4. Выбор королевы (3)

4. Выбор королевы (3)

Еще до рассвета Антракс постучал в личную дверь владелицы главного госпиталя в Эшхарате. Лен-Фень не держала слуг и открыла не сразу.

Принц услышал сначала ее ругань где-то в здании, потом грохот, потом обещание убить всех и вот, наконец, она открыла дверь, спешно завязывая халат, наброшенный на обнаженное тело. Увидев принца, она не перестала ругаться.

− Меня достали твои курьеры, псина ты недобитая! – вскрикнула она, при этом обнимая молодого человека самым нежным и заботливым образом.

Антракс обнимал ее в ответ.

− А что, их много было?

− Да в шкатулку письма уже не помещаются!

Женщина затащила принца в дом.

− Боги, и как ты ходишь во всем этом в такую жару? – спрашивала она, окинув взглядом черный костюм.

− В море не так жарко.

− Папа, − закричал наверху детский голос.

На лестнице появился двухлетний малыш. Он был смуглый, с большими синими глазами и волосами выгоревшими на солнце, от того совершенно белыми. Мальчишка с самым счастливым видом помчался вниз по лестнице, придерживая свои коротенькие штанишки.

− Арман.

− Кто тебе разрешил вставать с постели?! – рявкнула Лен-Фень, ловя маску, которую принц спешно бросил ей в руки.

Кому были нужны ее вопли, когда принц уже ловил на руки мальчишку и позволял тому целовать себя в левую щеку.

Это был самый обычный здоровый мальчик.

− Вечно вы без меня собираетесь, − сонно проворчал Ден-Ли, зевая.

На него мать уже не ругалась. Было просто бесполезно приводить ночь в порядок после появления Антракса, который наверняка привез мальчишкам какие-нибудь подарки. Она просто смирилась и наблюдала за возней принца с детьми. Только когда тот собирался уже уйти, забирая кипу писем и извиняясь за ее тревоги, женщина внезапно спросила:

− Ты ничего не забыл?

Антракс огляделся. Маска была под рукой, письма, перевязанные бечевкой, в руке. Оставалось только посмотреть на нее с полным недоумением.

Она молча протянула руку, позволяя медальону повиснуть на цепочке, зажатой меж пальцев. Это был тот самый треугольник с кругом, разделенным пополам границей.

Антракс только посмотрел на него, затем на женщину.

− Бери, он твой.

− Ты же знаешь, что из нас двоих врач именно ты, а не…

− Бери! – рявкнула женщина. – Он отдал его тебе и пусть ты подбросил его обратно, а он так и не стукнул тебя за это, но он твой, Волчонок.

Она, не выдержав, просто впечатала древний символ в грудь принца, а тот машинально коснулся ее руки.

Лен-Фень неспешно приблизилась и положила голову принцу не плечо.

− Мне не хватает его ворчания, его советов. Мне просто его не хватает. Не хочешь лечить − не надо, но носи его хотя бы как память.

Антракс обнял ее одной рукой. Спорить с Лен-Фень было просто бесполезно. Да и не хотелось, ведь она была права.

Лилайна ждала Антракса всю ночь, так и не сомкнув глаз, а на рассвете вместо него пришел Икар и просто забрал их. Вот только Эллину завели в старую комнату, а принцессу сразу в покои принца, совершенно пустые и прохладные. Видимо отсутствие окон защитило помещение от летней жары. Она прошла по уже знакомой огромной комнате, села на краюшек дивана, сложила руки и замерла в ожидании, прокручивая в голове все то, что она собиралась сказать. Во-первых, она хотела извиниться. Во-вторых, признать, что стать его женой она все таки не может, хотя бы потому, что любит другого. В-третьих, она понимала, что должна поговорить с ним любой ценой, потому что здесь в Эштаре ей точно не выжить без его защиты.

Но когда дверь открылась и она увидела человека в черном костюме, руку в перчатке, опирающуюся на трость, а главное маску, тонкие линии которой поблескивали от огня длинных свечей, в ее голове не осталось ничего. Она смогла только опустить голову, сжать ткань своего зеленого платья и прикусить губу.

− Теперь ты будешь жить со мной, − сообщил ей холодный совершенно безэмоциональный голос.

− Зачем? – спросила она с дрожью в голосе.

Она только слышала, как он приближался. Постукивала об пол трость, а он молчал.

− Так надо, − в конце концов, ответил голос, проходившего мимо мужчины.

− Надо?

Она задрожала и тут же вскочила.

− Почему ты издеваешься надо мной?!

Он обернулся, но ничего не сказал.

− Неужели так трудно просто нормально со мной поговорить?

Слезы все же начали катиться по ее щекам. Она ловила их руками, но они все равно падали с ресниц.

− Ты ведь Велиан, если ты Велиан, то ты не можешь быть таким…

− Каким?

Он оказался совсем рядом слишком неожиданно и смотрел на нее сверху вниз, прищурив синие глаза, едва различимые в прорези маски. Так близко она его еще не видела, отчетливо различая неровный контур темного, почти багрового правого века, лишенного ресниц.

Она смотрела в его синие глаза и дрожала, боясь произнести то, что хотела сказать.

− Ну же, говори!

− Холодный, − прошептала она, с трудом подбирая другое слово.

Он отступил, снова ускользая вглубь комнаты.

− Велиан!

− Не смей называть меня этим именем! – рявкнул принц, не оборачиваясь.

− Разве твоя мать не назвала тебя так?

− Принц Эштарский не может именоваться именем другого народа, − строго сообщил ей голос.

Она всхлипнула.

− Я поняла, я не буду тебя так называть. Вот только сними хотя бы маску, пожалуйста.

− Нет.

Этот ответ был настолько резким и холодным, что спорить было глупо и она села на место.

− Я просто хотела поговорить, − шептала она, вытирая слезы.

− Говори.

Но она уже и не знала, что сказать, не помнила слов, которые она подбирала и потому, пока еще могла говорить, выдала все что думала:

− Я не могу быть твоей женой. Я не люблю тебя и никогда не полюблю человека твоей культуры, но мне нужна твоя помощь, я согласна быть твоей, только…

Она замолчала от ужаса - мимо ее головы пролетела одна из подушек и ударилась в дверь и шлепнулась на пол.

− Заткнись, − прошипел едва слышно принц.

Лилайна застыла, слыша его шаги.

− Культура моя тебе не угодила, − шипел он сквозь зубы. – Тебе, принцессе страны, где знать выращивает сыновей конюхов, с которыми брыкаются их жены, пока их бастардов секут в кровь сапожники.

Она обернулась и взглянула на него.

− Да, у нас разрешен секс, − продолжал Антракс, − но зато у нас отцы не насилуют сыновей, женщины не воспитывают детей сами, потому что у нас мужчина обязан или жениться или обеспечивать женщину и ребенка до конца жизни. У нас не умирают от водобоязни, после сношения с овцой, как это было с наследником графа Лонра, в твоем прекрасном Рейне!

Он незаметно перешел на крик.

− И ты, несостоявшаяся королева этого притона, говоришь мне что-то о культуре?! Может быть, твой дядя венец морали или твой хваленый Гэральд, прирезавший свою любовницу, чтобы та не родила ребенка?

Губы у Лилайны дрожали.

− Мне твое тело даром не нужно.

− Только трон? – машинально спросила принцесса.

− Именно. Только трон, − тихо проговорил он и вновь отступил. – Я отпущу тебя с Гэральдом, а пока ты будешь здесь, просто для твоей же безопасности. К тому же я все равно ложусь спать тогда, когда ты обычно просыпаешься.

Лилайна не могла следить за ним, слишком больно и страшно ей было от того, что она услышала, от понимания того, что этот человек не стал бы выдумывать все это.

− Но Велиан был другой, − машинально произнесла она, удивляясь звуку своего голоса.

− Велиан – человек, которого никогда не существовало, - ответил ей голос где-то далеко.

Она услышала, как открылась потайная дверь.

− Забудь, − произнес все тот же голос.

Дверь захлопнулась.