ГЛАВА 19

– Я хочу кое о чём тебя спросить.

– Сейчас? После того, как ты проделал со мной такое, можешь спрашивать, о чем угодно.–Я улыбнулась, уткнувшись ему в грудь, вдыхая запах удовлетворенного Марчелло. Мы лежали на одном из шезлонгов, позади были подушки, а я разместилась поверх своего мужчины. Носом я потерлась о его кожу, и несколько волосков с его груди защекотали ноздри.

– А как насчет того, что ты только что сделала, tesoro, – застонал он. – Твой рот...

Я быстро поцеловала его в губы, как он и просил, а затем снова легла к нему под мышку.

– Так, о чем ты хотел спросить?

Он перебирал пальцами кончики моих волос, поднимая их вверх и затем укладывая в небольшие узоры на спине.

– У тебя есть планы на следующие выходные?

– Есть.

– Правда?

– Конечно. – Решительно подтвердила я. – Неважно, что ты спланировал, я в деле.

– Эвери, – прошептал он, растягивая звуки в той манере, которую я обожала. – Я хочу, чтобы ты поехала со мной домой.

– Я же уже здесь, – вздохнула я, ощущая во всем теле легкость и свободу.

– Я имею в виду в мой родной дом. В Пьенцу.

Ох, вдруг всё вокруг стало казаться не таким уж и легким.

– Там, где прошло твое детство?

– Э-эм... Ага.

– Там, где живет твоя семья?

– Да-а...– Он поцеловал моё плечо. – На следующей неделе там будет проходить фестиваль the Gioco del Cacio al Fuso. Вся семья съезжается на него каждое лето. Мы собираемся вместе только в этот день и еще на Рождество. Я никогда не пропускал этот праздник.

– Звучит серьезно, – пробормотала я, нервно покусывая ноготь.

– Серьезно? Я не понимаю, что ты хочешь сказать…

Я села, встретившись с ним взглядом. Естественно, его глаза моментально опустились к моей груди, но приложив кучу усилий, он заставил себя сконцентрироваться на лице.

– Поехать с тобой домой? Встретиться с твоей семьей? Ну, со всей семьей?

– Да. –Просто ответил он. Знает ли он, что в Штатах встреча с родными это очень-очень важное событие?

Его лицо светилось, и причиной тому были не только действия, которые я только что вытворяла своим ртом. Он выглядел... Умиротворенным. Уверенным. Очень довольным. И слегка... Возбужденным.

Он точно знал, что это было огромным шагом для нас обоих, и всё же хотел познакомить меня с мамой. Была ли я готова к такому?

– Я согласна.

– Охренеть можно.

– Серьезно? Всмысле, это подойдет? Я нормально выгляжу в этом?

– Охренеть.

– Прекрати повторять это! Ты заставляешь меня нервничать еще больше, – сказала я, вышагивая по комнате, и отвергая один наряд за другим. – Мне просто нужно пробежаться по магазинам.

Дэйзи откинулась на кровать.

– Расскажи в деталях как именно он попросил об этом. Когда, где и как именно.

– Не уверена, что ты бы хотела услышать все подробности.

– О, я точно хочу. Я буквально живу историями твоего изумительного пребывания в Риме. – Дэйзи схватила белое кружевное платье и добавила его к куче. – Кстати, это точно нужно взять.

Я кивнула, вешая платье на дверцу шкафа к остальной части одежды, которую я собиралась взять с собой.

– Это лето на самом деле самое невероятное! – воскликнула я, кружась по комнате словно школьница, которую пригласили на выпускной бал.

– Вот что делает с людьми другая страна, детка! – она дала мне пять, а затем уселась у окна. – Так, я готова. Хочу подробности.

Я начала издалека.

– Мы были в постели. Ну, знаешь, после этого.

– О, так-так. –Она наклонилась вперед. – И?

– И он спросил, какие у меня планы на следующие выходные, а затем предложил присоединиться к нему. В те дни будет проводиться фестиваль, на который съезжается вся его семья. ВСЯ СЕМЬЯ. –Я приподняла бровь. – Я знаю, что это значит у итальянцев. Это не два с половиной ребенка. Это куча детей. Буквально бесконечное множество. Дети детей, внуки, и правнуки, племянники и племянницы, соседи, которые практически являются родными, и что, скажи мне делать? Я даже не знаю, чего ожидать. Он продолжает убеждать, что мне не о чем волноваться, что они полюбят меня, но, серьезно?– я указала пальцем на себя. – Разведена. Американка. Не католичка. Развратница! – я упала на кучу кардиганов, которые были разбросаны по всей кровати.

Когда мы решили провести ревизию моего гардероба с целью поиска наряда для встречи с семьей, Дэйзи вытащила всё в одну кучу. Она считала, что бо́льшую часть нужно выкинуть, так как вся одежда кричала об Эвери из Бостона.

Хотя Марчелло, кажется, нравился жемчуг.

А еще каблуки.

И ничего больше...

Без сомнения, кардиган и жемчуг не поедут со мной в Пьенца – мне хотелось одеться так, чтобы всем понравиться. Хотелось такой наряд, который помог бы доказать родне Марчелло, что я идеально подхожу их сыну, брату, племяннику, или кем они там ему являются.

– Ты сошла с ума. Это же мужчина, который одним взглядом заставляет тебя таять на месте. –Она начала рыться в шкафу. – Я уже не говорю о том, что каждый твой взгляд заставляет его светиться. Я знаю его столько лет, и он ни разу ни с кем не выглядел таким счастливым.

Когда он смотрел на меня, то его взгляд заволакивало дымкой. Что случалось довольно часто. И когда это происходило, в моем животе начинал кружиться рой бабочек. И именно на этих ощущениях мне следовало сосредоточиться, чтобы подготовиться к предстоящей встрече. А не нервничать.

– Эвери, переживать из-за встречи с семьей это нормально,– успокаивала меня Дэйзи, доставая еще пару вещей из шкафа. – Кроме того, он тоже нервничает, не позволяй этой его обходительности римских мужчин одурачить себя. Просто помни: он хочет привезти тебя туда. А это что-то да значит.

Семья Дэниела с самого начала настороженно относилась ко мне. Несмотря на то, что я идеально подходила их сыну, Битси каждый раз достаточно высокомерно общалась со мной. И у меня не было и шанса это исправить.

– Я по твоему лицу вижу, что ты снова нервничаешь, – сказала она, заставляя меня подняться с кровати и положив руки мне на плечи. – Прекрати немедленно!

– Знаю, я знаю, – ответила я, обнимая её. – Мне нужно чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься, иначе я просто сойду с ума.

– Давай быстро пробежимся по магазинам перед тем, как забрать Фиону из аэропорта,– предложила Дэйзи, снова рассматривая белое платье.

– Что?

– Думаю, нам стоит купить побольше подобных нарядов,– произнесла она, проводя пальцами по нежному кружеву лифа. – В следующие выходные мама, папа и Марчелло будут кричать о своей любви к тебе.

– Почему, черт возьми, так получилось, что мы не виделись друг с другом столько времени? – спросила я, посмотрев на Дэйзи и Фиону, сидящих напротив.

– Может потому, что ты стала занудой и отказывалась покидать Бостон? – прощебетала Фиона, украдкой взглянув на Дэйзи, которая в свою очередь согласно кивнула в ответ.

– Ох. Точно, – ответила я, отпивая коктейль из Кампари и содовой. – Именно поэтому.

– И еще тот факт, что мы ни разу не оказывались одновременно в одном месте,– добавила Дэйзи, дав знак официанту, чтобы заказать еще порцию напитков.

– Да, это еще одна причина, – согласилась Фиона, наклонившись ко мне через стол и оперевшись подбородком на ладони. – Я пошутила насчет того, что ты зануда. Ну, практически.

– Ботокс на твоем лице просто великолепен, практически ничего не заметно. –На этой фразе я мило улыбнулась, а она в ответ громко рассмеялась.

– Черт побери, я так по тебе скучала, Бардот! – затем она указала на Дэйзи. – Но не по тебе, так как с тобой мы видимся довольно часто.

– Ты же видишь меня всего раза три в год,– ответила Дэйзи, покачав головой.

– И это я называю «довольно часто»,– мгновенно парировала Фиона. Мы втроем состояли в одном сообществе с первого года учебы в колледже Бостона, и с того времени мы не разлей вода. Фиона отличалась от нас двоих, так как даже если бы за её плечами не стояла длинная вереница родственниц, которые являлись членами женских общин (две старшие сестры, её мама, её бабушка, и я уже не говорю о её кузине, которая в своё время была президентом), она скорее всего стала бы представителем какой-либо группы. Независимая, свободная духом, с выраженными политическими взглядами, она была дерзкой и громкой, за что мы её и любили.