— Вы обе просто загляденье, — подтвердила Джесс. — Мэди, Лиз права, Джеймс обалдеет от твоей красоты, ты не должна сомневаться, — она кивнула и погладила свой округлившийся живот. — Лиз, — теперь Джесс смотрела на меня, — Логан, когда увидит тебя, у него рот откроется от удивления и восхищения. Ты сейчас такая красивая и я никогда не видела, чтобы ты столько улыбалась. Ты очень изменилась за эти два месяца, и у тебя тоже стал расти живот, — я опустила глаза и улыбнулась, у меня действительно появился небольшой животик, и мне это безумно нравилось, это означало, что во мне развивалась жизнь и не одна.

— Я знаю, Джесс, и я жду не дождусь, когда Логан увидит меня. Думаю, я ему понравлюсь, — она улыбнулась. — А ты, — я обратилась к Мэди, — не смей сомневаться в своём женихе, который просто без ума от тебя.

— Больше не буду, только не ругайся на меня, — поспешила ответить она и сделала жалобные глаза, я покачала головой и улыбнулась ей.

— Вон они приехали, — сказала Кейтлин радостным голосом, и мы увидели, как автобус парней вывернул из-за угла.

Наконец-то я увижу своего Логана. Я просто безумно соскучилась по нему, хотелось поскорее оказаться в его объятиях и почувствовать тепло его тела, его дыхание, так хотелось поцеловать его и снова ощутить его запах. Это ожидание убивает больше всего, особенно когда ты уже видишь как паркуется автобус и открывается дверь, время словно замирает, а в следующую секунду тебе кажется, что оно совсем остановилось. Но вот открылась дверь автобуса, и сердце застучало так сильно, что я сама его слышала.

Сейчас он выйдет, и я просто не сдержусь и брошусь в его объятия, по которым за эти месяцы соскучилась больше всего.

Первым вышел Кендалл и увидев нас, заулыбался, я взглянула на Джесс и она, посмотрев на своего любимого, заплакала. Он тут же подбежал к ней и заключил её в объятия, от чего она заплакала ещё сильнее. Это было настолько трогательно и мило, наблюдать за ними, просто глаз невозможно было отвести, они очень любили друг друга и разлука только лишний раз доказала это.

Я улыбнулась, и повернув голову в сторону автобуса, увидела Логана. Теперь для меня перестал существовать мир, всё вокруг сейчас потеряло значение, был только он, мой муж. Он не изменился, только по-моему стал ещё красивее. Я видела, как он стал улыбаться, смотря на меня, как же я соскучилась по его улыбке, по его родным чертам лица, по глазам, я просто соскучилась по нему. Я больше не могла стоять на месте и бросилась к нему навстречу, он подхватил меня и крепко прижал к себе, я поняла, что не смогла сдержать свои эмоции и заплакала. Сейчас всё во мне было радо видеть его, чувствовать его сильные руки, я всем своим телом и душой сейчас была счастлива настолько, что казалось я захлебнусь от этого, мне не хотелось больше никуда его отпускать, и я боялась, что теперь я не смогу больше выдержать разлуку.

***

POV: Логан

Этот тур дался мне очень тяжело. Мне всегда нравилось ездить по разным городам, встречать наших фанатов, выступать для них, раздавать автографы и видеть их счастливые лица, всё это приносило мне радость. Я очень любил эти моменты, но этот двухмесячный тур я думал, что я не выдержу. Такое со мной было в первый раз, я просто мечтал, чтобы поскорее он закончился.

Мне так хотелось всё бросить и вернуться домой к своей девочке, которая была беременна, которая сейчас нуждалась во мне как никогда. Я должен был быть постоянно с ней рядом, я же её муж. Это моя обязанность быть рядом с ней, а тем более сейчас. Я очень переживал за неё и малышей. Доктор предупредила, что у Лиз слабый организм, что ей нельзя расстраиваться, но как она могла не переживать, если сейчас я был от неё так далеко. Хоть она мне и не говорила, что ей плохо без меня и по телефону всегда была весёлой, я знал, чего ей это стоило. В эти моменты она пересиливала свои эмоции, и делала она это ради меня, она знала, что я буду дёргаться и отвлекаться, а она совсем этого не хотела.

Ради её спокойствия я тоже всегда старался быть весёлым, рассказывал ей смешные случаи, которые происходили со мной и парнями, что случалось часто, поэтому, когда мы часами говорили с ней, я чувствовал, что это очень поднимало ей настроение. Но моя душа разрывалась от боли, от вины, от тоски. Я очень скучал по Лиз, она снилась мне почти каждую ночь, ведь не зря говорят «нам снится то, чего нам больше всего не хватает», мне очень не хватало моей Лиз, мне хотелось чувствовать её прикосновения, ощущать её запах, мне необходимо было обнимать её. Мне безумно хотелось положить руку на её живот и ощущать наших малышей. Когда я вернусь, Лиз будет на третьем месяце беременности и у неё уже появится небольшой животик, и я уверен, что она будет выглядеть просто великолепно.

Я думал о ней каждую свободную минуту, мои мысли были заняты только моей семьёй, которая сейчас была далеко от меня. Мне было тяжело, мой мозг постоянно говорил мне о том, что я оставил беременную жену дома. А ради чего? Ради концертов, ради постоянного скитания по городам? Нет, конечно я работал не только из-за того, что это приносило мне невероятную радость, но я делал это и потому что это было важно и значимо для других, для наших фанатов, которые любили нас, которые приходили послушать нас, вот именно ради них, мы продолжали всё это делать.

Но теперь всё изменилось, беременность Лиз перевернула всю мою жизнь в хорошем смысле. Я хотел семьи, я мечтал о детях, всё это нужно было мне, сейчас думая об этом внутри у меня сразу становилось так тепло, так хорошо, потому что моя мечта сбылась. У меня потрясающая жена, которую я безумно люблю, которая любит меня. И через несколько месяцев она сделает меня отцом. Только Лиз могла быть рядом со мной, и только она могла стать матерью моих детей.

Я мечтал о ней каждую ночь, когда я был не рядом с моей девочкой, я представлял себе жизненные моменты, связанные только с ней. Я ценил каждую секунду, проведённую с ней, потому что их было очень мало. Мне всегда приятно чувствовать прикосновения её рук, приятно ощущать на себе её пронзительный взгляд, который заставлял меня забыть обо всём на свете. Я просто люблю её, за внешность, за характер, за поступки, за то, что она есть, а главное за то, что она есть в моей жизни. Я не могу потерять её, а из-за моей работы это могло случится. Я больше не хочу уезжать от неё. Я не могу отсутствовать дома большую часть своей жизни. Я всё пропущу, все моменты, я не смогу увидеть, как растут мои малыши. Все эти мысли просто поглощали меня на протяжении всего тура, я никак не мог выкинуть из головы это чувство вины. Я очень устал и больше не могу, я просто хочу быть дома рядом со своей женой.

Сейчас мы ехали в автобусе, у нас через несколько часов последний концерт тура в Лас-Вегасе. Я посмотрел на парней, они же тоже были моей семьёй, и я не мог всё это решать один, но дальше так не может продолжаться.

Теперь мне нужно думать о моей жене и о моих детях, я не могу оставлять их, по крайней мере, так часто. Я больше не хочу испытывать эти чувства: вину, боль, тоску, страдание, именно сейчас я всё это чувствовал. Я просто хочу быть рядом с Лиз, особенно сейчас.

Тяжело вздохнув, я решился, нам пора обсудить это с парнями, мы вообще последние дни были погружены в свои мысли, как будто нас всех что-то мучало, но мы не решались выпустить это наружу и я решил, что я буду первым, кто заговорит о том, что творилось внутри меня.

— Парни, нам надо поговорить, — сказал я, и они отвлеклись от своих раздумий и кивнули. — Послушайте, мне нелегко поднимать эту тему, но так больше нельзя, нам нужно сделать передышку. За последнее время очень много чего случилось, мы стали другими, мы повзрослели, наша жизнь круто изменилась, у каждого из нас есть люди, которые постоянно нуждаются в нашей заботе. Мне очень тяжело сейчас это говорить, но выслушайте меня, а потом скажете все, что вы обо мне думаете, ладно? — они все как один кивнули, говоря о том, что готовы дать мне возможность высказаться. — Я ценю вас, очень уважаю, я люблю вас, вы мне как братья. Вы столько для меня сделали, вы так меня поддерживаете, как никто, поэтому сейчас мне тяжело поднимать эту тему, — у меня встал ком в горле, неужели это конец, и я это скажу своим самым близким людям. — Я не могу так больше. Я не могу постоянно испытывать это чувство вины перед своей женой, каждый раз, когда я собираюсь сказать ей о туре. Ребят, я ни в коем случае не хочу распада группы, но я прошу вас, давайте передохнём, или хотя бы обговорим этот момент, — они переглянулись между собой, но всё также молча продолжали слушать меня.