Она была рада его видеть, так же, как рада солнцу и даже нагота ее не смущала. Этой ночью ее бережно омыли, и уложили в постель, и ей нравилось понимать это.

− Доброе утро, − прошептала она улыбаясь.

Антракс взглянул на нее, отложив свои дела.

− Уже почти день, − прошептал он, внимательно глядя на нее и сразу переходя к другому: – Я должен у тебя кое-что спросить.

Лилайна нахмурилась. Этот его строгий тон всегда все портил, но она решила не капризничать.

− Спрашивай, − разрешила она, обнимая подушку и вытягивая ноги, прикрытые простыней.

− Вчера ты сказала, что станешь моей женой, это было обдуманно?

Лилайна вздрогнула и тут же села, прикрывая обнаженную грудь.

− Ты думаешь, я могла этим пошутить?! – строго спросила она, невольно повышая тон.

− Нет, но я должен быть уверен, чтобы спрашивать о твоих требованиях.

− Требованиях?

У Лилайны по спине прошли мурашки, холодные и противные. Она сжалась, глядя на его до ужаса спокойное лицо.

− Если это брак по расчету, то у него должны быть требования и условия, − пояснил он. – Я точно должен знать, чего ты от меня ждешь, чтобы потом у тебя не было претензий. Ты должна обдумать это прежде, чем мы составим брачный договор.

Лилайна сглотнула. Не так она представляла обсуждение собственной свадьбы, особенно после поцелуев, от которых губы горели до сих пор, и не только губы.

Он едва различимо прищурился.

− Что-то не так?

Она опустила голову, закусила губу и с большим трудом отрицательно покачала головой. Ей было больно, но она не могла возразить, просто в груди что-то противно ныло.

− Тогда я очень тебя прошу, начни уже что-нибудь читать, у тебя не так много времени, чтобы тратить его впустую, а так я пришлю к тебе Софи, она, надеюсь, тебя устраивает?

Лилайна кивнула, чувствуя, что вновь готова разрыдаться.

− Я приду вечером, и мы поговорим, а сейчас у меня очень много дел.

Он хлопнул папкой с документами и встал.

Лилайна задрожала, но принц медленно подошел к ней, ласково коснулся ее щеки, скользнул пальцами за ухо и поцеловал в макушку.

− Я, правда, должен идти, − прошептал он, скользнув рукой по ее золотым волосам.

От этого короткого прикосновения на сердце у Лилайны стало теплее, она даже попыталась поймать его руку, но он ускользнул слишком внезапно, быстро вернувшись к столу.

Уже не оборачиваясь, он вышел забрав маску и свои бумаги, а она прижимала свою ладонь к лицу, там, где была его рука, и смотрела на тайную дверцу, вновь исчезнувшую у нее на глазах. Ей захотелось знать, как она работает, словно это может изменить всю сложность их взаимоотношений.