами напряжёнка, он зашёл в ближайший гастроном. Купил хлеб, минеральную воду, картошку и фрукты. Получилось несколько увесистых пакетов, с которыми ехать в метро было не удобно. Подойдя к дороге, он поднял руку. Несколько машин промчались мимо, но девятка «Жигули» голубого цвета, резко затормозив, остановилась. За рулём сидел парень из Средней Азии.

– Куда ехать?

– Проспект Мира, метро Алексеевская.

– Сколько?

– Двести хватит?

– Садись, – и они покатили.

Хорошо, что парень попался неразговорчивый. Говорить-то было особенно не о чём. Поднимаясь по лестнице, он услышал как скулит Бакс. Открыв дверь и протиснувшись с пакетами в квартиру, Меньшов вынужден был успокоить пса, который от радости прыгал и лаял. Пристегнув ошейник, он повёл Бакса на прогулку, а тот всё оглядывался, как бы проверяя, идёт ли Игорь следом.

Вернувшись домой, Меньшов привычно разложил продукты, накормил собаку и уже собрался уходить, как услышал, что звонит телефон. Он поднял трубку.

– Игорь, привет! Как у вас дела? – судя по интонации, Татьяна не на секунду не сомневалась, что у телефона Меньшов.

– У нас всё в порядке. Мы с Баксом погуляли и я его уже накормил.

– Да, я хотела тебе напомнить, что в холодильнике стоит кастрюля с борщом. Ты разогрей его и поешь.

Только сейчас Игорь понял, что страшно голоден. С утра он ничего не ел.

– Спасибо.

– И вот ещё, операцию отменили, так что я скоро буду дома. Ты дождись меня, – и она отключилась.

А теперь гадай, что будет, когда придёт Таня. Игорь немного разволновался, но затем всё-таки разогрел борщ, с аппетитом поел и даже тарелку после себя вымыл. Затем уселся в комнате на диван и включил телевизор. Бакс тут же пристроился рядом. Показывали соревнования по теннису, Шарапова опять кого-то громила, потом новости, там была сплошная война и, наконец, пошла реклама. Смотреть этот идиотизм Меньшов не мог и выключил телевизор. Оказалось, что вовремя.

Таня уже зашла в квартиру и приветливо улыбалась. Они поздоровались, затем обнялись и начали целоваться. Это было чертовски приятно. Оказывается очень важным моментом в этом процессе является то, с кем ты целуешься. Если с любимым человеком, то это просто замечательно. Как-то незаметно они переместились в спальню и даже постель уже была кстати расстелена, и обнажённая Татьяна была прекрасна как богиня. Боже, как же он по ней соскучился!

– Я подсознательно искал тебя все эти годы.

– А я тебя ждала, но ты не приходил.

– У меня было много проблем.

– Ну конечно же, мужчина всегда безумно занят.

– Это ты была занята и я никак не мог к тебе пробиться.

– Я тебя сейчас укушу.

– Кусай, мне не жалко, но сперва дай на тебя посмотреть, – Меньшов немного отстранился. – Какая же ты красивая!

– Ты тоже ничего, весь такой мускулистый.

Он поцеловал её мягкие губы и сближение началось постепенно, без дикой страсти, но они до того увлеклись, что обо всём забыли и не заметили, как наступил вечер.

– Я хочу пить, – Татьяна от усталости не могла открыть глаз.

– Уже несу, – Игорь откинул одеяло и босиком прошёл на кухню. Налил в стакан яблочный сок и понёс его в спальню. Таня села на кровати и начала пить. Одеяло упало, оголив её грудь. Он осторожно отобрал у неё стакан и прижал девушку к себе.