Марго медленно поднялась на ноги, утирая ладонью рот и сумрачно посмотрела на неподвижное тело, в котором не ощущалось ни единого признака жизни.

— Готов, — тихо сказала она и не удержавшись, пнула мертвеца, — легко отделался! — она повернулась к Рексу, — уходим?

— Если оставить его родных так, они превратятся в мертвий, — печально сказал маленький вампир, — это — как привидения, только могут и хотят есть человеческую плоть. Убить их тогда будет очень сложно, а сейчас можно вбить каждому в грудь осиновый кол или сжечь.

— Огонь — хорошее решение, — одобрил я, — жителям посёлка совсем необязательно знать, какое дерьмо ими руководило. Как они вообще выбрали то? Какой каши он им наобещал?

— Иммануила не выбирали, — пояснила Ева, стараясь не глядеть на труп, — его назначил какой‑то чиновник из Тридаша, как говорили — дальний родственник. До этого здесь руководил Митрофан Пагодный, мужичок вздорный, но справедливый. По крайней мере при нём такого не было.

— Значит так, — я щёлкнул пальцами, — Ева, звёздочка, бери‑ка ты Риту и дуйте к этому самому Митрофану, если он ещё жив. Скажете, дескать прошли срочные выборы и он единогласно избран головой, взамен выбывшего. А мы, с Рексом, скроем следы нашего преступления.

— В основном — не нашего, — угрюмо проворчала Марго, — командуешь? Раньше я за тобой такого не замечала.

— Команды не было, — ничуть не смущаясь, брякнул я, — дамы, давайте, в темпе вальса. Рекс, пошли, поищем спички или чем тут они пользуются.

Печка оказалась мёртвой, но в соседней комнате мы обнаружили камин с тлеющими угольями и это здорово облегчило нашу задачу. Подмигивающие кусочки пылающего дерева весело разбежались по ковру, брызнув искрами на тяжёлые занавески. Огонь жадно набросился на дерево пола, почти мгновенно перепрыгнув на облицовку стен и пополз к потолку.

Когда комната с трупом головы начала превращаться в филиал геенны огненной, я отступил к дверям и оглянулся. Тела умерших детей расплывчатыми тенями темнели за пылающей занавеской. Ощущая болезненный ком в горле я покинул проклятый дом.

Чуть поодаль, заслоняясь руками от сильного жара стояли все наши, плюс низкорослый мужичок в кургузом пиджачке и тёмных брюках, заправленных в сапоги гармошкой. Человек покачивался с носка на пятку и угрюмо смотрел на здание, из окон которого вовсю рвалось ненасытное пламя. Рассеянно ответив на моё приветствие, он повернулся к Еве.

— Стало быть, госпожа вампирша, Иммануил с семейством спешно покинул нас, а в евойном доме произошёл этот самый, возгораний? — почему‑то мне показалось, будто мужичок нарочито упрощает свою речь, — и на попелище опосля рыться неча? Дабы не?..

— Всё верно, Митрофан, — кивнула Ева, — мы постараемся прислать к вам помощь, как только доберёмся до Тридаша. Но ты всё же снаряди кого‑нибудь, из тех, кто ещё способен передвигаться, мало ли какая напасть может с нами приключиться.

— Угу, — Митрофан кивнул и стянув кепку с головы, вытер ею лоб, — ведьмы там, с оборотнями на хвост сядут. Проезжали тут сёдни такие, четвёрку вампиров разыскивали. Кого бы это?

— Понятия не имеем, — я ухмыльнулся и мужичок ответил мне такой же кривой улыбкой, — но если встретим, обязательно передадим: пусть поостерегутся.

— И возвращайтесь поскорее, — Митрофан покачал головой, — такой у меня ощущений — не хворь нас косит. Как порчу кто напустил…А ведьмы местные, как всё в силу вошло, собрались и в Головню удрали. Помощи от них…Рыжая только какая‑то наведывалась когда–никогда, лечила самых доходных да ругалась шибко.

— Надо уходить, — сказал Рекс и поморщился, когда в пылающем доме с грохотом обрушилась какая‑то балка. Над крышей поднялся столп кружащих искр, — когда ведьмы из Трибунала поймут, что мы ушли, они тут же бросятся по следу. А в Рэйвенхилл им до сих пор ходу нет. Даже непонятно, почему наши, во время войны там не отсиделись.

Из ближайших к пожарищу домов начали выбираться люди. На них нельзя было смотреть без слёз: пятна на коже, выпавшие волосы, беззубые рты. Эпидемия, чем бы она ни была, здорово подкосила жителей посёлка. Митрофан деловито останавливал всех, желающих поработать пожарниками и я заметил, как у него при этом изменилась манера речи, словно появился другой человек: решительны и властный.

— Идите, — сказал он нам и напялил кепку на седой ёжик волос, — ни к чему вам шаболдаться на виду у всех. А я пока попытаюсь организовать какую–никакую дружину. Мудак этот жирный всё запрещал, дескать — не положено.

Мы попрощались с новоявленным головой и покинули посёлок через ворота, отпертые нам испуганными парнями едва успевшими отрастить чахлую щетину на подбородках. На прощание вампирши легко куснули каждого, заработав кучу благодарностей и просьбу возвращаться поскорее. Это оставалось единственным, ещё непривычным для меня: люди благодарили нас, за то, что мы пили их кровь. Впрочем, в чужой монастырь… тем более, если подобное устраивало обе стороны.

— Если продолжим идти этой дорогой, то перед Тридашем наткнёмся на старый пограничный пост, — объяснял Рекс, пока мы шагали по тракту между высоких пирамидальных деревьев, источающих лёгкий пряный аромат, — там, по привычке, продолжают держать большой гарнизон. Раньше там командовал Антон Лежень, наш хороший знакомый.

— Очень близкий, — Ева улыбнулась, — одно время я часто посещала солдат и мы, с Антоном, долго беседовали после еды. У него огромная библиотека и вообще, он на редкость приятный собеседник. Думаю он с пониманием отнесётся к просьбе послать пару десятков солдат на борьбу с вурдалаками.

— Как это всё у вас замечательно получается, — протянул Сергей и смачно зевнул, — можно спать с кем хочешь, ну из людей, в смысле, и никто никого ревновать не будет.

Он бросил косой взгляд на Веру и тут же заработал мощный тычок по рёбрам. Зелёные глаза русалки пускали яркие искры.

— Да я так, к слову пришлось, — все принялись хохотать и даже Вера, не удержавшись, улыбнулась, — Максим, не хочешь её обратно забрать?

— Нет уж, спасибо, — я обнял Еву, — назвался груздем? Нефиг на маринад жаловаться.

— Эй, это ты кого маринадом обозвал, вампирюга? — Вера взялась за бёдра, — смотри, чтобы и тебе там кисло не стало! Затащу в речку и защекочу.

— Давай, давай, — подзуживала её Марго, — а то смотри, какой важный стал, просто надувается. Командовать вон начал.

Ева вдруг остановилась и отступив на пару шагов, внимательно посмотрела на меня. Поморгала, потёрла лоб. Казалось, девушка пытается вспомнить нечто, крайне важное.

— Что случилось? — встревоженно спросил Рекс.

— Да вот, когда Маргарита сказала про Максима, как он командует, у меня в голове настоящая вспышка была. И лицо Максима, только немного другое.

— Ну ты же сама меня нарисовала, — я взял её ладошки и осторожно погладил их. Мне хотелось разорвать на части мерзавцев, которые превратили память моей любимой в решето, — просто наложилось воображение на реальность, а тут ещё и всякие ехидные вампирши.

— Справедливые, — не согласилась Марго, — но тут он прав.

— Мы почти на месте, — Рекс показал тропинку, убегающую влево от тракта и медленно карабкающуюся на склон высокого пологого холма, усыпанного каменной крошкой, — за горкой будет ложбина, а на её дне — Рэйвенхилл.

— Замок в яме? — Серей недоверчиво прищурился, — ну и как же его оборонять? С горочки то всего ничего камнями да стрелами закидать, или чем тут у вам воюют?

— Глупости, — отрезал маленький вампир, — это же — не человеческая крепость, а вампирская твердыня, а мы никогда не сражались с людьми. Да если бы даже и произошла подобная нелепость, человеческое оружие вампирам не страшно.

— Эх, Калашникова на вас нет, — Ева недоуменно приподняла бровь и водяной замахал руками, — ничего, ничего, сболтнул не подумав.

— Всё, как обычно, — не преминула укусить русалка, — хоть бы раз порадовал умной фразой. Сказал бы: Верочка, милая, жить без тебя не могу. А ну, давай!

— Верочка, милая, жить без тебя не могу, — как ни странно, но в словах товарища прозвучали совершенно искренние нотки, — теперь — ты.