– Значит, Арганел тогда не убил её…

Это у вас двоих надо спросить. Шеннария так уверенно говорила о смерти матери, что я думал, вы были при этом свидетелями.

– Нет, лично я в тот день Арганела вообще не видел, только слышал голоса и перепалку из другой комнаты. Но мы с Шенни даже не предполагали, что он зачем-то может оставить Анжелию в живых.

– И тем не менее, он это сделал.

– Значит ли это… – пробормотала девушка, – что мама могла видеть меня? Тогда, через глаза призванного?

Торнео задумался над вопросом.

– Разве что если она совершенно случайно в этот момент решила связаться с ним… Хотя после того, как ты его схватила, призванный вполне мог подать сигнал тревоги.

– Думаю, тогда она подала бы какой-нибудь знак, – сказал Дариан. – Да и какая разница, видела она нас или нет? Главное, что теперь мы знаем: Анжелия жива. Что будем делать? – он повернулся к девушке, предоставляя ей принимать решение.

– Придём в Нориам, – негромко, но без тени сомнения в голосе произнесла она, – и сами всё выясним.

– Помнится, ты сама уверяла, что нам не позволят вот так просто расхаживать по улицам.

– Почему бы и нет? – непринуждённо ответил Торнео. – Некромантку в сопровождении призванных вряд ли кто-то примет за бродягу. Пара человек пойдёт с ней, а остальные войдут в город в другое время и с другим клеймом, чтобы не вызывать подозрений. Главное – обернуться раньше, чем весть о странной гостье разлетится по городу, и Арганел успеет поднять шум.

– Мы не будем притворяться и скрываться, – твёрдо произнесла Шенни, спрыгивая со стула на пол. – Я – Шеннария Маридан! Я законный житель Нориама и наследница уважаемого рода некромантов. Мы войдём в город, все вместе, и выясним, что стало с мамой. И никто не посмеет остановить нас!