– И ты собираешься последовать её совету?

Я обдумывала это предложение, пока он вёл меня в сторону заднего двора.

– Я не знаю.То есть, я бы хотела. Но не знаю, смогу ли. – Он стал двигаться в сторону очереди в кассу, но я похлопала по карману. – Нам не нужно стоять здесь, мистер, я уже купила билеты.

– Купила?

– Ага,– ответила я, доставая билеты из кармана. – Я зашла сюда на неделе и приобрела их. Мне не хотелось, чтобы мы тратили время на стояние в очереди.

– Ты купила билеты, верно я понимаю?

– Верно, – ответила я, кивая в сторону сотрудника, который стоял на входе, отрывал корешки от билетов и показывал гостям их места. – В любом случае, если бы у них вдруг появилась потребность в том, чтобы выполнить еще какие-то реставрационные работы, то я была бы очень рада помочь. Но нам придется подождать пока я закончу этот объект, чтобы услышать её окончательный вердикт. Возможно, она порекомендует меня для дальнейшего объекта. – Мы подошли к нашим местам в первых рядах, и я была рада, что мы будем сидеть в третьем ряду, достаточно близко к сцене. – Ух ты! Кажется, я достала нам классные места!

– Ага, хорошие места,– отозвался Марчелло, небрежно произнеся эту фразу до того, как я успела присесть. Знала я это его «ага».

– Что не так с этими местами? – поинтересовалась я, наклонившись ближе к нему.

– Всё в порядке с этими местами,– ответил он, не отводя взгляд от сцены. – Просто я планировал купить билеты сам. И я бы тоже выбрал нам самые лучшие места.

– Но я уже купила их,– смущенно произнесла я.

Он снова хмыкнул.

– Ты купила билеты.

– Почему у меня такое ощущение, что я что-то упускаю в нашем разговоре?

– Ты пригласила меня на этот концерт, поэтому ты должна была позволить мне купить билеты.

– Подожди, ты что, бесишься, потому что я заплатила?

Он сжал челюсть. Значит, я была права.

– Святой 1952 год, ты же в курсе, что в наше время женщинам разрешено покупать билеты на концерты, и более того, им даже позволено покупать билеты для своего парня?

– Ты смеешься надо мной.

– Совсем немного. –Я положила руку ему на колено, слегка похлопав по нему. – Это не такое уж большое дело. Я купила билеты не для того, чтобы принизить твою мужественность, а скорее потому, что я не хотела стоять весь вечер в очереди, если ты не заметил, то очередь не уменьшилась с того момента, как мы пришли. Так что, похоже, кому-то пришла великолепная идея приобрести входной билет заранее.

Он нахмурился, наконец, взглянув на меня.

– Я бы предпочел платить за все сам, за нас, когда мы выходим куда-то.

Я отрицательно покачала головой.

– Я очень ценю это Марчелло, и уверена, что здесь именно так все и делают, но если мне вдруг захочется сделать что-то приятное для тебя, для нас, даже если это будет означать, что я должна выложить какое-то количество наличности за ту или иную вещь, то я это сделаю.

– Но...

Я приложила к его губам палец.

– Я знаю, что ты привык жить по своим собственным правилам, и уверена, что так будет и дальше. Но давай в этот раз не будем обращать на это внимания? Давай просто наслаждаться музыкой.

Я наблюдала, за его лицом, за тем как он слушал меня, действительно слушал и пытался осмыслить всё сказанное. Мой итальянский мужчина был старой закалки, даже чересчур правильный, как я заметила. Я никогда этого не отрицала, но я обожала то, как он заботится обо мне. Но я также заботилась о ком-то в течение многих лет, что заставляло меня чувствовать себя маленькой, слабой и неспособной самостоятельно принимать решения.

Можно ли соотнести мою потребность в самостоятельной покупке билетов на концерт Гершвина с огромным периодом замужества, в котором я позволяла мужу контролировать каждый доллар, который приходил и тратился в нашей семье? Нет. Несомненно, нет. Даже близко нет.

Но это было крошечное достижение, которое я совершила сегодня, даже не осознавая этого ранее. Я не собиралась извиняться за то, что смогла сама заплатить за что-то. И я убедилась, что как бы не был воспитан Марчелло, он точно понял, что в таких вещах я однозначно буду стоять на своем.

Я сделала крошечный шаг вперед.

Свет погас и зазвучала музыка, а моя рука так и осталась лежать на его колене в течение всего концерта. Во время исполнения They Can’t Take That Away from Me он накрыл мою руку своей, переплел наши пальцы и крепко сжал. Я широко улыбнулась в темноту.

Как должен одеться человек, который собирается готовить пасту? Об этом я спрашивала свой шкаф, отвергая одно платье за другим. Наконец, наряд был выбран, и я стала ждать Марчелло. Я села, затем встала, затем снова села. Погодите, я что, ходила из угла в угол? Действительно, я вышагивала по комнате, но почему я это делала?

Что я чувствовала? Это не было похоже на нервозность, но что-то близкое к этому. Возбуждение? Да. Беспокойство? Определенно. Я чувствовала, как всё моё тело охватывает трепет, который заставляет кровь в моих венах ускоряться в тот момент, когда я представляю его лицо, его глаза, его губы. Его смех.

М-м... Кажется, я поняла…

Предвкушение.

То, чем мы занимались здесь, в Риме было чем-то новым. Мы пробовали кое-что непривычное.

Свидания.

Именно этот этап мы пропустили во время пребывания в Испании, хотя и не специально. Наши отношения сразу перешли из категории «незнакомцы» к категории «голые практически всё время». Если подумать, тогда у нас просто не было шансов. Нами управляли гормоны, и именно они заправляли шоу. Но в этот раз во время нашего воссоединения, осознанно или нет, но нам обоим хотелось наслаждаться этим периодом, восполнить период пребывания в статусе пары.

Мне хотелось быть его девушкой, которая может приготовить ужин, что-то из восхитительной местной кухни, но несмотря на то, что я брала уроки в школе Французской кухни, кое-чего в моем репертуаре не было. А именно аутентичных итальянских рецептов.

По всему городу можно было найти объявления, приглашающие эмигрантов, иностранных студентов или тех, кто находится на длительном отдыхе в Италии. Согласно отзывам на Trip Advisor «Домашняя Итальянская Кухня» были самой большой и рекомендуемой школой кулинарии.

Я заработала пару очков, когда привела на курсы личного жителя Тосканы. Вначале Марчелло не хотел идти. Он настаивал на том, что может сам научить меня тому, как готовить пасту, гноччи и те восхитительные тоненькие, хрустящие итальянские палочки, которые предлагают перед подачей блюд в каждом итальянском ресторане, но в итоге, он научил меня только одному. Теперь я знаю, что этим можно заниматься и на кухне.

Марчелло прислал сообщение, что задержится в офисе, так что нам придется встретиться уже в кулинарной студии. Прогулка по Трастевере привела меня к светлому, большому зданию. Да и сама организация курсов была на высоте – присутствовала вся необходимая утварь, огромный прилавок с овощами, который мог бы посоревноваться по своим габаритам с тем, что выставляют на фермерских рынках, а вокруг всего этого сновали куча учеников, которые держали в руках бокалы с вином, которые бесплатно раздавали организаторы.

В центре студии располагался блинный банкетный стол с бокалами, тарелками и корзинками для нас, чтобы мы смогли приготовить блюда, а затем насладиться тем, что приготовим сами. Именно в такую атмосферу я и надеялась попасть, когда записывала нас на курсы.

На стене были развешены фотографии с предыдущих курсов. Студенты позировали с бокалами вина, своими блюдами или же с шефом. Кстати, он напомнил мне Марчелло, искренняя улыбка присутствовала на каждом фото. Наше меню было написано мелом на доске, которая стояла на кухне. Паста Болоньезе, курица Каччаторе, брокколи по-итальянски, запечённый картофель и на десерт тирамису. В предвкушении мой желудок заурчал.

Марчелло ворвался в студию и, покрутив по сторонам головой, направился ко мне.

– Если ты хочешь узнать, как готовить настоящую итальянскую еду, то почему отказываешься, чтобы я научил тебя? Я же итальянец,– произнес он, а затем быстро чмокнул меня в щеку.

– Обещаешь, что в этом случае я не окажусь голой еще до начала готовки? – прошептала я, подавая ему бокал с вином с соседнего стола.