– Валить нужно, – тихо сказал Вася, потягивая мед и поглядывая искоса, не подслушивает ли кто.

– Ага, чрезвычайники не запылятся, – подтвердил змей.

– Все. Допиваем побыстряку. Калиныч, особо не налегай. Ты за штурвалом.

В общем, как вы догадались, через несколько минут нас и след простыл. Хозяин харчевни огорчился, поди: гости свалили, ни «спасибо» тебе, ни «до свидания». А что делать? Дела, знаете.

Приказ, Приказ. Знал я о тебе, да не думал никогда, что доведется хоть раз побывать на твоей территории. И уж тем более не гадал, что буду татем ночным красться к святая святых твоя. Ты уж прости!

Я отогнал эту мысль, как собачонку назойливую, застыл в кустах. Нос мой втягивал ночной прохладный воздух, глаза вглядывались в темень, сканируя пространство, уши локаторами ловили любой звук, даже за гранью человеческих возможностей, инстинкт просеивал эфир, а мозг в режиме суперкомпа обрабатывал всю полученную информацию, предлагая свои выводы. Лежа на теплой траве, я видел, как мимо прошел дозор троллей, обдав меня концентрированной устойчивой вонью застарелого пота, как у дверей нужного мне присутствия сменился караул. Звено Горынычей прочертило в небе сложную кривую, пальнуло в воздух огнем для подсветки возможных целей, пошло на повторный заход. Не Приказ – Форт Нокс какой-то. Не хватает только крокодилов для полноты картинки. Ха, а вот и они. Проплыли по каналу, окружающему комплекс по периметру, словно крейсеры. Я не мог их видеть из-за частокола, но чувствовал, как твердые гребни разрезали воду, оставляя на поверхности только легкое волнение. Полный комплект.

Я положил голову на лапы, закрыл глаза. Скажете, зря? Ничего не зря. Мне так легче было сосредоточиться на задании, поставленном Паляныцей. А было оно непростым.

Горыныч унес нас от харчевни на приличное расстояние и опустился в дремучем лесу, возле каких-то развалин.

– Здесь нам точно никто не помешает, – объяснил трехголовый свой выбор.

– Куда ты занес нас, Сусанин герой? – протянул Заика, высаживаясь на усыпанную прелой листвой землю.

– Да уж, местечко мрачноватое, – поддакнул я, глядя на останки странного жилища.

Оно стояло на проплешине в окружении высоченных столетних елей и дубов. Солнце уже давно клонилось к закату, но света еще хватало, а вот здесь стоял такой сумрак, словно вечер уже давно и плотно оккупировал территорию. Скажу честно, даже как-то жутковато было находиться в этом месте.

– Здесь когда-то жила Яга одна, так она теперь не живет, – пояснил змей.

– Это мы и так поняли, – хмыкнул Вася.

– Да нет, ее вообще больше нету, – змей важно прошествовал к развалинам. – Лет триста назад была осуждена на вечное изгнание в дальние болота.

– Натворила чего? – осторожно поинтересовался я.

– Порчу наводила без лицензии, да патент на знахарство не приобрела, денег зажала. Место это до сих пор лихой славой пользуется, так что сюда без надобности никто не сунется, а надобности такой у местных уже давно нет.

– Слушай, Калиныч, – глаза у Заики заблестели. Опять гениальность проклюнулась. – Если ты так хорошо ориентируешься в своем Мире, то, может, мы и без карты обойдемся?

– Не, это вряд ли, – змей покачала левой головой. – Без карты – никак. Тут каждая деталь важна, а мы так подробно наш Мир не знаю.

– Облом? – цокнул языком Паляныця.

– Не очень-то и хотелось, – буркнул Вован. – Просто… зачем рисковать, если тот же результат можно получить в полной безопасности.

– К тому же, вряд ли Творец оставил руны на видном месте, – продолжал змей. – Тут надо точно знать, где искать, присматриваться, анализировать.

– Но в харчевне-то ты сразу сообразил? – поддел я Горыныча.

– Тут даже дурак сложит два и два. Вот зуб даю: сколько раз здесь харчевался, а ни разу на вывеску не обращал внимания. Думаю, и не мы один.

– Да уж, у каждого свои причуды, – проговорил Вася. – Ладно, хорош трепаться. Ледница-то не спит, так что поспешать нужно. Говори, Калиныч, где нам карту искать. Бойцы, сухпаи доставай. Кстати, Калиныч, ты что есть-то будешь?

– Да мы это, – змей даже смутился немного. – Мы потом. Там, в лесу, километрах в восьми отсюда, стадо лосей паслось, мы потом слетаю, поужинаю.

– Ну, как знаешь. Парни, резче. А ты просвещай нас.

Пока мы доставали и вскрывали консервы, разрывали пачки галет, разворачивали шоколад, Горыныч, освободив от травы небольшой участок, чертил у порога разрушенной избы когтем какую-то схему на земле. Мы подошли ближе, сели по краям рисунка.

– Вещай, – разрешил Заика, набивая рот порцией тушенки.

– Это – схема Приказа, – змей взял в руки ветку, используя ее вместо указки. – Весь комплекс окружен рвом, заполненным водой, и частоколом. В воде плавают аспиды адовы – крокодилы. Их так издревле называли, еще когда в Пограничье динозавры хозяйствовали. Пару экземпляров тогдашний наш Верховный маг Видий оттудова и перетащил.

– Родственников твоих, значит, – с пониманием кивнул Заика.

– Никакие они нам не родичи, – тут же возмутился змей. – Так, низшая ступень эволюции.

– Все, замяли, – Паляныця показал кулак Заике. Тот смиренно заткнулся. – Продолжай, Калиныч.

– Ну, вот. Аспиды голодные всегда, потому рыскают рвом в поисках поживы. Живность давно разучилась близко подходить, подлетать и подползать к воде, потому последние лет двести их подкармливают маги.

– С этим понятно, – я кивнул головой. – Что это за застава после моста?

– Дойдем и до нее. Комплекс, помимо рва, еще имеет и частокол. Мост, как видите, токмо один, который упирается в заставу, как заметил уважаемый Леонид. На заставе бдит сменная дружина богатырей, троллей, оборотней и летучего крыла из трех Горынычей. Смена происходит каждые сутки в шесть часов пополудни. Как меняются посты – то нам не ведомо. Богатыри служат службу на башнях, дозором под частоколом, внутри темницы. Тролли ходють по центральной аллее, держат стражу снаружи темницы, отдел земель, вод и небес, и отдела летописей. Отдел безопасности, Дворец магии, хранилище тайн и ведомство перемещений, аки ценнейшие избы, боронятся исключительно оборотнями. Крыло Горынычей все это покрывают с воздуха. Теперь, что касается расположения. Центральная аллея, через заставу, ведет напрямую к Дворцу магии. Вокруг нее тянутся подотделы, обеспечивающие работу всех главных ведомств. Слева и справа остаются отдел безопасности и ведомство перемещений, в чьем ведомстве поток туристов, беженцев, перемещенцев и так далее. Супротив дворца справа построена темница. Центральная аллея раздваивается, и одна из дорог убегает вправо, к отделу земель, вод и небес, а вторая упирается в отдел летописей, слева от которого находится хранилище тайн. Вот так вот.

– Как думаешь, где может находиться карта? – спросил Паляныця, в воздухе обведя вилкой вокруг схемы.

– В отделе земель, вестимо, – ветка уткнулась в квадратик на границе круга, обозначающего ров. – Где ж еще?

– Прикольно, – прошамкал с набитым ртом Заика.

– Что же тут прикольного? – не понял я.

– Центральная аллея похожа на руну Алатырь, только в зеркальном отражении, вот так:

– Ну-ка, ну-ка, – Паляныця даже приподнялся. – Смотри, Калиныч, и правда! А ты сориентировал схему по сторонам света?

– Ну да, – голос змея звучал несколько растерянно. – Застава – север, отдел летописей – юг, темница на востоке. Погодите, дайте сообразить.

Мы так и не поняли, почему так заволновался Горыныч, пока он через минуту не пояснил:

– Вот то, о чем мы говорил вам, как только мы прилетели: руны упрятаны в самых неожиданных местах, и найти их можно либо случайно, либо по детальной схеме.

– Ты толком объясни, – попросил я.

– Я тоже ничего не понял, – поддержал меня Вася.

– Эта руна называется Нужда, – ответил змей. – О Творец единый! Сколько раз летал, смотрел, но ни разу не замечал. Шесть глаз мимо глядели, словно отводил их кто, а ни одна головушка не скумекала.