В спальне царил полумрак. На кровати лежали мужчина и женщина, обессиленные, не счастливые, но умиротворенные и благодарные за передышку, которые они могли позволить себе в своих сумасшедших жизнях.

— Тебя, точно, мои конкуренты подослали, — хмыкнул Хьюго наматывая на палец прядь волос Эммы, голова которой покоилась у него на груди. — Такими темпами ты меня в гроб вгонишь! В конце концов у меня к тебе был серьезный разговор и пара тройка вопросов, весьма неприятных.

— В чем дело, задавай, — девушка лежала не стесняясь своей наготы, она повернула голову и посмотрела на Хьюго, приготовившись слушать.

— Вот так сразу?! Я не хотел сразу! Мне нужно было тебя еще помучить!

Карие глаза мужчины забегали не зная куда смотреть: то ли на упругую обнаженную грудь, то ли на божественной красоты лицо с бездонными и неживыми зелеными глазами.

Заразительно рассмеявшись, Эмма схватила край простыни и набросила на себя, развернулась и легла на живот.

— Так легче?

Восторженно покачав головой, Хьюго прикусил губу и поднял глаза к потолку. В присутствии Эммы, конструктивного и серьезного разговора быть просто не могло, а потому трэндулей она получала от него редко и они носили не совсем официальный характер.

— Как ты здесь? — забота о постороннем человеке была свойственна Селестино меньше всего, но бесхитростный нрав Эммы давно пробил брешь в этом железном принципе.

— А Руди, что-то упустил в своем отчете?

Хьюго промолчал и закатил глаза, словно два часа разговаривал с ребенком и его терпение уже на пределе.

— Твой старик, он же был с тобой, когда приступ случился? — последовал следующий вопрос.

Эмма резко поднялась и села на кровати, повернувшись к Хьюго спиной. Она вцепилась в простыню, удерживая ее на груди.

— Да.

— Ему хоть самому плохо не стало от этого зрелища? — помимо очевидной издевки в голосе Селестино был подтекст.

— Говори прямо! Если я не переживу очередную поездку в Санта-Монику, то и Ларсон долго не протянет? Так?! — Эмма почувствовала, как рука Хьюго примирительно скользнула по ее плечу и дернулась резко, чтобы ее сбросить. — Ты своими ушами слышал, что говорили врачи. Самые лучшие, те, кто творят чудеса!

— В Хаддас вернулся Хосе Коэн. Он ездил по обмену опытом в Японию. По-моему стоит хотя бы проконсультироваться! — Хьюго встал с постели и набросил халат.

Эмма последовала его примеру, но вдруг замерла и посмотрела так, словно понимала, что пожалеет о словах, которые собирается сказать, но и промолчать не в силах.

— Переживаешь, что я отправлюсь на тот свет, прежде, чем ты сможешь найти мне замену? Не стоит, Хьюго, до того момента я успею тебя достаточно обогатить…

Эмма видела, как больно резали ее слова и Селестино поморщился, он медленно подошел, в своей привычной манере, гладя себе под ноги и остановился напротив девушки, после чего порывисто поднял голову и посмотрел ей глаза.

— Замену тебе найти не проблема, дорогая, хоть завтра… Вот только мне этого сильно не хочется делать, а заикнешься об этом в подобном тоне хоть еще раз, то сильно пожалеешь… Одевайся! У нас еще много дел…

Карие глаза Хьюго обдали Эмму холодом, но губы дернулись в фирменной улыбке, мимолетной и горькой.

--

— Утром все было нормально! Конечно. произошедшее можно списать на стресс, но…, - Оливия говорила полушепотом, чтобы ее разговор с Ллойдом не долетел до сидящих за столом в конференц зале.

Селестино, как и водится опаздывал. Инцидент, произошедший во время завтрака со Стивеном, взбудоражил миссис Грэнсон, но она старалась сохранять невозмутимый вид, списав все на нервы. Проклятое приглашение, подвернулось так не вовремя и пока Стивена рвало в туалете, Оливия успела его убрать от греха по дальше. Что уж кривить душой, ей и самой порядком поплохело. Совершенно очевидно, что фото было не смонтировано, жалость к бедолаге, которая такое вынесла странным образом перемешалось с вполне естественным отвращением и никому не нужной злостью, к чудовищу, которое могло совершить нечто с женщиной. Утро было испорчено дальше некуда!

Ллойд оглянулся на брата, тот выглядел спокойным и внимательно изучал документы. Стивен провел этот месяц в изнуряющем ожидании и теперь, когда проект был готов, настало время действовать ему. Ответственность за будущее «Грэнсон корп», сегодня полностью ляжет на его плечи и Ллойд сомневался, что брат справится с поставленной задачей. К тому же, Виктор именно в такой тяжелый для компании момент решил отправиться в отпуск.

Макет здания возвышался посередине стола, то и дело приковывая взгляд Стива. Стоило отдать ему должное, жалоб и сомнений брат не выражал, хотя нервозность, хорошо скрываемая от посторонних, бросалась в глаза слишком частыми прикосновениями к узлу галстука или почесыванию мочки уха.

— Самое страшное уже случилось. В «Грэнсон корп» работаю специалисты с многолетним опытом и теперь главное, чтобы Стивен взвешенно принимал решения и считался с их мнением, если уже Виктора рядом не будет, — Ллойд сжал руку матери, чтобы ее приободрить и в этот момент в зал вошел Хьюго, довольный до безобразия.

— Всем добрый день! Надеюсь я не слишком задержался? — громко прозвучал вопрос, когда в зал ворвался Селестино.

Вслед за ним появились Эмма и его помощница Самира. Женщины сдержанно поздоровались. Ллойд ждал, что ему достанется еле заметный кивок, но Эмма словно и не замечала присутствующих, она заняла свое место и посмотрела на младшего Грэнсона спокойно и без каких-либо эмоций.

— Ну, что детишки, надеюсь, вы не подрались в этой песочнице? Прошу! Хвастайтесь своими замками! — Хьюго удобно устроился за столом и сцепил руки.

Кроме Грэнсонов, в зале присутствовал Том Флэтчер, на тот случай, если понадобится ответить на вопросы по конструкции и описать технические характеристики.

Представленный проект воодушевил Хьюго настолько, что после первой демонстрации он перебил Ллойда и завалил Самиру распоряжениями на счет пресс-конференции, интервью, репортажей, чтобы все издания начали биться за эксклюзив, для чего сперва нужно нагнать тумана и выдать витиеватые заголовки вроде «Самый амбициозный проект», «Архитектурное чудо» и тому подобное. Ллойд вступился, что проект хоть и интересный, но чудом его вряд ли можно назвать, на что Хьюго отмахнулся и заявил, что вся соль в подаче пирога, а не в его вкусе.

— Никаких фотографий, только словесное описание и отсылки ко мне! Пафосно, самоуверенно, все, как любит публика! Старые методы — самые лучшие методы! Поздравляю! Эмма, Ллойд вы оба молодцы, я редко кого хвалю, но ваш тандем дал потрясающий результат! Остается грязная, но в то же время самая ответственная работа, не так ли Стивен? — Хьюго сделал акцент и взглянул на парня, который выглядел решительно настроенным.

— Разумеется, Хьюго! Мы приступим к подготовке сметы и займетмся поиском субподрядчиков, — Стивен уверенно кивнул, старательно избегая смотреть на Эмму.

— Прекрасно! Успех надо отметить, после пресс-конференции будет организован фуршет… Инвесторы, политики, их жены, любовницы… Дом номер четыреста тридцать два на Парк авеню, должен будет померкнуть! — у Хьюго мечтательно заблестели глаза. — Так! Вы двое, социопатов моих любимых, никаких отговорок, будете на публике изображать мир-дружбу, хвалить друг друга, никаких отказов от интервью. Ясно? Ллойд?

Селестино уставился на Грэнсона поверх очков, наморщив лоб и удовлетворенно хмыкнул, когда тот нехотя согласился.

— Эмма? — он резко повернул голову, но взгляд заметно потеплел, когда невольно, Хьюго залюбовался девушкой.

— Как скажешь, — Эмма приторно улыбнулась, чем сразу стерла довольное выражение с лица Селестино.

Том скосил глаза и посмотрел на Ллойда, которому представшая сцена был словно кость в горле. Не трудно было догадаться, что участившиеся размолвки с Эрин, которые выливались в плохое настроение его друга, уже которую неделю, скорее всего в ближайшее время, только усугубятся.

— Все складывается просто замечательно! Не так ли, Оливия? А вы все нервничали! Кстати, как Виктор поживает?

Собрав волю в кулак, Оливия с чувством собственного достоинства, пропустила колкость мимо ушей.