— Поцелуй меня, — прошу я его тихо. Логан не задаёт лишних вопросов, ничего не говорит, а просто целует меня. Сдержанно, сладко, мягко и так приятно. Это было так чувственно, мои губы ощущали сладость его поцелуев.

Мне нравились любые его поцелуи, и те от которых кружилась голова, и горели губы, и те от которых внутри всё замирало и казалось, что он дарит мне любовь всего мира. Я запускаю руки в его волосы, просто чтобы продолжить это наслаждение хотя бы на пару минут, Логан не сопротивляется, он всё также нежно продолжает целовать меня, бережно кладёт руки мне на спину, приближая меня к себе ещё ближе. Я в его объятиях и это всё что мне сейчас нужно. Я смаковала каждое его прикосновение, просто наслаждалась этим моментом спокойствия. Я наслаждаюсь каждой секундой, проведённой рядом с этим мужчиной, и так приятно осознавать, что ему хочется целовать меня.

Отстранившись от меня, Логан робко целует меня в уголки губ.

— Спасибо, любимый, — я глажу рукой по его щеке, он закрывает глаза, наслаждаясь моим прикосновением, потом снова смотрит на меня с успокоением и его глаза сияют, — за то, что ты целуешь меня всегда, когда я нуждаюсь в этом.

— Я готов делать это постоянно, при любых обстоятельствах, при любых условиях и в любых местах, — говорит он с улыбкой, и я улыбаюсь ему в ответ. — Я так люблю ощущать вкус твоих губ, они у тебя такие сладкие. Похоже сегодня тебе и нашим дочерям достанутся опять два куска торта, — он прикасается к моим губам, целуя меня, — потому что я получаю достаточно сладкого от своей жены и думаю весь вечер мне обеспечено чувствовать на своих губах твои восхитительные, нежные, мягкие и самые сладкие поцелуи.

— Я с огромным удовольствием буду целовать тебя хоть каждую секунду.

— Я рассмотрю твоё весьма заманчивое предложение, — говорит Логан с ехидством, за что получает от меня по руке. Он притворно вскрикивает. — Ты же поцелуешь меня? Ты всегда целуешь меня после того, когда побьёшь, — я расширяю глаза.

— Я не бью тебя! — говорю я с возмущением. — Ну может только чуть-чуть и это происходит, только пока я беременна, это твои подколы и мои гормоны вынуждают меня лупить тебя.

— Я знаю, — шепчет он, — и именно по этой причине я не возмущаюсь, ну и ещё по другой причине, — он лукаво улыбается.

— И по какой же? — я делаю невинное лицо, будто не понимаю, про что идёт речь, хотя сама сразу догадалась о его намёках, но хотелось, чтобы он поцеловал меня.

— Вот по какой, — мой муж наклоняется к моим губам и прикасается к ним своими тёплыми и мягкими губами, лишь слегка целуя меня, потом смотрит мне в глаза, — и по-моему, ты знала эту причину, но как всегда схитрила.

— Ты очень хорошо меня знаешь, — говорю я тихо и целую его в щёку. — Я люблю хитрить когда дело касается тебя и твоих губ, — я трогаю пальцем его нижнюю губу, которая уже зажила после удара Карлоса. — Всё прошло.

— Спасибо моей жене, — он целует мой палец. — Пойдём, мы и так тут вдвоём слишком долго и остальные обязательно не умолчат об этом, — он быстро целует меня в губы, и мы идём в гостиную.

Кендалл сидел в кресле и разговаривал с Мэди и Джесс, увидев нас, они помахали рукой, но нас с Логаном привлекла совсем иная картина. Возле рождественской ёлки на ковре сидели Джеймс и Тори, но они не просто сидели и смотрели друг на друга, они играли. Вокруг них были разбросаны мягкие игрушки разных животных.

У Джеймса в одной руке был белый заяц, которого Карлос подарил Джесс, когда узнал, что она беременна от него, а в другой — белый медведь, которого подарил Кендалл, когда понял, что влюбился в Джесс. Тори сидела напротив него и внимательно с широко раскрытыми глазами наблюдала за тем, как Джеймс вертел в руках игрушки, пищал тонким голосом, изображая для Тори диалог этих животных и корчил разные рожицы.

Периодически наш маленький ангелочек звонко смеялась, и от этого Джеймс приходил в полный восторг, потому что его улыбка была шире, чем обычно. Это была такая трогательная картина. Всегда щемило сердце, когда парни сюсюкались и игрались с Тори, потому что когда видишь, как взрослые мужики сами становятся детьми — это растопит любое сердце.

Я смотрю на Логана, и он также как и я наблюдал за Джеймсом, было видно, что он хотел засмеяться, но он сдерживал себя, потому что с другой стороны он умилялся над этим. Он поворачивается и с улыбкой смотрит на меня.

— Дивная картина, — говорит он, — я же говорил, что сегодня будет много эмоций, — Логан помогает мне сесть на диван, напротив ребят и садится рядом со мной, беря меня за руку. — И давно он так веселится? — спрашивает он у Мэди.

— Да, как только мы пришли, он сразу бросился к ней, — она смотрит на часы, — уже сорок минут Джеймс просто не отрывается от неё, — Мэди смотрит на своего жениха, а в глазах такая радость, потому что она прекрасно понимает, каким чудесным он будет отцом. — Он такой милый, — пропищала она. — Я никогда его таким не видела. Это так необычно и непривычно. Он сам сейчас как маленький ребёнок и это так здорово, — она была готова заплакать и махнула головой в его сторону. Мы все одновременно посмотрели на Джеймса, который в данный момент скорчил такую смешную рожу, что мы не сдержались и засмеялись, но он даже не заметил этого, потому что был увлечён игрой с Тори. — И это отец моих детей, — сказала Мэди с улыбкой и покачала головой. Она опустила взгляд и погладила свой живот. — Вы бы видели своего папочку сейчас, он такой дурачок, — она усмехнулась, — но он будет безумно вас любить, — она поднимает глаза и смотрит на нас с нескрываемой улыбкой. Мы сами, смотря на нее, не смогли сдержаться и заулыбались одновременно, потому что она сейчас была такой милой и такой счастливой. — Что? — спросила она уже серьёзно. Вот она — перемена настроения.

— Ничего, — отвечает Логан за всех, чтобы не смущать её. — Ты как себя чувствуешь? Как малыши?

— С ними всё отлично, толкаются. Особенно сильно, когда Джеймс разговаривает, — я смотрю на Логана, потому что у нас было точно также, наши малышки сразу оживлялись, когда слышали его голос. — Так приятно осознавать, что они там шевелятся, мне сразу становится спокойно, потому что я знаю, что с ними всё в порядке. А что касается меня, — тут её взгляд изменился, появилась какая-то небольшая грусть, было видно, что она устала, — если я скажу, что меня всё устраивает то совру.

— В смысле? — переспросил мой муж, и мы все переглянулись. Мэди сначала посмотрела на Кендалла с Джесс, потом на нас с Логаном, потом бросила взгляд на своего жениха, который увлечённо играл с «племянницей» и явно ничего вокруг не замечал, и увидев это, Мэди решила излить нам душу, я сразу это поняла по её решительным измученным глазам.

— Ребят, я устала, я больше не могу таскать этот живот, — она опускает глаза. — Когда вы уже вылезете из меня? — сказала она своему животу с отчаянием в голосе. — Это невыносимо. Я уже хочу, чтобы они появились на свет.

Я больше не могу, пусть они уже родятся сегодня, — Мэди опять смотрит на нас. — Я ужасная, если так говорю.

— Совсем нет, — Кендалл подсел рядом с ней и осторожно погладил её по плечу, — ты не ужасная. Мэди, но это нормально, что ты устала, что тебе тяжело, и ты поскорее хочешь, чтобы это закончилось. Понятно, что это огромный труд носить в себе такую тяжесть, — сказал он мягко. — Осталось совсем чуть-чуть, потерпи.

— Тебе легко говорить не ты же таскаешь на себе эту тяжесть, — сказала Мэди с сарказмом. — Мне тяжело ходить, я быстро устаю, меня бесит то, что я ем всё подряд, — парни усмехнулись, и она грозно посмотрела сначала на Кендалла, а потом на Логана.

— Прости, Мэди, — осёкся Логан, он знал, что не стоит сейчас раздражать её ещё больше, — мы не смеёмся над тобой, правда, — сказал он серьёзно, и Мэди смягчила свой взгляд. — Кендалл прав, это всё скоро прекратиться, но согласись, что какой бы дискомфорт тебе это не приносило, это прекрасно, у тебя там растут дочка и сын. Твои и Джеймса, — Мэди улыбается. — Они родятся, и я уверен ты будешь скучать по этому. Ты же так прекрасно выглядишь сейчас, так светишься, ты такая счастливая, ты всегда улыбаешься, и беременность так тебе идёт.