глава 7
Кирилл.
— эээм… мы заняты тут.
Сообщил спокойно женя не понимая моего взгляда.
— извини братан, что отвлекаю, но можно тебя на минутку? Уточнить один вопросик…
— да конечно.
Он подошел ко мне и хотел было что-то сказать как я резко схватил первую попавшуюся гитару и резко сломал инструмент об его голову. Женя не выдержал неожиданного удара повалился на пол.
Я старался сдерживать свои рвущиеся наружу эмоции, но это было сильнее меня. Внутри все разрывалась от гнева и острой боли рвущегося сердца. Я готов был убить урода.
Я схватил мудака за шкирку и поднял кверху чтобы замахнуться и хорошенько вдарить в морду уроду, но ударить я не успел. Тоненькие ручки обвили мой торс, она прижалась ко мне со всей силы заставляя остановиться.
Сердце застучало в бешеных конвульсиях. Оно бедное уже изрядно измучилось и кажеться начинает помирать. Как я не хотел, а сердиться на кошмарика я был не в силах. сейчас начинаю сходить с ума ощущая желанные руки на себе. Хочу чтобы она никогда их не убирала. Твою мать! Да я и так изрядно покоцанный от ее безразличия! Ей не надоело издеваться? Она видимо сама не понимает как сильно влияет на меня так как со всей силой вцепилась боясь что я продолжу начатое. Она серьезно так им дорожит!?
Я откинул урода подальше чтоб не сорваться. Он чуть ее не поцеловал!!! Мразь! Сердце снова залилось кровью страдая в этой вечной муке.
— Настя…
Прокаркал я хриплым голосом ее имя.
— Кир, ты что наделал!? Ты же его убить мог! Совсем крыша потекла!?
она расцепила руки и отойдя от меня, подбежала к валяющейся твари. Я зарычал от дикого недовольства и гнева. Какого черта?! Что она делает рядом с ним!?
— Женя, ты как?
Спросила она присаживаясь на корточки возле него.
— пока просто ахренительно! сейчас сломаю ему пару ребер и тогда можно будет паниковать!
— Кир, ты совсем нормально в ситуации разобраться не можешь что ли?!
— о могу! Женёк давай я тебе помогу! — я взял в руки контрабас и пошел в сторону куска идиота — Избавлю тебя от боли навсегда!
— не подходи к нему! Больной!
Я замахнуться не успел как она встала у меня на пути.
Я взглянул в ее гневные глаза и моё сердце снова начало бешено подавать признаки жизни. Твой мать! За что?!
— уйди отсюда. — эти слова опять резали моё сердце на части и я лишь рвано вздохнул подавляя в себе глубокую боль. — и в себя для начала прийди. Я тебя такого видеть не хочу!
что мне оставалось? Я конечно ушел, посмотрев с безграничным гневом и ненавистью на бывшего приятеля.
После я набрал Егора и сообщил что жду его в клубе. У меня не было больше сил бороться с этой девчонкой. Он добивала меня все эти годы, когда я не мог сделать ей не одного удара кроме жалких задирок и пакостей.
Что я мог? Просто тихо сходить с ума по девчонке которая постоянно гневно стреляла в меня молниями. Да я все готов ей простить и сам встать на колени чтобы только она мне хотя бы разрешила находиться рядом. Я же дышу когда она рядом. Правда рвано, но мне плевать, лишь бы рядом была. От ее казалось бы простых прикосновениях начинается эйфория и мне хочеться чтобы она никогда не убирала руку. В последнее время я все чаще стал уставать и не спать ночами думая о своем Кошмарике. Ни одна девушка не получала от меня столько внимания и ни об одной девушке я так не думал как о ней. Это все! Прощай моя и без того шаткая крыша!
Я сидел у барной стойке и и глотал во всю алкоголь из бара. Мне было плевать что это. Просто хотелось залить раны алкоголем чтобы было не так больно. Как же я устал… пошло оно все к черту!
Сзади меня кто-то похлопал по плечу и сел рядом крикнув что-то барману.
Я посмотрел в сторону сидящего рядом соседа и своим уже опьяневшим мозгом признал Егора.
— что братан? Все так плохо? Коньяк как дурной хлещешь.
— плохо у курицы! Она летать не умеет! У меня все охренительно!
— угу, я вижу…
Следующие несколько часов мы с Егором выпивали и веселились. Точнее Егор во всю отжигал, а я сидя за барной стойкой пьяна ему улыбаясь. Ну вот Егор когда напивается, становиться совсем неуправляемым и безбашенным. Юля постоянно его в это упрекает и запрещает выпивать аргументируя это тем, что Егор совсем не умеет пить.
в общем я тупо уходил от проблем. Это мне совсем не свойственно, но сейчас я настолько устал от всего, что решился сбежать на время от боли которая слишком часто преследует меня, чтобы можно было спокойно с ней мириться.
Так и зажигали мы с Егором всю ночь и утро забив на школу. Егор конечно удивился так как я никогда не пропускал школу. И я снова вспомнил ту, из-за кого я постоянно перелся в нашу гимназию. Сердце снова напомнила себе теперь уже просто ноющей болью и немой просьбой как можно скорее оказаться рядом со своим колючим кошмаром и получать стальным лезвием о вглубь побитой души.
Нет! Никаких провокаций!
Так мы с Егором провели неделю. Всю эту неделю я находился словно в прострации. Я упрямо не хотел забывать Кошмарика и кричащий внутри голос требовал рядом с собой эту гневную фурию. В первый раз я так долго не вижу ее рядом. Наверняка она тоже этому удивляеться. Все же доставал я ее на проттяжении одинадцати лет и наверняка она привыкла, что я всегда рядом.
Егора Юля несколько раз забирала из клуба и возмущалась на меня. Говорила, что я спаиваю ее парня, но я не виноват. Егор просто не привык бросать друзей в беде. И вот после того как Егор уходил с ворчащей Юлькой под руку, я погружался в себя и в мозгах была просто каша из всего накопившегося. Я думаю что, если еще раз увижу этого очкастого придурка, плевать одного или с Кошмариком, но то что меня точно никто не остановит теперь, я знал как пить дать. Потом снова приходил Егор и начинался отрыв и алкаголь, алкаголь, алкаголь и до безпамятства. Пока Егора снова не забирали. Потом же он снова приходил.
Мне уже не хотелось ничего. Не надо было никакого веселья и алкаголя. Мне просто было хреново. Один раз пошла кровь которую я не мог остановить часа четыре.
Потом меня почему-то потянуло на крышу. Я не понимал зачем. Просто надо было и все. Раз было надо, я шел. Предупредил пьяного Егора и пошел на соседнее здание.
Не знаю уже как я оказался на крыше. Я какой сегодня день-то не знаю…
голову почему-то въелись ее последние слова:
《Уйди отсюда. И всебя прийди сначало. Я тебя таким видеть не хочу!》
Я отпил из стеклянной бутылки какую-то ядреную жидкость и свесив ноги с крыши зачем-то смотрел на звезды.
Созерцать вид с крыши было почему-то таким правильным поступком. Я почему-то это чувствовал.
— ты ко-неч-но на…шел месс…то где звез-ды рас-мат-ривать…
я обернулся на резанувший по ушам знакомый голос. Теперь я начал сходить медленно с ума. А почему собственно медлено? По моему очень даже быстро. Я увидел дрожащую от страха Настю… она не могла прийти в это место! Она слишком боиться высоты. Это глюк?
я отпил янтарную жидкост из бутылки и сново взглянул на звезды с немым вопросом на который мне так и не приходил ответ.
Кошмарик отобрала из моих рук бутылку и неподходя к краю крыши, бросила ее вниз.
— а если бы там шел человек?
— а ну да ты прав. сй-час пойд-у спу-щусь и в-се по-дбер-у, а вд-руг к-то-то пор-а-ниться.
Прокаркала она дрожащим голосом и собралась уйти, но я быстро схватил ее за руку. У меня аж разум быстро протрезвел.
— в-в а-ду я вид-ала так-их к-к-ак ты!
Выкрикнула она обернувшись ко мне и разозлившись на что-то. Или у девчонки опять сработала защитная реакция.
— вот и интересно конечно. Что же ты в аду-то делала?
— а вот тебя ду-рака и-скала! Ты че накр-ышу зале-з?! Сд-охнуть захо-телось!? За-чем т-т-ебе крыш-а!? У т-ебя же я ес-ть! Ща в-се устр-ою!
— не заводись кошмарик.
я тепло ей улыбнулся, а в душе все горело от радости, что она снова рядом. Просто рядом и все.
Я повел кошмарика в глубь крыши чтоб ей не было так страшно. Вот вроде Кошмарик которого все должны бояться, но в итоге боиться всего больше она.
— ты чего тут забыла ужастик? Ты же боишься.
И не только высоты, но и меня. У нее привычка такая. То чего она боиться больше всего, предпочитает ненавидеть и причем больше всего.
— тебя неделю не было. Я к Юле пошла. Она сказала что ты козел, спаиваешь ее парня и сказала адрес заведения. Я пришла, и нашла только Егора. Он сообщил, что ты пошел на крышу убиваться. Я прибежала, а ты вроде не убиваешься. Раз не убиваешься, то я пошла тогда. Пока.