Глава 16 Один мастер

Как бы то ни было, мне пришлось "выгнать" Халуна из своего дома на тренировочной площадке. То есть, он сам сообщил мне, что освободил его, так как смог договориться с кем-то там в деревне, но я всё равно считал, что сам выселил его. Но так или иначе, мне пришлось бы возвращаться, потому что погода на улице сразу же после завершения стройки очень испортилась и стало так холодно, что сон на дереве мог стать для меня опасным занятием. Но возвратиться туда я ещё планировал и, отнюдь, не после зимы, несмотря на температуру. Да, тут существовали другие сезоны, кроме того, который мне посчастливилось застать, да ещё и в самом начале.

Роулл, вернувшийся как раз в тот момент, когда мы закончили строительство, рассказал, что в данный момент в Давурионе наступал так называемый "Сырой Период", длиной в два месяца, следом за которым шёл длинный "Холодный", или, как он назвал, "Белый Период". Про продолжительность местной зимы ял мне не поведал, но я как-то не удосужился спросить. Ждать я был готов сколе угодно.

После очередной тренировки с ялом, которая прошла, как обычно, я стал совершенно свободен оставшуюся часть дня (Мог даже, наверное, сбегать куда-нибудь далеко). Халун решил уже своими силами доделать дом до состояния, когда в нём можно уже будет жить и зимой и летом. Сколе он будет работать, ял уже не сказал, так что тренировки с ним остановились на неопределённое время.

***

После душа и хорошего обеда я возвратился в дом и обнаружил там на кровати сложенные вещи, а ещё прямо на ветке с фонарями висел чёрный лиственный ковёр. Сделали его из множества плотно расположенных листочков, формой похожих на те, из чего сделана кровать. Утром их никто не приносил, да и я не мог не заметить появления вещей. Даже если бы проснулся с похмелья.

Взяв в руки тёмное полотно, я понял, что это вовсе не ковёр, а длинный, аж до пола, плащ. Листики, составляющие его, имели бордовый цвет и почти не отражали свет. Изнаночная же часть выглядела, как беспорядочное переплетение красных и белых ниток. На ощупь, как обычная ткань, но вода внутри без сомнения живого растения холодила.

"Приодеть меня решили?" — подумал я и накинул плащ.

Несмотря на внушительные размеры, он весил совсем немного и почти не давил на плечи. Закреплялся плащ сверху на две завязки и действительно доставал до пола. Такой себе веник, но чего уж там?

Дальше пошли вещи, которые лежали на кровати. Ими оказались чёрные перчатки с такой же матовой листвой, расположенной, как чешуя, сверху, и таким же сплетением серых черешков изнутри. Они не стягивали руку, и я легко сжал её в кулак. При этом даже скрипа не получилось, какой был бы от таких же кожаных. Ещё я взялся за меч, вынул его и покрутил "девятку" вокруг себя. Рукоять не соскальзывала, и я держал её как будто голыми руками, хотя и чувствовал нечто промежуточное, но это вовсе не мешало.

В куртку я одеваться не стал, так же, как и в штаны, потому что на улице холод ещё не в полную силу. Менять пиратский костюм на что-то другое не хотелось. Хотя он уже подрастерял в цвете из-за регулярных стирок чем-то напоминающим мыло, но жутко едким.

Остальные части наряда имели тот же цвет, что и перчатки, но листьев на них не росло. Там была обычная плотная ткань с тёплыми подкладками, на которую уже было нарощено растение.

"Прям, правитель, — подумал я, облетев себя магическим зрением. — Корону мне!"

Даже в пиратских одеждах вперемешку с плащом и перчатками я выглядел, как очень-очень зажиточный крестьянин в XV веке на Земле. Мне одно было не понятно, зачем всё это принесли? Вроде я и за своей одеждой следил, как полагается. Она была ещё в хорошем состоянии. Даже ту дыру на руке от канохского меча самостоятельно зашил, как возможность представилась. Разве что, это всё — зимнее? Тогда, зачем плащ?

Сняв обновки и взяв пояс с мечом, я вышел из дома в привычном облачении и без перчаток. Вынув меч Полосатик из ножен, я, в надежде скоротать время, стал приёмы отрабатывать. Это было единственным развлечением для меня, а заодно и тренировкой. Рука за два с лишним месяца привыкла к весу оружия, и я уже одинаково легко управлялся с ним что в одиночку, что в поединке с ялом.

Прошло полтора часа, и меч я отложил. Тут же усевшись уже на холодную землю по-турецки, я закрыл глаза и задействовал магическое зрение — СНДВ. "Способ Ночного и Дальнего Виденья", если переводить. Как-то меня посетила мысль, что оно хоть и называется магическим, ничего выдающегося в нём нет. Разве что, возможность посмотреть чуть дальше собственного зрения, за стенку или увидеть тусклые потоки магии. Даже палитра цветов сокращалась, когда я смотрел так, но я продолжал развивать его, что коснулось и названия.

По привычке, как это происходило перед сном, я осматривал ближайшую территорию вокруг, а из рук не выпускал ножа. Обычно никто по площадке уже не ходил, но сегодня мне вдруг попался Роулл, который стоял и задумчиво глядел куда-то вперёд из довольно неприметного места в двадцати шагах от дома.

"Какие гости! Чем обязан?" — Спросил я, забыв про расстояние. Это получилось так же легко, как если бы мы стояли в трёх метрах друг от друга. Ял оглянулся по сторонам и спросил:

— …? — Ах да, он стоял слишком далеко, чтобы его можно было услышать. Впрочем, уже машинально глянув на его губы, я прочитал по ним: "Кто это? Ты, Гнису?"

"Да я, я! Сижу себе летаю по площадке и нахожусь прямо позади тебя" — Ответил я фразой, которая, казалось бы, могла бы заклинить мозг. Видимо, с Роуллом это и произошло, потому что его лицо перекосилось в непонимающей гримасе. Он понял, видимо, только последнюю часть и обернулся, но никого не увидел.

"Как ты можешь находиться позади, когда просто сидишь там?" — снова прочитал я.

"А вот, — ответил я загадочно. — Но вообще, это магическое зрение и внедрение в мысли через расстояние"

"Я понял, что это магическое зрение, — ответил ял, — но как ты можешь думать так далеко?"

"Не знаю"

Ял подошёл ко входу, где уже и я стоял, и снова задал тот же вопрос:

— Как ты можешь думать так далеко?

— Не знаю, сказал же!

— Ты этого не говорил, — покачал он головой.

— Да как же? Точно помню, что подумал!

— Я не слышал, — ответил Роулл.

— Может, я рано перестал смотреть?

— Не знаю. Тебя Халун научил такому?

— У-му, — покачал я головой. — Сам.

Если бы Халун знал про такой способ, он бы, возможно, рассказал мне о нём. К сожалению, СНДВ он старательно избегал после того инцидента, но как бы ял не относился к нему, надо будет его спросить. Не исключено, что я на пороге магического открытия!

— Знаешь, — подумав протянул я, — Походу у меня есть, чем удивить мастера Халуна. — Голос выдавал мой внутренний восторг.

Ял хмыкнул.

— Удиви, только осторожно.

— О, можешь не беспокоиться! Тем более, я уже опробовал это на тебе, — ял поднял брови и вздохнул. — Кстати, почему ты сегодня не отправился в деревню, как обычно? — Наконец-то, я понял, что ял не просто так остался на площадке.

— Вот думаю. Я ничему новому с мечами обучить тебя не смогу. Наоборот, ты сможешь. Завтра будет другое оружие.

— Неужели лук? — Нотки восторга всё ещё не покинули мой голос.

— Ты увидишь, — сказал Роулл и пошёл к выходу.

— Тогда, до завтра. — Поблагодарить за новую одежду я уже никого не успел. Слишком поздно вспомнил.

***

После длинной ночи, половину которой я провёл в размышлениях, что за новое оружие хотел мне предоставить ял, я всё-таки заснул и уже утром, одевшись во всё новое, пошёл на площадку. Яла не было на привычном месте, но я заметил его недалеко, там где находилось стрельбище. Он стоял и ждал меня, держа в руках два совершенно обыкновенных лука, а рядом с ним лежало два колчана с прутиками и нанизанными на них перьями… Ладно, ладно, это были стрелы.

Ловко перескочив через ограждение, разделяющее две малые площадки, я встал прямо перед ним и сказал:

— Ну, не удивил. Хотя я уже и забыл, что ты стрелок. Небось, со Стены?

— Нет, хотя туда готовят именно на этой площадке.

— То-то, я смотрю, народ у двери не толпится.

— Стена — это армия, в которой ровно половина — запасные. Пока там никто не погиб или не умер, здесь не набирают.

— Стало быть, у них всё хорошо? А что же со мной?

— Ты сможешь пойти на стену, если захочешь.

— Не, буду сражаться на вольных началах — за себя, — отмахнулся я. — Кроме того, ни обещаний, ни присяги я не давал.

— Не хочется мне получить такого врага. Меч ты держишь хорошо. А луком мы займёмся.

— Уверен, что сможешь научить МЕНЯ? — спросил я хитро, сделав однозначный акцент на последнем слове.

— Для этого нужно лишь время.

— И сколько у меня? — снова задал я вопрос.

— Мы не ограничиваем.

Подумав немного, я сказал:

— Быстрее начнём — быстрее закончим.

После этих слов ял дал мне оружие — довольно тонко, но без хитростей сделанный лук с натянутой тетивой, представляющей из себя сплетение нескольких тонких верёвочек. Древко — согнутая от тугого натяга дуга с вырезами на концах для тетивы. Вопреки моим ожиданиям, его поверхность была гладкая без рисунков и украшений, ровно как и отметин. Видать, лук совсем новый. Мою догадку подтвердил сладковатый запах дерева, исходящий от оружия.

"Интересно, хватит ли того, что я видел в играх и по телевизору, чтобы стрелять?" — подумал я.

— Я не знаю, — ответил Роулл вслух. Только через несколько секунд я сообразил, что подумал снова "во всеуслышание". — Начинай, — добавил ял после паузы, когда я откровенно начал тупить.

Начнём с того, что я думал, стрелу держат большим и указательным пальцами, но как только взялся так, ял сразу же остановил меня. Зря он попросил показать, что я умею, ведь не умел я ровным счётом ничего. Роулл сказал, что таким образом я могу испортить оперение, так как держусь прямо за него, а это в свою очередь может изменить полёт стрелы, и не в лучшую сторону. Ял показал, что снаряд при выстреле нужно поместить между указательным и средним пальцами, а они, как крючки, должны удерживать тетиву и не сжимать его. А для большего захвата можно и безымянный палец подключить.