Я ещё не успел осознать, как далеко в прошлом находится ласковая мамина побудка, а низкий, с приятной хрипотцой, женский голос, прокрался в сумрак моей дремоты:

— Поднимайся, соня.

Странными оказались интонации этого приятного голоса. Словно кто‑то нашёл вещь, которую считал безнадежно утерянной, вот только теперь утрата принадлежит кому‑то другому. И радость и грусть одновременно.

Я открыл глаза. Вот это да! Всякий бы раз так приходить в сознание, когда вырубаешься от жуткой боли без всякой надежды на спасение. Небольшая уютная спаленка с огромной двуспальной кроватью под изумрудным полупрозрачным пологом. Занавеска ничуть не помешала рассмотреть бирюзовые стены комнаты с полотнами морских пейзажей, высокий трельяж и столик, уставленный баночками и бутылочками, явно из арсенала опытной модницы.

А вот и она. Сидит на краю ложа и разглядывает меня. На лице незнакомки я различил то же странное выражение светлой грусти, которое прорезалось в её речи. Правильные черты загорелого лица, зелёные глаза поразительной глубины, в обрамлении длинных пушистых ресниц и густые волосы насыщенного бронзового окраса.

Ведьма.

Незнакомка протянула мне широкую чашку с чем‑то дымящимся и невероятно ароматным. Как кофе, только намного лучше. Почти, как кровь.

— Пей, не бойся, — я послушно принял предложенное, ощутив лёгкое содрогание тонких пальцев, когда они прикоснулись к моей руке, — думаю, тебе должно понравиться.

Ну ещё бы! Вкус оказался гораздо лучше запаха и прервать первый глоток оказалось невероятно сложно. Казалось будто жидкий огонь наполняет моё тело, изгоняя слабость и наполняя мышцы силой и бодростью.

— Что это? — я смешался под насмешливым взглядом и попытавшись скрыть смущение, вновь отхлебнул ароматный напиток, — в смысле, спасибо. То есть, здравствуйте…Чёрт! Кто вы?

Ведьма рассмеялась и одним плавным движением поднялась, позволив оценить тело, своей красотой ничуть не уступающее совершенному лицу. Узкая талия, широкие бёдра, высокая пышная грудь и стройные ноги: взгляд не мог отыскать ни единого изъяна. Кроме того, женщина оказалась весьма немаленького роста, а рыжие волосы ниспадали почти до пят. Одежда, состоящая из тонкой полупрозрачной рубашки, странным образом равно скрывала и подчёркивала достоинства фигуры. О–ох! Я ощутил возбуждение и дело тут было не только в бодрящем напитке. Он, кстати, успел закончиться.

— Здравствуй, Максим, — переливы звенящего смеха сменились тем же приятным голосом, — ни к чему «выканье», думаю, мы с тобой станем друзьями. Сразу избавимся от недомолвок и тайн; меня зовут Каролина и это именно я нашла тебя в лесу и притащила в свой пряничный домик.

— Ты — ведьма, — констатировал я очевидное и осторожно приподнялся, опёршись на подушку. При этом обнаружилась крайне забавная штука: я оказался абсолютно обнажён, — хм.

— Не смущайся, — она вновь рассмеялась и отобрала мой опустевший сосуд, — кроме того, приятно сознавать, что даже такая старая, забытая всеми, затворница ещё способна возбудить молодого симпатичного вампира. И да: я — ведьма. Очень жаль, что в наше смутно время, это способно разделять представителей наших народов.

— Не всех, — я порыскал взглядом, пытаясь отыскать одеяло или ещё какой‑нибудь предмет, способный прикрыть «индикатор» моего интереса, — если ведьма в адеквате, не вижу ни единой причины вступать с ней в противоборство. Вот чёрт!

Каролина поставила чашку на столик у зеркала и почти незаметным движением, уложила какую‑то пластинку, стоявшую особняком от чашек и бутылочек. Как мне показалось, это был портрет. Потом ведьма вернулась и вновь присела на кровать. Кажется я начал стремительно пунцоветь.

— Да, мне известно, как вы спасли Анжелику, — посерьёзнев, сказала женщина и вдруг опустила ладонь на мою грудь, — огромное спасибо за участие в её судьбе, но знал бы ты, Максим, — она покачала головой, а холодные пальчики отправились в путешествие к животу, — какую историю заварил! Ведьмам очень не понравилось, как поступили с их сестрой и завязалась жуткая междоусобица. А ведь дела в Стране и так идут, хуже некуда. Боюсь, война между чародейками может уничтожить всё оставшееся.

— Я, — пришлось откашляться, в то время, как наглый паучок ладошки продолжал своё движение, — всё равно бы так поступил.

— Знаю, — Каролин вновь усмехнулась, — моих ушей уже успели коснуться все истории, которые связаны с появлением в Стране парочки новых вампиров. Звучат они впечатляюще, даже без подробностей. А так хотелось бы узнать, как вам удалось преодолеть Колодец Смерти. Уж мне то, в отличие от всех остальных, хорошо известно, какая тварь таится в его глубинах.

Рука ведьмы остановилась и я машинально накрыл тонкие холодные пальцы своей ладонью. В тот же миг Каролина наклонилась ко мне и медные волосы обрушились вниз, отрезая меня от внешнего мира, словно опустился волшебный полог. Огромные зелёные глаза сверкали точно две звезды, а алые губы слегка приоткрылись.

Находясь в некоем трансе, я подался вперёд и долгий поцелуй вынудил меня закрыть глаза от удовольствия. Упругое тело оказалось совсем близко, а нежные пальчики ласкали уши, не разрешая прекращать единение наших губ. Потом ведьма едва слышно застонала и обхватив мою поясницу ногами, заставила принять главенствующую позицию.

Мы занимались любовью, но через удовольствие от процесса, прорастало странное ощущение: казалось, будто всё это уже было когда‑то и я не первый раз делю ложе с рыжеволосой чародейкой. Даже кровать казалась смутно знакомой и я хорошо знал, куда поставить руку и где упереться ногой. Да и ведьма словно угадывала все мои желания, меняя позу в тот момент, когда это становилось необходимо.

Потом всё закончилось и я лежал на спине, молча глядя в потолок, ощущая лишь приятную истому и больше ничего. Почему то никакого стыда перед Евой и Марго, точно случившееся никоим образом не затрагивало нашего удивительного любовного квадрата.

Когда блаженство позволило, я повернул голову и встретился с внимательным взглядом Каролины, которая лежала на боку, подперев щёку ладонью. На лице ведьмы проступала странная сосредоточенность и лёгкая печаль. Совсем не это ожидаешь увидеть на физиономии партнёрши после бурного секса. Я потянулся и прижал колдунью к себе, лаская гладкие рыжие волосы.

— Что то не так? — спросил я и поцеловал упругие губы, — ты такая…

— Всё не так, Максим, — она тяжело вздохнула и осторожно выбралась из моих объятий, — к сожалению у нас остаётся не слишком много времени, а я ещё должна рассказать о некоторых вещах и они могут тебе не понравиться. Сильно не понравиться.

Каролина присела у зеркала и взяв в руки костяной гребень, начала медленно вести фигурными зубьями по алому шёлку волос. Но всё это время её глаза, отражённые блестящей поверхностью, не отрывались от меня.

— Сначала — история, — она тряхнула головой смешав пряди волос, — пожалуй никто, кроме меня, тебе её не сможет рассказать. Слушай. Жила была одна ведьма, которая очень любила одного вампира. Вампир тот был совсем не простой: в своё время он возглавил восстание низших собратьев и установил мир, в котором никто не обращал внимание на ранг вампира. Именно поэтому его выбрали королём. Всем был хорош избранник ведьмы: смел, красив, умён, но имел один огромный (с её точки зрения) недостаток: очень он любил слабый пол и никак не мог определиться с единственной, которая разделила бы трон с возлюбленным, — глаза Каролины полыхнули, словно некое воспоминание до сих пор не давало её покоя, доводя до бешенства, — поэтому три ведьмы, с которыми он крутил шашни, поставили ему ультиматум: или гуляка определяется, или все три чародейки дают ему от ворот поворот. Вампир сделал выбор, но восприняли его все по разному. Одна, её звали Анжелика, согласилась остаться подругой, порадовавшись за избранницу; вторая, по имени, скажем, Каролина, просто наслаждалась своим счастьем: а вот третья — Вероника, сестра Каролины, затаила лютую ненависть.