Спиртное давало облегчение больше моральное, чем реальное алкогольное опьянение.

Душой я рвусь к Оксане, ее надо выручать, но головой понимаю, что просто погибну.

Напоследок тепло попрощался с Главным, пообещал помогать ему чем могу, посоветовал отпускать бойцов за пределы поселения почаще, пусть получают бонусы от ЗРИТЕЛЕЙ и тогда накопят на био-доспехи быстрее.

Еще сутки прослонялся по поселку, смотрел безучастно что создано, механически общался с людьми, мы о чем-то говорили, но я так и не смог понять как же мне поступить.

Лег спать.

И первое, что я понял, когда открыл глаза на следующее утро — к чему жизнь без любимого человека? Как можно оценивать риски, когда твое сердце рвется на части от осознания, что ее истязают.

Собрал всех своих и спросил:

— Я выхожу за Оксаной, это будет опасно, никого не прошу, а даже отговариваю, скорее всего это смертельно опасно, можно не вернуться. Но я все равно иду, я просто не могу иначе!

Макс почему-то улыбнулся, на него посмотрели все и тоже загадочно улыбнулись.

— Что? — не понял я.

— Ты порой полный дурак, — произнес Макс беззлобно. — Если бы не ты, я бы уже умер много раз. Дети тоже. Глеб?

— Однозначно и не раз, а десяток, даже мог остаться навечно в том данже, никакое бы бессмертие не спасло, — ответил тот серьезно.

— Поэтому, ты просто не понимаешь, что мы живем лишь благодаря тебе, — продолжил друг. — И мы все сделаем, чтобы помочь тебе. Так понятно?

Я тяжело сглотнул, почему-то тяжело стало в груди, будто там что-то сдавило и мешает глотать.

— Спасибо, — ответил я и почему-то слезы сами покатались.

Оля подошла ко мне и обняла.

— Не плачь, мы вместе. И ее вернем, вы будете вместе.

В ответ я лишь посильнее прижал ее к себе.