- Пап, ты храпишь! - обвинил Клим, появляясь в дверях в одних трусах. - И локтями толкаешься!

- Ты, вроде, спал, - удивился Саша.

- Да я просыпался то и дело, - возмутился старший. - Ладно, я пойду Норда выведу. Как вернемся - завтрак хоть будет? Поспать не даете, так хоть поесть...

- Все из-за вас, - ворчала я на мелких, воруя у Андрюшки ложечку каши. - Вот у Серебро вы спите спокойно, что тут-то орали?

- Не знаю, что они орали, знаю только, что сегодня вы на диване ляжете, Клим в спальне, а мы с Нордом на коврике.

- Норда спросил? А то на тебя жалуются, что храпишь и лягаешься.

- Тогда в машину придется идти, - вздохнул Сашка, ссаживая сытого сына на пол и давая ему непроливайку с соком.

- Это будут длинные, длинные выходные, - зевнула я.

- Я возьму этот большой мир,

Каждый день, каждый его час,

Если что-то я забуду,

Вряд ли звезды примут нас.

У Клима, оказывается, хороший слух и приятный голос, низкий, для тринадцатилетнего парня. Вырастет, будет говорить глубоким баритоном. Празднуем его день рождения. Дети уже поели и уселись в гостиной с гитарой - поют и играют многие в их компании. Потом, может и танцевать будут, найдут, чем себя занять. Мы убрали со стола, оставили напитки, сладости и ушли гулять, чтобы не смущать. Все именины в семье в декабре - седьмого у нас с Сашей, одиннадцатого у Клима, тридцать первого, как вы помните, у малых. Наш не отмечали. Еще, когда Сашу повысили, я грустно сказала Климу.

- Папа теперь заместитель командира отряда космонавтов.

- Ого! - обрадовался сын. - Это ж здорово! А что ты не радуешься, мам?

- Я радуюсь...

- Чет не похоже.

- Это потому, что мы его меньше дома будем видеть, Климушка. Ответственности больше, работы.

- Эт да. Только ты все равно лицо посчастливей сделай, а то он обидится.

Андрюшка ходит в ясли. Боялась, как он там привыкнет, но ничего. Воспитательница и няня очень добрые, приветливые, идет к ним охотно. И с детками играть любит. Одно горе - пустышку отобрали. Нянечка, Анна Петровна, улыбчивая, уютная, возраста Веры Васильевны, сказала мне.

- Маша, я Андрюше сказала, что пустышку мышка съела. Понимаешь, они ее всей группой по очереди сосали, а ведь мало ли - у кого сопельки, негигиенично. Да и отучать пора, к двум-то годикам.

- Я не против, Анна Петровна. Мы пытались, но дома-то еще меньше пользователь. Если только и его попробовать отучить, заодно уж.

Не скажу, что очень уж сложно было, отвыкли оба, не просили особо, даже Игорешек, Через две недели, примерно, и не вспоминали уже, кажется, купила Андюшке новые тапочки, теплые, с мышиными мордочками, с ушками.

- Дрюнька, смотри, Джерри, - обувая сына в обновку, ворковала я. - Джерри, мышка из мультика, мы смотрели, да?

- Мысы? - сын внимательно рассматривал ножки.

- Мыши, - подтвердила я.

- Это не мысы, это суки, - решительно разуваясь, выдал Эндрю. - Они сёску ам.

Я не нашлась, что возразить, только возопила.

- Клим!

- А? - откликнулся он из своей комнаты.

- Спустись, сына.

Скатился по лестнице, подхватил брата.

- Че, с малыми посидеть? Давай. А что это у тебя, брат? Ой, какие мышки красивые!

- Суки! - возразил Дрюня.

Клим ошарашенно посмотрел на меня.

- Ага, - подтвердила я. - От кого научился, не спрашиваешь?

- Че тут спрашивать, - буркнул сын. - Понял я, за языком следить буду.

- Ты - старший брат, ты для них пример, - не удержалась я от нравоучения. - И всегда будешь!

- Да понял я, понял! Я пошел?

- Иди. С английским помочь?

- Не, проверишь только. И диалог, а то я прошлый раз с произношением налаж... ошибся.

Опустила голову, сдержалась, чтобы вслух не рассмеяться. Хороший у нас парень растет!

По традиции, оставшейся от Союза, на новый год детям от профсоюза дали подарки - три мне, три Саше. Увесистые, больше килограмма каждая, коробки спрятали в прихожей. Уложили младших, Саша подмигнул мне, позвал Клима. Мы уселись на ковер в гостиной и Сашка принес подарки.

- Ни фига себе! - Клим с азартом высыпал конфеты на ковер. Я с удовольствием присоединилась, порылась, выбрала себе любимую, с орехами и карамелью.

- Не съедим такую кучу, - засомневался муж. - Надо подарить кому-нибудь.

- Куча - это когда больше не хочется, - философски ответствовал сын. - А тут - маленькая горка. Съедим!

- Хоть чаю пойду заварю, - поднялась я. - Клим, а ты что будешь, чай или минералку?

- Чай, - сладострастно разворачивая очередную конфету, ответил Клим. - Они от чая тают и больше помещаются!

Если бы я представляла себе новый год в обществе отца и его новой жены, то была бы глубоко разочарована. Но я ж девушка не настолько наивная - старую собаку новым фокусам не выучишь. Папа с Верой Васильевной укатили на очередной курорт. Уехали они двадцать девятого, а на тридцатое у нас с Сашей приглашение на корпоратив.

- Ну, три года не были, и четвертый не пойдем, - смирилась я.

- А ко скольки вам? - Клим доедал поздний завтрак. Мелкие приставали к Норду, псина короткими перебежками пыталась оторваться от преследования. Байкер тянул лапы на подоконнике, в опасной близости от цикламена. Надо все-таки цветок убрать, он его уронит когда-нибудь.

- В семь начало, но пока все соберутся... к половине восьмого пришли бы, часа два побыли, и домой, - помечтала я задним числом.

- Мам, давай я с ними побуду? Че там сидеть, они в девять спят уже. Андрюха вообще большой, на горшок сам ходит.

- Не знаю, - засомневалась я.

- Мам, я взрослый?

- Взрослый, но...

- Я ответственный?

- Ответственный, Клим, но...

- Ты мне доверяешь?

- Доверяю, - сказала я твердо. Нельзя сказать своему ребенку 'доверяю, но...'. Что за доверие с оговорками?

- Все, значит, договорились, - Клим засунул тарелку в посудомойку, стряхнул крошки со стола. - Можешь, для успокоения, написать мне список.

Собралась понервничать, но отложила на вечер. Позвонила в перерыв Саше, посоветоваться.

- Я уже сама не рада, что завела этот разговор, - говорила я негромко, для конспирации закрывшись в туалете. - Теперь не оставить нельзя, и оставить нельзя!

- Марусь, давай сходим, - предложил муж. - Оставался же Клим с Андрюшкой год назад. А теперь он на год старше, и Андрюха.

- И Игорешка еще прибавился.

- Если мы его с мелкими не оставим - обидим, и сильно.

- Да я понимаю! - не сдержалась, испуганно посмотрела на дверь. - Ладно, тогда приходи пораньше, сможешь?

Положила трубку, секунду подумала и набрала Милу. Раз в люди иду, надо же про прическу подумать!

- Нас лишат родительских прав, - подумала я вслух, вылезая из такси. - Одиннадцатый час, родители пьяные, дети дома одни.

- Ты каждые пятнадцать минут звонила и смс-ки отправляла, все с ними в порядке, - успокаивающе погладил меня по спине муж, вызывая лифт.

Осторожно открыли дверь, прислушались. Тихо.

- Спят, наверное, - шепотом предположила я, прокрадываясь в гостиную.

- Спят, - подтвердил с дивана Клим, закрывая ноутбук.

- Как вы тут, сына? - спросила я, с облегчением снимая пальто и усаживаясь рядом. - Не плакали?

- С чего? - удивился сын. - Как погуляли?

- Хорошо. Спасибо, сынуль, - потрепала его по коленке. - Все, отдыхай.

- Споки, - пожелал нам с Сашей ребенок.

- Я зайду на Андрюшку посмотреть, - предупредила я его. - Только переоденусь.

- Ага, - Клим заразительно зевнул. - Там Норд спит, на него не наступи.

На кухонном столе лежала моя 'напоминалка' с расписанием, против каждого пункта аккуратно стояли галочки, в суповой чашке торчал помятый цикламен.

Глава 20.

Не думаю, что увидев меня на корпоративной вечеринке, Яшин вдруг решил, что пора бы мне уже на работу. Наверняка, какой-то разговор еще до нового года был. Как бы то ни было, девятого января он мне позвонил и предложил приступить к обязанностям 'как можно быстрее'.

Положила трубку в глубокой задумчивости. С одной стороны, я хотела больше времени проводить с детьми и выйти на работу, когда Игорене полтора года исполнится. С другой стороны, Андрюшка в яслях, с младшеньким по большей части сидит Вера Васильевна и дедушка (ой, будет папа к старости подкаблучником), а мне уже хочется, после двух лет дома, немного нагрузить голову.